Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

уничтожением всех этих материалов. И мне плевать, как ты им это объяснишь.

— Наверное, ты прав. Ладно. Прямо сейчас свяжусь с Диком. Будешь говорить об этом с Джимом?

— Конечно.

— Тогда пока.

Беррингтон торопливо набрал домашний номер Пруста. Трубку сняла его жена, тощая, вечно всем недовольная дама. Затем подошел Джим.

— Ну что там еше, Берри? Я уже в постели.

Похоже, трое приятелей начинали действовать друг другу на нервы.

Беррингтон рассказал о звонке Престона и о решении, которое было ими принято.

— Хороший ход, — сказал Джим. — Но только, боюсь, этого недостаточно. Ведь эта Феррами может выйти на нас и другим путем.

Беррингтон почувствовал раздражение. Джиму всегда мало, всегда что-нибудь не так. Что бы ты ему ни предлагал, он вечно требовал более жестких и кардинальных действий, более экстремальных мер. Но затем он подавил приступ раздражения. На сей раз в словах Джима была доля истины. Джинни напоминает гончую, неотступно преследующую добычу, такие никогда не сворачивают с пути. Одной меры явно недостаточно, чтобы заставить ее сдаться.

— Согласен, — сказал он Джиму. — К тому же, Стивена Логана выпустили из тюрьмы, я узнал об этом только что. Так что можно считать, она теперь не одна. И с ней придется повозиться.

— Ее следует хорошенько припугнуть.

— Но, Джим, ради Бога…

— Знаю, это вызывает у тебя отвращение, Берри, но сделать это просто необходимо.

— Даже думать не смей!..

— Послушай…

— У меня есть идея получше. Если ты, конечно, готов выслушать меня, Джим.

— Слушаю. Выкладывай.

— Я собираюсь ее уволить.

Джим призадумался.

— Ну, не знаю. Не уверен, поможет ли это.

— Еще как поможет! Она считает, что столкнулась с какой-то биологической аномалией. На таких делах молодой ученый может сделать себе неплохую карьеру. Она понятия не имеет, что стоит за всем этим. Думает, что университет просто испугался публичного скандала. И если она потеряет работу, у нее не останется средств и возможностей продолжить исследования, и она отстанет от нас. Кроме того, ей вообще будет не до этого, так как придется заняться поисками другой работы. Просто я знаю, что сейчас она крайне нуждается в деньгах.

— Может, ты и прав.

Беррингтон заподозрил неладное. Слишком уж охотно согласился с ним Джим.

— А сам ты никаких шагов предпринимать не собираешься? — спросил он Джима.

Тот ушел от ответа.

— А ты сможешь это сделать? Уволить ее?

— Конечно.

— Но ведь не далее как во вторник ты сам говорил, что университет — это не армия.

— Верно. Нельзя орать на людей и требовать, чтоб они немедленно выполнили все твои приказы. Но я проработал в мире науки последние сорок лет своей жизни. И хорошо изучил этот механизм. Когда возникает необходимость, избавиться от помощника профессора ничего не стоит.

— Ну, хорошо.

Беррингтон нахмурился.

— Так мы с тобой поняли друг друга, да, Джим?

— Само собой.

— Ладно. Спокойной тебе ночи.

— Спокойной ночи.

Беррингтон повесил трубку. Ужин давно остыл. Он вывалил содержимое кастрюли в мусорное ведро и отправился спать.

Но заснуть никак не удавалось. Он лежал и думал о Джинни Феррами. Часа в два ночи не выдержал, принял таблетку снотворного. И только тогда, наконец, уснул.

Глава 29

Ночь в Филадельфии выдалась невыносимо жаркая и душная. Все окна и двери многоквартирного дома были распахнуты настежь: ни в одной из комнат не было кондиционера. Звуки улицы проникали в квартиру под номером 5А на самом верхнем этаже: гудки автомобилей, смех, музыка. Внезапно, перекрывая весь этот шум, зазвонил телефон, стоявший на дешевом письменном столе — сплошь в темных пятнах от окурков сигарет.

Он поднял трубку.

Грубым голосом пролаял мужчина:

— Это Джим.

— Привет, дядя Джим, как дела?

— Вот, беспокоюсь о тебе.

— С чего это вдруг?

— Знаю, что произошло в воскресенье вечером.

Он колебался, не зная, стоит ли отвечать на это что-нибудь или нет. Затем все же сказал:

— Так ведь кого-то уже арестовали.

— Но его подружка уверена, что он невиновен.

— И что с того?

— Да просто завтра она приезжает в Филадельфию.

— Зачем это?

— Толком еще не знаю. Но думаю, она опасна.

— Черт!..

— Может, предпримешь в ее отношении какие-то шаги?

— Например?

— Ну, это тебе решать.

— А как я ее найду?

— Знаешь клинику «Эйвентайн»? Вроде бы совсем недалеко от твоего дома.

— Ну, ясное дело, знаю. Это на Честнат. Каждый день мимо нее прохожу.

— Так вот, она будет там в два часа дня.

— А как я ее узнаю?

— Высокая, темные волосы, одна ноздря проколота. Лет под тридцать.

— Да таких баб пруд пруди!

— Возможно, будет за рулем старого красного «мерседеса».

— Уже кое-что.

— И вот еще что. Того парня выпустили под залог.

Он нахмурился: