Где пламя драконов правит - Николь Соловьева

не понимал до того момента, пока они не вышли из туннеля, проломав еще небольшое количество досок.

Это была не та красивая зима, бросающая пушистые комки снега на брусчатую площадь, которую они видели в городе. Она не укрывала снежной насыпью, надеясь согреть ей людей так же, как ели и траву. А увидев первый снег, люди не пели о приходе зимы и дети не бежали на улицы лепить драконов и горгулий. Зима не дарила подарки, навещая эти края, не слышался звонкий детский смех с выпавшим первым снежком. Казалось, даже сама городская зима боялась своей старшей сестры, одинокой, нелюдимой, бушующей в горных скалах.

Воющий ветер метал морозные кинжалы. Снег забыл блеск, превратившись в серые комки. Холод пронизывал до костей, с ветром, желая сошвырнуть с плеч мех, шкуры, рубахи, выморозив все изнутри и погребя тела в вечных льдах. Озлобленно, по снегу мчались колючие поземки-дозорные. Ледяной воздух оседал инеем на шарфах, дожидаясь, когда под весом, ткань согнется, позволив подобраться к горлу, заготовив кинжал.

Холод, позабыв о человечности, восседал на оледеневшем троне и заметив новых гостей, лишь раз взглянув на них и решив потешаться, позволил войти в свою обитель. «Посмотрим, сдадутся они, иль сгинут во льдах».

Уздечка звякнула колечками. Бархат нервно мотнула головой, призывая вернутся обратно, но Фося крепко держала уздцы в кожаных рукавицах.

— Идем, — и звякнув стременами, она потащила упирающуюся лошадь, из тоннеля в гору.

Шараф следом, повел Альпа, а за ним, под вой ослов, вышла Эрс с конем и вереницей ослов. Метель насмешливо кидала снежинки в глаза. Копыта лошадей со скрипом переминались на седом снегу. Фося указала рукой в варежке вперед и, дернув уздцы, потянула Бархат по снегу вверх по спералистой дороге в гору, мимо заснеженного, разрушенного храма с колоннами. Белый мрамор и крыша сливались с снегом и в развалинах тяжело было разглядеть сооружение изнутри. Шараф только раз взглянул на заброшенную постройку и отвлекшись, потянул Альпа на дорогу.

Ветер сбрасывал водопады снега с скалистых выростов, метель исчезала, подавая путникам надежду на хорошую погоду и со злорадством, осыпала на них снег со все большей ненавистью. Редко выглядывало солнце, желающее растопить своим светом хоть часть снега, но метель и мутные облака вновь закрывали его, скрывая за метелью. А выбившись из сил, метель редко останавливалась, осыпая их ровным слоем снежинок и инея. Тогда, по обыкновению встречались снега, ничем не отличающееся от обычных, но ступая в них тот или иной человек либо падал в сугробы, либо утопал в нем по колено. Ветер, на недолгое время успокоившись, продолжал завывать и выстуживал промокшие ноги, схватывая мокрую ткань, создавая на ней не хитрые узоры инея, после чего ткань брюк становилась похожей на кусок льда.

Ноги подкашивались в бесконечных неровностях горы, пальцы костенели, колени медленно прекращали сгибаться, роняя тело на льду, засыпанным снегом, уши жглись, концы меховой обувки подмерзали, морозя ноги. Лошади мешкали, уставая взбираться, спотыкались о глыбы и вновь вставали, выпуская клубы пара из ноздрей и сердито глядя на подъем вверх, прячущийся за поворотом, находили в себе силы продолжить путь.

— Мы скоро дойдем? — Шараф еле подтягивая за собой Альпа, смотрел на виднеющиеся, в молочном омуте, зеленеющие окрестности далеко внизу, освещенные солнечными лучами.

— Ничего не понимаю, — еле слышно прошептала Фося, рассматривая заснеженную карту.

Шараф обернулся, устало взглянув на карту. Шарф на мордочке уже не грел, лишь только собирал влагу от выдыхаемого пара, намокая и пропуская холод. Чтобы согреться, он выдохнул пар, заметив:

— Мы на месте.

Фося мотнула головой, накрытой капюшоном.

— Нет, тут должен быть вход, — она подняла взгляд. Перед ними возвышались глыбы, тянущиеся все выше, формируя снежную шапку горы. Никого входа нет. — Может нужно прочитать заклинание?

Шараф покачал мордочкой.

— Отгадать загадку?

— Нет.

— Пнуть его, на крайний случай.

Обезнадежено, Сертан направился к глыбам, осматривая их. Эрс, подведя Самчиш к камням, проследила за Шарафом.

— Что ты делаешь? — спросила она через заснеженный шарф.

— Ищу двери.

— Двери?

— Тут должны быть расдвишные двери и столб с механисмом, — он все продолжал ворошится в глыбах, разметая снег.

Эрс пожала плечами. «Не мешай, пусть сам отыщет». Взглянув на Фосю, в замешательстве, рассматривающую карту, она решила, что и ей помочь ничем не сможет. Альп и Бархат переминались на месте, выдыхая пар, ожидая, когда наездники продолжат путь. Тогда, девушка решила, от скуки, осмотреть глыбы, обойдя их.

Припорошенные снегом скалистые стены, словно рисовали рисунки. Вот, из снега получился дракон, охраняющий злато в пещере, а здесь, эльфы на поляне танцуют у костра, вон скачет фавн, а здесь табун кентавров. По морю плывет корабль, который поджидают русалки и серены, гнездо гарпий, а здесь обитает лестной дух, а тут… Тут что-то не очень сказочное. Цифры? Видимо, снежный царь этого места решил подшутить, подкинув напоминания о математике. Да, а ведь когда-то она получала приличные оценки по этому предмету, и сама себе удивлялась, ведь на самом деле, всей душой ненавидела его. Зато, как счастливы были мама и папа, хвалясь родственникам и гостям!

Она обошла цифры, осмотрев их. Нет, они не были похожи на нарисованные из снега. Очистив их от насыпи снежинок, она заметила кнопки и из любопытства, нажала одну из них. Кнопка провалилась, щелкнула и вновь выпрямилась. Ничего. Эрс подождала, пока не послышался глухой щелчок и тихий скрежет. Снова щелчок и скрежет и снова. Почуяв неладное, она поспешила отойти от кнопок и наконец послышался лязг. Из скалистой стены под цифрами, из появившихся отверстий, вырвались заевшие, длинные шипы и через некоторое время со скрежетом и лязгом, вновь спрятались в отверстиях, с шорохом, накрывшимися крышками в тон к скале.

Не решившись пройти там снова, девушка прошла вперед, обходя скалистую вершину, пока проход не стал шире, а на снегу не стали видны чуть заснеженные, многочисленные полосы, тянущиеся вниз, по извилистой дороге. След был довольно широким и сопровождался редкими следками от копыт. Тянулись они от самой скалы, даже заходя за ее границы. Эрс подошла к скале, всмотревшись в нее.

Обычная, неровная, заснеженная, горная порода. Ничего не заметив, она решила вернутся в остальным и быстро перескочив место c, уже видно, не работающей ловушкой, она прибежала на то же место, где ничего так и не изменилось. Фося все еще пыталась обвинить во всем карту, прикрывая лицо шарфом, пытаясь скрыться от метели, лошади не терпеливо били копытами по снежным камням, ослы выли, жалуясь на холод, Шараф отчаянно искал механизм.

Он подошла к Сертану, все еще