Секрет благородства - Сандра Браун

Арден устало откинулась на спинку стула, перебирая варианты, и неожиданно вздрогнула — Дрю вошел в здание, сжимая губы с мрачной решимостью. Он как обычно был одет в шорты и ветровку без рукавов с расстегнутой до половины молнией — тоже привычно, — волосы после изнурительного матча вымыты, но всклокочены ветром, на плече и локте виднелись отвратительные свежие струпья. Он внимательно оглядел помещение и заметил Арден, сидящую в вестибюле.

Остановился перед нею, уперся руками в бока и зыркнул на беглянку.

— Я искал тебя на двух островах. Какого черта ты ушла после матча?

— Ответ очевиден, не так ли?

— Не прикидывайся дурочкой. Почему ты сбежала?

— Почему? Потому что утром мы поссорились. — Арден поднялась и с такой же яростью уставилась на него. — Потому что хочу избежать твоих издевательств и дурного нрава.

Его рот изогнулся в улыбке.

— Тебе надо почаще злиться. Гнев придает твоим глазам особенную выразительность.

Арден изготовилась еще разок взорваться, но их прервали.

— Мисс Джентри! — Менеджер регистрации несся к ним, размахивая листком бумаги. — Мы нашли для вас номер…

— Так, стоп, — рявкнул Дрю, резко развернулся и встал перед бедолагой, фактически пригвоздив того к полу синим взглядом.

Служащий настороженно посмотрел на Дрю и вопросительно — на Арден.

— Но мисс Джентри говорила, что ей нужна комната, и…

— Я сказал — стоп. — Дрю снова обратил внимание на Арден. — Она поедет ко мне домой.

Потеплевшими глазами пристально взглянул на нее. Потом спокойно добавил:

— Пожалуйста.

Глава 8

Дрю истолковал ошеломленное молчание Арден как согласие и, прежде чем она сообразила, что происходит, распорядился, чтобы все ее вещи принесли из камеры хранения и погрузили в его «Кадиллак Севиль», припаркованный снаружи. Он забрал сумку на длинном ремне, привезенную ею с Оаху, подхватил Арден под руку и направился к двери. Персонал был более чем счастлив, неся багаж и непрерывно извиняясь за причиненное его подруге беспокойство.

Арден позволила устроить себя на переднем сиденье автомобиля, но сохраняла чопорную отстраненность, пока они не отъехали от входных ворот отеля и не оказались на темной дороге.

— Дрю, не собираюсь с тобой спорить. Я не поеду к тебе домой. Пожалуйста, отвези меня в другую гостиницу. Я найду себе комнату.

— Я тоже не собираюсь с тобой спорить. Это просто сумасшествие — болтаться ночью в поисках ночлега, когда у меня есть три или четыре пустые спальни. И, уж конечно, ты получишь любую из них бесплатно.

— Бесплатно? — лукаво спросила она, не оставляя сомнений в значении вопроса.

Кадиллак несся по узкому шоссе, фонтанируя гравием из-под колес и визжа шинами, и вдруг Дрю резко затормозил. Арден по инерции качнулась вперед и, когда выпрямилась, он прижал ее к себе.

— Нет. Не бесплатно. Придется заплатить.

Уверенная рука захватила ее подбородок, удерживая голову неподвижной, несколько напряженных мгновений его рот парил над ее. Арден ожидала карающего жесткого поцелуя, вместо этого Дрю был мучительно нежен, легко надавливая языком на ее губы, пока они не приоткрылись, умело воскрешал в памяти ритмичные толчки, расколовшие ее на части от желания, и она чувствовала, как ее тело тает от его силы, а решение оставить его исчезает как дым.

Дрю поднял голову и ласково убрал шелковистые пряди темных волос с ее щеки.

— Считай это арендной платой за то время, которое пожелаешь провести в моем доме.

— Никакой другой компенсации не потребуется?

Его глаза курсировали по ее лицу, вниз на шею и назад ко рту.

— Нет, если только не захочешь сделать мне подарок, которого, ты знаешь, я жажду, но никогда не потребую силой и не сделаю условием сделки.

Арден коснулась его волос, затем провела пальцем по лохматой полоске бровей.

— Ты играл… — Эмоции вытеснили слова, когда она вспомнила его блистательное последнее усилие спасти матч. — Ты играл грандиозно. Меня переполняла гордость. Да я просто лопалась от гордости.

— Тогда почему сбежала, Арден? Разве не понимала, что я захочу увидеть тебя сильней, чем кого-либо в мире, когда закончится игра?

— Нет, не понимала. Ты был таким злющим после…

Арден опустила глаза и этот жест, неосознанно соблазнительный, заставил всколыхнуться его чувства.

— После случившегося на рассвете, — пробормотала она, — я решила, что любые дружеские отношения между нами невозможны. Не смогла удержаться и не придти в клуб, но сомневалась, что ты снова захочешь видеть меня.

Дрю поднес ее руку к своему рту и прижался к ней губами, целуя пальцы.

— Я был зол, как черт. Но ты должна признать, что, если мужчина… м-м… готов заняться любовью, как я утром, а ему дают от ворот поворот, вряд ли он сохранит прекрасное расположение духа. — Он расплылся в застенчивой улыбке. — И я пребывал не в том настроении, чтобы ясно мыслить. Черт, почему бы не сказать без обиняков? Я боялся, до смерти боялся встать перед Гонсалесом в этом матче.

— Зато к концу игры Гонсалес боялся тебя.

Искренняя и широкая усмешка пересекла лицо Дрю.

— Спасибо, но прямо сейчас не это главное. Главное — прости, что вышел из себя. Ты, конечно, имела полное право сказать «нет».

— Я не должна была позволить ситуации зайти так далеко.

Дрю соблазнительно прищурился.

— Не забудь об этом в следующий раз. Не могу гарантировать, что смог бы сдержаться, если бы миссис Лаани не постучала в дверь.

Его губы снова овладели ее ртом. И сейчас Арден без малейшего колебания откликнулась на его призыв, ее язык двигался ему навстречу в откровенном отклике.

— Что миссис Лаани подумает о моем приезде? И я останусь только на одну ночь. Завтра же найду себе номер.

— У меня в распоряжении двенадцать или четырнадцать часов, чтобы переубедить тебя, — решительно заявил Дрю, повернулся к рулю и включил зажигание. — Что касается миссис Лаани, то она целый день, как кинжалами, пронзала меня своими глазами-бусинками, фыркала вместо того, чтобы отвечать, и всевозможными способами демонстрировала неудовольствие из-за того, что я позволил тебе сбежать.

— Они с Мэттом успешно побродили по магазинам?

— Судя по количеству занесенных в дом коробок, уверен, что да, — засмеялся Дрю. — Кстати, это напомнило мне еще об одном. Сегодня днем Мэтт открыл дверь в твою комнату, начал стучать ногами и кричать: «А-ден, А-ден!» Именно после этого миссис Лаани стала негодующе фыркать всякий раз, когда смотрела в мою сторону.

Если у Арден и оставались еще какие-то сомнения, то они исчезли, стоило ей услышать, что сын тосковал без нее. Разве возможно пренебречь возможностью пожить с ним рядом еще чуть-чуть?