Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

можно увидеть вдали его призрачный корабль — паруса охвачены пламенем, а носовая фигура пронзительно кричит в агонии.

Мгновение царила тишина. Юноша испуганно смотрел на рассказчика, а затем все разразились смехом.

— Как ты думаешь, мы ускользнем от Taможенного флота королевы Этты? — спросил юноша, пытаясь немного спасти свою гордость.

Засунув руки за богато украшенный кушак, торговец постарше поджал губы и принял философский вид.

— Либо ускользнем, либо нет. Я заключил сделку, что если корабль сможет провезти нас мимо Таможенного флота, я заплачу капитану половину того, что заплатил бы им. Хорошая сделка, у нас уже были такие договора. В трех рейсах из пяти мы от них ускользнули. Я считаю, это неплохой расклад. Думаю, моё скромное предложение заставит его прибавить парусов.

— И правда, неплохой расклад, — согласился юноша.

Я услышала, что по трапу кто-то неуклюже спускается, и, подняв голову, увидела Керфа и за его спиной Винделиара.

— А вот и вы! — живо сказала я. — Я поспешила вперед, чтобы укрыться от дождя.

Керф ничего не ответил, а Винделиар бросил на меня хмурый взгляд и сухо произнес:

— Нам лучше вернуться в каюту.

Он провел Керфа мимо меня. Я не сдвинулась с места.

— Что со мной будет? — громко спросила я. — Зачем я Двалии? Почему она отправилась в такую даль, столько всего разрушила и пролила так много крови? Она продала в рабство Аларию, чтобы увезти нас из Калсиды, даже не задумавшись над тем, что они вместе совершили такое далекое путешествие. Почему не продала меня? Или тебя?

— Тише! — прошептал Винделиар. — Я не могу говорить с тобой здесь.

— Потому что они меня не слышат? И не видят? И сочтут тебя помешанным, который разговаривает сам с собой?

Я повысила голос и отчетливо выговаривала каждое слово.

Один из мужчин повернул голову, нахмурившись, будто ему что-то послышалось, и Винделиар потерял контроль над Керфом. Спустя мгновение у Керфа опять стали пустые глаза, а Винделиар взглянул на меня, дрожа от усилий.

— Пожалуйста, брат, — попросил он прерывистым голосом.

Я должна была его ненавидеть. Он содействовал моему похищению и держал в подчинении, когда меня увозили. Он скрывал меня и Шун от всех, кто мог нам помочь, и до сих пор делал меня невидимой. Я была узницей Двалии, но он — моим тюремщиком.

Очень неразумно его жалеть, но я жалела. Я старалась сохранить ледяное выражение, когда из его светлых глаз хлынули слезы.

— Пожалуйста… — выдохнул он, и я сломалась.

— Тогда в каюту, — сказала я тише, более нормальным тоном.

От страха он сорвался на визг.

— Она нас услышит. Нет!

Один из торговцев отвернулся от товарищей и осуждающе посмотрел на Винделиара.

— Сэр! Вы подслушиваете нашу личную беседу?

— Нет. Нет! Мы вымокли под дождем и хотим немного обсохнуть. И все.

— И не нашли другого места, кроме как стоять возле нас?

— Я… мы уходим. Сейчас.

Винделиар бросил на меня отчаянный взгляд и подтолкнул Керфа. Должно быть, торговцу показалось странным, что они развернулись и поднялись по трапу на палубу под дождь. Я неторопливо пошла за ними. Винделиар дрожал, ведя нас обратно к рубке. Но наше место уже занял один из матросов и сидел там, пыхтя трубкой. Он посмотрел на Винделиара и отвернулся. Я громко откашлялась. Парень лишь слегка вздрогнул.

— Брат! — упрекнул меня Винделиар и побрел по палубе, а Керф вяло потянулся за ним. Подстегиваемый разыгравшимся ветром, усилился дождь. Укрыться было негде. Нам ничего не оставалось, кроме как горестно прислониться к ограждению у борта.

— Она меня убьет, если узнает, что я отвечал на твои вопросы, — он покосился на меня. — Если я не отвечу, ты станешь принуждать меня к этому. Скрывать тебя все труднее и труднее. А я скрывал отряд людей от целого города. Почему так тяжело скрывать тебя?

Я не знала, и меня это не волновало.

— Почему я? — настойчиво спросила я. — Почему вы разрушили мой дом и мою жизнь?

Он покачал головой, сильно уязвленный моим непониманием.

— Мы забрали тебя не за тем, чтобы разрушить твою жизнь, а чтобы направить на Путь. Чтобы контролировать тебя, иначе ты можешь пойти по неверной дороге и навлечь на всех нас ужасное будущее.

Я изумленно уставилась на него.

Он вздохнул.

— Пчелка, ты очень важна. Ты часть истинного пути! Уже очень давно существуют сны о Нежданном Сыне. Его упоминают в сотнях записях, и некоторые из них очень старые. С Нежданным Сыном связано множество изменений. Он сам — распутье. Связующее звено, как говорит Симфи. Ты создаешь все больше и больше развилок. Ты опасна, — он ссутулился, чтобы заглянуть в моё забрызганное дождем лицо. — Ты понимаешь?

— Нет.

Он обеими руками стиснул голову, будто сдерживая боль. По его лицу текла вода — то ли дождь, то ли слезы, то ли пот. Керф тупо, как бык, пялился на море, даже не пытаясь прикрыть лицо от потоков дождя. Начался шторм. Хлопали паруса, корабль вздымался и падал, отчего у меня скрутило желудок.

— Чем больше снов, тем более вероятен их смысл, — продолжал Винделиар. — Нежданный Сын приносит в мир изменения. Если тебя не контролировать, ты направишь мир не по тому пути. Ты опасна для Служителей, для Клерреса! Во всех снах он несет такие изменения, что будущее невозможно предсказать. Тебя нужно остановить!

На этих словах он резко замолчал.

— И ты думаешь, что я — это он? — недоверчиво спросила я и развела руки, чтобы показать, какая я маленькая. — Я уничтожу мир, если вы меня не остановите? Я? — меня хлестнул порыв ветра. — Как вы меня остановите? Убьете?

Корабль тряхнуло, и я ухватилась за ограждение. Завыл ветер, дождь усилился.

— Ты должна им быть! — в его словах прозвучала отчаянная мольба. Я подумала, что он сейчас заплачет. — Двалия сказала, что убьет меня, если я найду не того. Она так рассердилась, когда обнаружила, что ты девочка. Тогда она начала во мне сомневаться. И ты. Но для меня все просто. Если ты не он, то тогда кто ты? В истинных снах мне снилось, что я найду тебя. Ты — это он, если мы не возьмем тебя в Клеррес, ты изменишь пути мира, — вдруг он заговорил строго. — Когда мы приедем в Клеррес, то должны заставить всех поверить, что ты Нежданный Сын и мы поступили правильно. ТЫ должна заставить их поверить, что ты — он. Если у нас не получится…

Он замолчал так внезапно и резко, что с невнятным звуком захлопнул рот. Вытаращив глаза, он уставился поверх моей головы в никуда. Когда он