Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Софи Чэппл была единственной, кроме Джинни, женщиной на факультете психологии. Ей было уже под пятьдесят, она давно получила звание профессора, но, тем не менее, почему-то видела в Джинни соперницу. Ревновала ее ко всему и всем с самого начала семестра и рассказывала всем подряд, что Джинни носит мини-юбки и паркует автомобиль где попало.

— Неужели она способна на такое? — удивилась Джинни.

— Да запросто.

— Наверное, ты прав. — Джинни не переставала удивляться мелочности и склочности, свойственной порой даже большим ученым. Как-то раз в кафетерии ей довелось наблюдать совершенно ужасающую сцену: один из самых выдающихся физиков Америки устроил скандал в очереди в буфет. — Может, мне стоит спросить у нее?

Тед удивленно приподнял брови.

— Так она тебе и скажет.

— Но если у нее будет виноватый вид, я сразу все пойму.

— Тогда это война.

Зазвонил телефон. Джинни сняла трубку и жестом показала Теду, что он может разливать кофе.

— Алло?

— Это Найоми Фрилэндер.

— Не уверена, что мне следует говорить с вами.

— А я уверена, что вы уже прекратили использовать медицинские базы данных в своих исследованиях.

— Нет.

— Что это значит — «нет»?

— Это значит, что я ничего не прекращала. Ваши звонки вызвали споры и обсуждения, но никакого решения пока еще не принято.

— Я получила факс из канцелярии президента университета. И там сказано, что руководство приносит свои извинения тем людям, в чью частную жизнь вы вторглись, и обещает, что программа будет свернута.

Пальцы Джинни так и впились в трубку.

— Так они распространили этот пресс-релиз?

— А вы разве не знали?

— Я видела лишь набросок. И выразила несогласие по многим пунктам.

— Стало быть, они свернули вашу программу, не удосужившись уведомить вас?

— Они просто не могли так поступить.

— С чего это вы взяли?

— Я подписала с университетом контракт. И они не имеют права нарушать условия договора.

— Так вы что же, хотите сказать, что будете продолжать исследования вопреки решению университетских властей?

— У них нет права командовать мной. — Джинни покосилась на Теда. Тот поднял руку и делал ей предупреждающие знаки. Он прав, подумала Джинни, с прессой так говорить не стоит. И она изменила тактику. — Послушайте, — сказала она уже более спокойным тоном, — вы же сами говорили, что опасность вторжения в частную жизнь носит в данном случае потенциальный характер.

— Да.

— И вам не удалось найти ни одного человека, который бы имел по этому поводу претензии ко мне и к моей программе. А потому у вас нет никаких оснований утверждать, что программа будет закрыта.

— Знаете, я не судья. Я журналист.

— А вы вообще имеете представление, что это за исследования? Я пытаюсь выяснить, отчего люди становятся преступниками. Я первый человек, который нашел весьма перспективную методику изучения этой проблемы. И если все получится, я узнаю, как сделать Америку более безопасным местом для ваших же детей и внуков.

— У меня нет внуков.

— Ну, знаете, это еще не оправдание…

— Я не ищу оправданий.

— Может, и нет. Но почему бы в таком случае вам не найти хотя бы один случай вторжения в частную жизнь? Разве не выиграет от этого материал, над которым вы работаете?

— Ну, знаете, это мне судить.

Джинни вздохнула. Она сделала все, что могла. И изо всех сил постаралась закончить этот разговор на мирной ноте:

— Что ж, мне остается только пожелать вам удачи.

— Спасибо, доктор Феррами.

— До свидания! — Джинни повесила трубку и пробормотала: — Вот сука!

Тед протянул ей кружку кофе.

— Как я понимаю, они объявили, что твоя программа закрыта.

— Нет, это выше моего понимания! Ведь Беррингтон сам сказал, что мы должны обсудить, что делать дальше.

Тед понизил голос:

— Ты еще не знаешь Берри. А я его знаю. Он настоящая змея, ты уж поверь. На твоем месте я бы ему не доверял.

— Может, это просто ошибка? — спросила Джинни, готовая ухватиться за соломинку. — Может, секретарша доктора Оубелла что-то перепутала и послала этот пресс-релиз по ошибке?

— Возможно, — ответил Тед. — Но я бы советовал прислушаться к моей змеиной теории.

— Как думаешь, может, мне позвонить в «Нью-Йорк таймс» и сказать, что моим телефоном воспользовалась самозванка?

Он рассмеялся.

— Думаю, тебе надо немедленно бежать к Берри и спросить его, кто распорядился насчет пресс-релиза еще до твоих переговоров с ним.

— Ты прав. — Она отпила глоток кофе и поднялась. Тед направился к двери.

— Желаю удачи! И помни, я на твоей стороне!

— Спасибо. — Она подумала, стоит ли чмокнуть его в щеку, но тут же отказалась от этой мысли.

Джинни прошла по коридору, потом поднялась по лестнице. Дверь в кабинет Беррингтона оказалась заперта. Тогда она направилась в кабинет секретарши, работавшей с профессорским составом.

— Привет, Джули! А где Берри?

— Уже уехал, и его не будет весь день. Но он просил меня договориться с тобой о встрече на завтра.

Черт! Этот мерзавец явно ее избегает. Что подтверждает правоту теории Теда.

— А когда завтра?

— В девять тридцать утра.