Пулеметы русской армии в бою - Семён Федосеев

— «на катках» — пулемет сдвигался на столе максимально назад и ставился на максимальный угол возвышения (чтобы не цеплять грунт дульной частью), механизмы закреплялись, наводчик и его помощник двигались, пригибаясь, и катили пулемет за собой за хобот станка. Этот способ был пригоден на ровной, укрытой со стороны противника местности;

— «тачкой» — двигаясь присядью, наводчик и его помощник толкали пулемет впереди себя за хобот. Так преодолевалось небольшое расстояние по открытой местности;

— «ползком» — наводчик и его помощник, переползая, тянули пулемет на катках или толкали вперед «тачкой»;

— «на носилках» — если хобот откинут назад, наводчик брал станок за хобот, его помощник — за правый каток, один из подносчиков патронов — за левый каток, ноги сложены назад; если же хобот подогнут вперед, а ноги назад, наводчик брался за ноги. Как «носилки» пулемет переносили обычно по пересеченной местности, через рвы, окопы, броды.

Остальные номера несли патронные коробки. Позднее для передвижений пешком на большие расстояния и по пересеченной местности добавился вариант переноски на руках в разобранном виде — наводчик переносил за спиной станок, положив хобот себе на плечи, в руках нес щит, а помощник наводчика нес на плече «тело» пулемета.

Пулемет на треножном станке «Виккерс» обр. 1910 г. можно было также перемещать по полю боя «на катках», «тачкой», «ползком» или переносить как «носилки». В последнем случае номера расчета брали станок за ноги, а вертлюг поворачивали в крайнее правое положение.

Для установки станкового пулемета на позиции требовалась ровная горизонтальная площадка. Чтобы избежать сваливания пулемета, сильно влиявшего на меткость стрельбы, нередко одно колесо станка подкапывали. В наступлении станковые пулеметы должны были занимать позиции позади стрелковых цепей и ружей-пулеметов для ведения огня в промежутки или через головы своих войск, выдвигаться в передовые линии — в основном — для ведения фланкирующего огня по позициям противника перед броском своей пехоты в атаку. Менять позицию «станка-чи» должны были реже, чем ружья-пулеметы, чтобы максимально использовать свой огонь. Для уменьшения потерь «Устав пулеметных команд» рекомендовал передвижение небольшой группой или поодиночке, например — унтер-офицер с биноклем перебегает к новой позиции первым, за ним — подносчик патронов для подготовки позиции, затем по знаку унтер-офицера — остальные номера с пулеметом и патронами. Как уже указывалось, передвижение тяжелых «Максимов» по полю боя за стрелковыми цепями было весьма тяжелой и опасной работой.

В обороне подготовка удобной позиции была, конечно, проще. Для пулемета готовили по две-три позиции в открытых пулеметных гнездах или в укрытиях. Действия пулеметного расчета в обороне художественно описаны в книге «Солдаты России» маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского, начинавшего военную службу в пулеметной команде 256-го пехотного Елизаветградского полка 64-й пехотной дивизии и здесь получившего первую награду — Георгиевский крест IV степени.

«С той стороны заработали пулеметы, ведя дальний огонь, — пули посвистывали где-то над головами (видно, взяли высоко). Артиллерия полка отвечала, встречая шрапнелью приближающиеся цепи германцев… Ванюша быстро подал в приемник конец ленты, Душенко зарядил пулемет, оценивающим взглядом окинул наступающие цепи врага. Вот проклятые пруссаки, прут прямо во взводных колоннах. Ну, погодите, сейчас мы вас проучим! Душенко выбрал колонну, поднимавшуюся на бугорок. Пулемет вздрогнул всем телом, застрочил и задрожал, изрыгая смерть; надульник обволокло легким букетом пламени. Колонна противника мигом рассыпалась. Многие немцы упали и больше не поднимались… И германцы, очевидно, оценили мастерство пулеметчика, стали вести по нему прицельный огонь. Пули защелкали по щиту. Справа и слева легли близкие разрывы тяжелых „чемоданов“ и обдали пулемет землей. В ответ пехотинцы батальона открыли огонь пачками. А Душенко перезарядил пулемет, сменил прицел и положил на землю другую цепь. Вдалеке появились новые колонны немцев. Душенко снова дал длинную очередь. Пар из пароотводной трубки кожуха сильной струей ударил в землю.

— Козыря, воды! — крикнул Душенко, и сейчас же Казимир подполз с банкой.

Ванюша быстро приладил банку, охладил раскалившийся ствол, вместо пара из трубки полилась тонкая струйка воды (вместо использования пароотводной кишки. — С.Ф.). Быстро закручена пробка — и снова пулемет строчит, косит, как траву, немецкие колонны и цепи…

Пулемет перекатили в подготовленный окоп. Стрелять стало удобней, да и вражеские пули не достают — шипят и зыкают немного выше, а то ведь невмочь было — прямо рядом, перед самым носом взрывают землю, прошивают полы шинели… Но вот немцы вроде бы успокоились и перестали подниматься в атаку. Можно и пулеметчикам дух перевести. Подсчитали: выпущено двадцать семь лент. Можно сменить ствол, хоть это дело далеко не простое…

…Страшный треск близких разрывов тяжелых снарядов оглушил пулеметчиков. Разрывы все учащались, земля гудела. Все ошалело повскакивали со своих мест. Дальше оставаться на этой позиции было невозможно, и взводный распорядился переползти вперед шагов на сто-двести — лучший способ уйти из зоны поражения.

Душенко и Ванюша двигали пулемет перед собой, переползая за ним на животах и прикрываясь от осколков пулеметным щитом („тачкой ползком“. — С.Ф.). Нужно сказать, что щит пулемета выдерживает прямое попадание пуль на близком расстоянии и, конечно, служит до известной степени защитой для первого и второго номеров, больше, разумеется, для первого, который располагается всегда за самым центром щита.

Кстати, насчет этого самого щита много было толков среди пулеметчиков: некоторые даже предлагали бросить его… Без него было бы куда легче переносить на руках да и передвигать на катках пулемет. И хоть эта обязанность лежала на первом и втором номерах, Душенко твердо считал, что щит — это чуть ли не главная часть пулемета, все равно как тело его, и бросать эту часть нельзя ни при каких обстоятельствах». Вопрос о щите, как видим, вызывал споры на всех уровнях. Кстати, кроме будущего министра обороны маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского пулеметчиком в Первую мировую войну начинал военную службу и будущий нарком обороны маршал Советского Союза С.К. Тимошенко. А будущий знаменитый писатель М.М. Зощенко попал на фронт младшим офицером пулеметной команды.

Опыт Первой мировой и последовавшей за ней Гражданской войны внес немало «тонкостей» в организацию огня пулеметов. Для станковых пулеметов выделяли четыре вида пулеметного огня: непрерывный («лента за лентой», 2–4 ленты подряд с боевой скорострельностью до 500 выстр./мин., допускался только в наиболее напряженные моменты боя), непрерывный с приостановками (длинными очередями, 250 выстр./мин., нормальный вид огня), очередями (по 10 выстрелов), одиночный (по отдельным целям, для сохранения маскировки пулеметной точки). По наведению выделяли стрельбу «в точку» и с рассеиванием по фронту и в глубину. Кроме того в обороне огонь пулеметов разделяли на «прицельный» и «заградительный» — под последним понимали обычно косоприцельный и перекрестный огонь в заранее определенных секторах, применяемый ночью, в туман, при дымовых завесах. Станковые пулеметы с их устойчивостью, кучностью стрельбы («узким снопом траекторий») наличием механизмов наведения с ограничителями рассеивания подтвердили возможность ведения огня в промежутки и через головы своих войск. Те же свойства повсеместно привели к убеждению, что выделенные станковые пулеметы при наличии патрона с тяжелой пулей могут начинать обстрел противника как при наступлении, так и в обороне с максимальной дальности — 3000–3500 м, а все станковые — с больших дальностей, т. е. с 2000 м с закрытых позиций и с 1000 м и ближе с открытых позиций (прямой наводкой). Ружья-пулеметы открывали огонь прямой наводкой со средних дальностей, т. е. с 800–900 м и ближе. Выработанные в те годы положения, включая огонь станковых пулеметов с максимальных дальностей и норму 5 пуль в минуту на 1 км фронта обороны, вошли потом в уставные документы РККА.

Война подтвердила огромное значение организации непрерывного снабжения войск огневыми припасами в ходе боя. Патронные двуколки из обоза первого разряда полагалось держать непосредственно при полках и по израсходовании патронов немедленно отправлять в тыл за новыми запасами. Пополнялись одни из двуколок обоза второго разряда, которые для этого подтягивали как можно ближе к позиции полков, но вне зоны прицельного обстрела противника.