Воронцов. Перезагрузка. Книга 8 - Ник Тарасов

еще раз показал подробный список всего необходимого — от хирургических инструментов до постельного белья для палат. Мы прикидывали сроки, распределяли задачи, планировали.

Наконец он поднялся:

— Ну что ж, Егор Андреевич, думаю, на сегодня хватит. Спасибо за продуктивный разговор.

— Спасибо тебе, Ричард, — ответил я. — Без тебя этот проект не взлетел бы.

Когда он ушёл, я ещё немного посидел, глядя в окно. За окном была ночь, город спал. Я поднялся, потянулся, погасил свечу и направился в спальню. Машка уже спала, укрывшись одеялом по самый нос. Я осторожно лёг рядом, обнял её. Она сонно прижалась ко мне, и я почувствовал, как внутри разливается тепло и покой.

И знаете что? Я был счастлив.

Несколько дней я то отдыхал, то помогал Ричарду с клиникой. Ходил несколько раз к Савелию Кузьмичу, пересекались с Иваном Дмитриевичем. К Машке приезжал Пётр Иванович, осмотрел её — все было хорошо, он надеялся, что ребеночек вот-вот перевернется и все пойдет своим чередом.

Как-то утром меня разбудил громкий стук в дверь внизу. Я открыл глаза, потянулся — за окном ещё было темно, рассвет только-только начинался.

— Егор Андреевич! — донёсся голос Захара за моей дверью. — Простите, что так рано, но тут человек от генерала Давыдова! Говорит, срочное дело!

Я осторожно высвободился из объятий Машки. Быстро оделся и спустился вниз.

У входа стоял молодой офицер в мундире, явно взволнованный.

— Егор Андреевич Воронцов? — спросил он, едва увидев меня.

— Я, — кивнул я, застёгивая рубаху. — Что случилось?

— Генерал Давыдов просит вас приехать на завод. Говорит, что произошло нечто важное. Велел передать, что это касается вашей работы на реке.

Я нахмурился. Работа на реке — это площадка для турбин и пневматической системы. Неужели что-то случилось? Авария? Поломка какая?

— Хорошо, — кивнул я. — Скажите генералу, что буду через полчаса.

Офицер козырнул и поспешил прочь. Я вернулся в спальню, где Машка уже проснулась и сидела на кровати, обеспокоенно глядя на меня.

— Егорушка, что случилось?

— Не знаю, солнышко, — ответил я, натягивая тёплую куртку. — На заводе что-то произошло. Нужно ехать.

Она встала, подошла ко мне, обняла:

— Только будь осторожен.

Я поцеловал её:

— Буду. Не волнуйся.

Спустившись вниз, я застал Захара уже одетым и готовым:

— Захар, поехали.

— Слушаюсь, Егор Андреевич.

Мы сели в сани и помчались через ещё спящий город. Улицы были пусты, только изредка попадались ранние торговцы, везущие свой товар на рынок.

Когда мы подъехали к заводу, я сразу увидел необычное оживление. У ворот стояло несколько саней, включая роскошный экипаж с гербом — видимо, кто-то важный приехал. Караульные пропустили нас без вопросов.

Во дворе завода была целая толпа — мастера, рабочие, офицеры. Все смотрели в одну сторону — в сторону реки. Я поспешил туда, протискиваясь сквозь людей.

— Егор Андреевич! — окликнул меня знакомый голос.

Обернулся — генерал Давыдов пробирался ко мне. Лицо его было возбуждённым, глаза горели.

— Генерал, доброе утро! Что случилось? — спросил я.

Он схватил меня за плечо:

— Доброе! Идёмте, увидите сами! Это… это надо видеть!

Мы пошли к реке. Ещё издалека я услышал странный звук — ритмичное шипение, похожее на дыхание огромного существа. Когда мы вышли на берег, я увидел картину, которая заставила меня остановиться в изумлении.

Площадка на реке была готова — крыша, стены, всё как я и планировал. Но главное было не это. Под площадкой в воде были видны четыре огромные водяные турбины, их лопасти вращались в быстром течении реки. А рядом с каждой турбиной были установлены большие меха — те самые, которые должны были нагнетать воздух.

Меха поднимались и опускались с мерным ритмом, приводимые в движение кривошипно-шатунным механизмом от турбин. Каждый раз, когда мехи сжимались, из них вырывался мощный поток воздуха, который по трубам уходил в сторону компрессионной камеры.

— Вы видите⁈ — воскликнул генерал Давыдов, подходя ближе. — Они всё сделали! Григорий с Василием Кузьмичом! Установили турбины, подключили меха, проложили трубы! И всё работает!

Я подошёл к площадке, зачарованно глядя на вращающиеся лопасти турбин под водой. Григорий стоял рядом, весь в поту, несмотря на мороз, с лицом, сияющим от гордости и усталости.

— Егор Андреевич! — увидев меня, он заулыбался. — Мы сделали! Всё по вашим чертежам! Турбины работают, меха качают, воздух идёт!

Я подошёл к нему, осмотрел конструкцию.

— Григорий, это… это великолепно, — сказал я искренне. — Вы проделали потрясающую работу.

Он покраснел от удовольствия:

— Спасибо, Егор Андреевич. Мы почти неделю работали почти без сна. Но оно того стоило.

Василий Кузьмич, подошёл поближе:

— Егор Андреевич, вы посмотрите, как она работает! Я сначала не верил, что такое возможно. Думал, течение не справится, лопасти сломает. Но нет! Крутит как миленькая!

Я прошёл по площадке, проверяя все узлы. Турбины вращались равномерно, без рывков. Меха поднимались и опускались синхронно, попарно. Трубы были герметичны, нигде не было утечек воздуха.

— А компрессионная камера? — спросил я. — Где она?

Григорий повёл меня в дальний угол площадки. Там стоял большой деревянный бак, обитый изнутри листами меди. Из него выходило четыре трубы — по одной от каждого меха. А сверху — одна толстая труба, которая уходила в сторону завода.

— Всё как вы сказали, — объяснил Григорий. — Воздух от всех четырёх мехов идёт в эту камеру. Там он выравнивается по давлению, и уже оттуда одним потоком идёт на завод.

Я приложил руку к трубе, выходящей из камеры. Чувствовалась лёгкая вибрация — воздух действительно шёл под давлением.

— Отлично, — кивнул я. — А на заводе трубы уже проложены?

— Проложены, Егор Андреевич! — воскликнул подошедший генерал Давыдов. — Всё готово! Осталось только подключить станки!

Я оглянулся на толпу людей, собравшихся на берегу. Среди них были не только мастера и рабочие — я узнал несколько знакомых лиц. Барон Строганов стоял в тёплом тулупе, с восхищением глядя на турбины. Рядом с ним — купец Третьяков. Чуть поодаль — Иван Дмитриевич с группой офицеров.

— Генерал, — спросил я, — а зачем столько народу?

Давыдов улыбнулся:

— Вы думаете, новость о чуде на реке не разлетелась по всему городу? Люди услышали, что вы что-то невиданное построили, и пришли посмотреть. А уж когда бароны и купцы узнали — тут же примчались!

Я покачал головой. Конечно, в