Танец под дождем - Ольга Александровна Валентеева

class="p1">– Городские ворота всегда охраняются, в отличие от деревенских улочек. Да и деревенские жители общительнее, с ними проще найти общий язык.

– С тобой не поспоришь, – рассмеялся Клеменс. Вместе с огненной магией к нему вернулось хорошее расположение духа. – Хорошо, будь по-твоему, дружище. Попробуем заглянуть в одну из деревушек и узнаем, какие ходят слухи.

Вскоре впереди как раз показалась подходящая. Мы съехали с главной дороги и расположились на небольшой полянке, невидимые для посторонних глаз.

– В разведку пойдем мы с Клеменсом, – сказал Рейн, пока мы устраивались на ночлег.

– Почему это? – воспротивилась я. – Двое мужчин привлекут больше внимания, чем юноша и девушка. Или пойдем втроем. Скажем, что мы с тобой супруги, а Лем мой брат. Как тебе такая идея?

Рейн покосился на Вильгельма и Алдена. Видимо, прикинул, насколько безопасно оставлять их здесь, но лорд Эббот сказал:

– Не беспокойтесь, я присмотрю за нашими юными друзьями.

Те сразу напыжились, видимо, почувствовав себя детьми, а Рейн кивнул:

– Благодарю, лорд Эббот. Если на рассвете не появимся, продолжайте путь без нас.

– Уж постарайтесь появиться, – попросил тот.

Мы оставили лошадей здесь, а сами вернулись на тракт и зашагали к деревушке. Не во всех окнах горел свет. А ведь час еще не самый поздний… Рейн обменялся взглядами с Клеменсом, и Лем выбрал наиболее подходящий, по его мнению, дом. Затем постучал, и мы замерли, дожидаясь ответа.

– Кто там? – раздался старческий женский голос.

– Путники, – ответил Рейн. – Пустите переночевать, бабушка!

– Да кто ж в такое время путешествует-то? Ступайте своей дорогой!

– Пожалуйста, – добавила я, надеясь, что звуки женского голоса ее успокоят. – Время позднее, мы отдохнем немного и продолжим путь.

Дверь с протяжным скрипом отворилась. На пороге замерла хозяйка домика. Наверное, ей было около семидесяти лет. Она куталась в теплый платок и разглядывала нас глазами-буравчиками.

– Проходите, – отступила, впуская нас в дом. – Озябли небось?

– Да, бабушка, – ответила я, стараясь казаться милой. – Мы с мужем решили навестить его матушку, убедиться, что у нее все хорошо, и брат к нам присоединился. Все-таки двое мужчин – это надежно.

– Так, деточка, – закивала старушка. – Садитесь к огню, я нагрею для вас супа. Неспокойные времена нынче настали. Ох и неспокойные! Стараюсь лишний раз из дома не выходить.

– Почему, бабушка? – спросил Клеменс.

– Как же почему? – Она уставилась на него. – Наш староста магом знатным был, а теперь сила его иссякла. Зато слухи ходят, что на деревни то и дело маги налетают. И будто бы раньше силы у них не было, а теперь откуда-то взялась. Тати проклятые! Где же это видано, супротив природы идти?

– Вы правы, – кивнул Лем. – Наша матушка тоже одна живет, беспокоимся.

– Ох, детки! Лучше бы сидели вы дома. – Добрая старушка покачала головой. – Ваша матушка, верно, в годах, а вы молодые, еще обидит кто.

– Ничего, доберемся – и на душе спокойнее будет, – ответила я. – На дорогах пусто, мы за весь день никого не встретили.

– Так боятся ездить! Сосед мой, Джеф, поехал горшки на ярмарку продавать, да так и не вернулся. Только лошаденка его через несколько дней к дому прибилась. Видать, сгинул…

Скверно. Я подумала об оставшихся в лесу друзьях. Да уж, стоило надеяться только на лорда Эббота. Кстати, я не спросила, вернулась ли к нему магия. А ведь он не ходил с нами к бездне. Может, хватило магической инъекции, как Клеменсу?

– Кушайте. – Старуха поставила на стол три миски с супом. Пахло вкусно, и мы поблагодарили за поздний ужин. Только сердце все равно было не на месте.

– А где же ваша матушка живет? – спросила хозяйка.

– В Реннбери, – ответил Лем. Видимо, это было где-то поблизости, потому что старушка закивала:

– Ну да, ну да, вам уже недалече. Ладно, детки, кроватей у меня нет, дам вам одеяла, да ляжете на полу, тут тепло.

Мы заверили, что выспимся и на полу, а затем взяли у хозяйки одеяла и расстелили у очага. Здесь действительно было уютно и даже жарко. Я легла между Рейном и Лемом. Было слышно, как в соседней комнатке ходит старушка, а затем и она легла.

– Похоже, дела плохи, раз даже так далеко от столицы нет покоя, – шепотом сказал Рейн.

– Да, – откликнулся Лем. – Ты заметил? Люди побаиваются вечером зажигать огни. Значит, нападения на деревушки достаточно частые. Дело не только в шайках на дорогах.

– Думаю, ты прав. Что же тогда в столице?

– Как знать?

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я закрыла глаза, почти сразу проваливаясь в блаженную дрему, верную подругу усталости. А проснулась оттого, что стало светло. Только это был не утренний свет…

– Лем! Рейн! – растолкала ребят. – Кажется, гости.

Парни тут же вскочили на ноги. Рейн схватился за кинжал – меч он не взял, чтобы не пугать местных жителей, а Лем тихонько скользнул к окну. Те огоньки, которые мы видели, были светом факелов.

– Человек десять, – сообщил нам Клеменс.

– Что это там? – выглянула из дверей комнаты старушка.

– Тише, бабушка, – перехватил ее Рейн. – Разбойники пожаловали, не выходите из комнаты.

Та тут же скрылась, а мы припали к окну. Да, действительно, там находился немаленький отряд. Перед ними стоял высокий мужчина. Судя по богатой, но достаточно простой одежде – тот самый деревенский староста, который потерял магию.

– Показывай, где самые богатые дома! – расслышали мы голос предводителя отряда. – Налог брать будем.

– Это какой такой налог? – Староста стиснул кулаки. – У нас долгов перед короной нету.

– А кто сказал, что мы имеем отношение к короне? – поинтересовался предводитель, брюнет лет тридцати или чуть больше. – Власть меняется, дед! Или плати, или мы твою деревню сожжем.

Из-за забора большого дома дальше по улице выбежала молодая красивая женщина.

– Не губите! – кинулась она под копыта всадников. – Здесь детки малые!

– Ник, ты гляди, какая краля! – рассмеялся бородатый шатен, обращаясь к брюнету. – Ты деньгами бери, а я девкой возьму.

– Не трогайте! – в ярости закричал староста. – Мила, беги отсюда! Быстро!

Женщина ойкнула и отступила к дому, но между нею и спасительными воротами уже были двое всадников. Один рассмеялся, перехватил ее и закинул в седло, будто куклу. Мила завизжала, задергалась, вырываясь, но обидчик держал крепко.

– Дочка! – вскрикнул староста.

– Я больше на это глядеть не намерен! – пророкотал Рейн, стискивая свободную руку в кулак. – Лем, за мной!

И парни зашагали к выходу. Я выскочила за ними. У меня теперь есть магия, а еще – полная сумка зелий, только не сжечь бы деревню самой.

– Уберите руки от девушки! – резко сказал Рейн.

– А это у нас кто? – обернулся главарь Ник.

– Путешественники, – ответил Клеменс. – И предлагаю вам послушаться моего друга.