Танец под дождем - Ольга Александровна Валентеева

– А ваша девка тоже ничего, – присвистнул шатен. – Воинственная, мне нравится. Ну что, милая, прогуляешься с нами?

– Только для того, чтобы ты издох! – пообещала я, позабыв все воспитание знатной леди.

– Хватит лясы точить! – прикрикнул на шатена главарь. – Взять!

На нас кинулись все и сразу, но я была настолько зла, что даже страха не было. Хотелось просто остановить тот кошмар, который тут происходил. Рейн попытался прикрыть меня собой, но я не дала ему такой возможности. Наоборот, выхватила из кармана пузырек с горючим зельем и кинула под ноги главарю. Все вспыхнуло, всколыхнулось, Ник истошно закричал, а его товарищи разом бросились ко мне. Вот теперь оружие Лема и Рейна преградило им путь, а я призвала магию и ударила. Кажется, мне подвластно кратковременное ослепление, потому что мужчины осоловело заморгали. Этих нескольких мгновений хватило для того, чтобы Рейн и Лем кого-то уронили лицом в грязь, а чей-то жизненный путь оборвался навеки.

– Вы староста? – спросил Рейн у притихшего в сторонке отца Милы.

Тот закивал.

– Позовите своих, пусть тех, кто выжил, запрут где-нибудь, а потом передадут правосудию.

– Так нет его, правосудия! – тихо всхлипнула Мила. – Говорят, столица разорена, разграблена. Никто не придет к нам на помощь!

– Ну, мы же пришли, красавица, – подмигнул ей Клеменс.

– Сиятельные лорды! – воскликнул староста, кидаясь нам в ноги. – Благодарю, благодарю за спасение. И вас, прекрасная леди. Пойдемте, я размещу вас со всем комфортом, накрою на стол…

Есть не хотелось, но мы с Рейном встретились глазами, и я поняла: он хочет поговорить со старостой.

– Лем, сходи-ка за нашими, – приказал он. – Негоже им спать на земле, если есть другая возможность. А я пока побеседую с почтенным…

– Ульриком, – представился мужчина.

– Да, и присмотрю, чтобы бандиты больше никого не побеспокоили.

А из соседних изб уже высыпали люди. Они схватили разбойников и потащили их куда-то, подбадривая пинками. Я же только сейчас увидела обгоревшее тело главаря, и стало дурно. Это же я его убила…

– Леди? – Мила подбежала ко мне. – Добрая леди! Вам нехорошо? Идемте со мной…

Мы прошли мимо дома приютившей нас старушки к куда более крепкому и ухоженному жилью старосты Ульрика. Я едва передвигала ноги: на смену всплеску сил пришло опустошение. А Мила засуетилась вокруг меня, проводила в уютную спаленку, принесла воды умыться. Стало легче.

– Мои друзья уже здесь? – спросила я.

– Да, – ответила девушка. – Они ждут вас в горнице. Спасибо, что помогли мне, леди.

– Никто не давал этим людям права вершить беззаконие, – поморщилась я.

– Скорее бы все наладилось! Да, не все были довольны правлением короля, и все же мы жили с уверенностью в завтрашнем дне. А теперь…

– А что там с королем? – уцепилась за сказанное.

– Неизвестно точно. – Мила чуть пожала плечами. – Но уже видно, что власти в стране он не имеет. А жив он или нет, нам остается только гадать. И о принце Вильгельме ничего не слышно.

Ну почему же? Голос Вилла как раз долетел до моего слуха. Значит, собрались все. Я поблагодарила Милу и прошла в небольшую комнатку. Она была теплой, наполненной запахом дерева. Здесь стояла добротная прочная мебель, которую мастерили на века. И я с радостью отметила, что все мои друзья уже собрались.

– Мелли, все в порядке? – шагнул ко мне Рейн.

– Да. – Я склонила голову. – Неважно себя почувствовала.

– Неудивительно, – хмыкнул Клеменс. – Ты сражалась как настоящая воительница. Видела бы ты свое лицо! Я даже испугался.

– Скажешь тоже. – Я села рядом с Рейном на небольшой диванчик. – Эти твари заслужили то, что с ними произошло.

– И не поспоришь, – откликнулся друг.

– Надо было нам идти с вами! – выпалил Алден.

– Мы справились, – ответил Рейн. – А на вас еще хватит битв.

Из соседней комнатки выглянул сам старик-хозяин.

– Проходите, дорогие гости, – сказал он. – Стол накрыт.

При мысли о еде снова замутило, но я не стала обижать старосту отказом и вместе со всеми прошла к столу. Глаза разбегались от разносолов! Здесь были и грибы, и овощи, и мясо в подливе. Вот только аппетит так и не проснулся.

Мы сели, застучали ложки. Я едва уговорила себя съесть несколько кусочков овощей и пару грибов, а затем просто пила воду.

– И много таких шаек рыщет в округе? – спросил Рейн у хозяина.

– Много, – вздохнул тот. – Люди из домов боятся выйти. Налетят вот так, схватят, и поминай как звали. Раньше можно было к стражникам из города обратиться, а теперь что? Ничего теперь! Городские стены все в выбоинах, стражи нет. Кто убит, кто разбежался. Магию потеряли, а без нее пали слишком быстро. Но у вашей спутницы есть сила.

И староста украдкой взглянул на меня. Я просто пожала плечами.

– Это зелья, – сказала ему. – Изобретение моих друзей.

– Да, конечно.

Но мы оба знали, что он видел самую настоящую магию.

– А что слышно из столицы? – спросил Рейн.

– Ничего, связи нет, – староста покачал головой. – Видимо, и там дела плохи, раз тут никто порядок не наводит. Раньше у нас голуби с голубятни туда летали с письмами, а теперь даже голуби улетели и не вернулись. О-хо-хо…

– Ничего, все наладится, – с привычным оптимизмом заявил Клеменс. – Мир выстоит и без магии, люди привыкнут.

– Может, вы и правы, молодой лорд, – ответил Ульрик, – да только пока привыкнут, половина повымрет. А другая и вовсе может ума лишиться или в разбой податься, как вон эти. Что теперь с ними делать? Кормить за то, что они на нас напали?

– Это уже ваше решение, – сказал Рейн. – Хоть помилуйте, хоть убейте. Мы на рассвете уйдем.

– Совсем я вас заболтал! – Ульрик всплеснул руками. – Мила уже комнаты подготовила, отдыхайте, гости.

Я восприняла эти слова с радостью: тело молило об отдыхе и после дальнего пути, и после драки. К магии сложно было привыкнуть, и все же она постепенно становилась частью меня, наполняла тело, словно кровь, бурлила внутри. И я понимала, почему некоторые не смогли справиться с ее отсутствием. Магия ощущалась как рука, нога или даже голова. Забери – и полноценным быть перестанешь. И все же я не изменила своего мнения: жизнь без силы остается жизнью. Надо к ней привыкать, учиться не полагаться на заклинания и магические изобретения.

Мила провела меня все в ту же спаленку. Наверное, она принадлежала ей самой, но я не спрашивала. Слишком устала. Хозяйская дочь пожелала мне доброй ночи и ушла, а я разделась, рухнула в кровать и тут же уснула.

Глава 19

Руины прошлой жизни

Утром у меня болело все, что только