Королева - Шарон Сэйл

Ему повезло.

Коди поспешно набрал номер. В ожидании ответа он снял с верхней полки вещевой мешок и бросил его на кровать, и как раз в это время откликнулся диспетчер Абела Миллера. Придерживая плечом трубку, Боннер развязал мешок и, покопавшись в нем, вытащил полуавтоматический пистолет и коробку с пулями.

— Говорит Коди Боннер. Передайте шерифу Миллеру, что убийца Патрика Муни побывал в моем доме. Скажите ему что Квин исчезла, а в доме все вверх дном. Пусть шериф вместе с поисковой командой как можно скорее прибудет сюда.

Голос диспетчера звучал еле слышно, и связь несколько раз прерывалась, но даже по отдельным фразам Коди понял, что тот пытается уговорить его дождаться подмоги.

— У меня нет времени! — закричал Коди. — Снег заметает их следы. Если я буду ждать, то они совсем исчезнут. Скажите Абелу, чтобы он двигался к горам, прямо за моим домом. Я пойду первым… и надеюсь, что успею их догнать. — Он глубоко вздохнул и, закрыв глаза, представил себе на минуту, что ждет Квин, если он не успеет вовремя. — Пусть поторопится, — добавил он. — Очень прошу.

Коди положил трубку, не сомневаясь, что диспетчер тотчас свяжется с шерифом. Только бы помощь подошла поскорее. Стоит им опоздать, и жертв будет больше: если Квин и его самого не убьет Вирджил Стрэттон, то это сделает снежный буран.

Слезы катились по лицу Квин, но причиной тому была не боль, а сильный снег, обжигавший лицо.

Она давно перестала ориентироваться в густой чащобе. Уклоняясь от низко висящих, отяжелевших от снега ветвей деревьев, она натыкалась на тонкие голые сучья кустарника, которые больно хлестали лицо.

Она постоянно облизывала сухие, потрескавшиеся губы. Проведя по ним языком в очередной раз, она почувствовала соленый привкус крови.

Дважды за время пути Вирджил коротким резким окриком заставлял ее прислоняться к дереву, а сам в это время ориентировался по компасу и сверялся с нарисованной от руки картой.

Квин тоже старалась определить, где они находятся, но видимость была не больше десяти — двенадцати футов. Снег кружил в кронах деревьев, окутывая землю сплошной снежной пеленой. Квин была на грани истерики, понимая, что, если ей удастся убежать, ее заметет пургой. Боже, как же далеко отсюда Коди и Кредл-Крик!

Наблюдая за тем, как тщательно Вирджил ориентируется на местности, Квин внезапно поняла, что он идет не просто наугад, стараясь оторваться от погони, а движется к определенной цели. От этого открытия паника Квин только усилилась. Более того, когда они дойдут до его берлоги, то запас сухих и консервированных продуктов, который он захватил с собой, позволит ему преспокойно перезимовать там. Охваченная отчаянием, Квин решила во что бы то ни стало убежать от него.

— Пошли, сука! Пошевеливайся! — заорал Вирджил, перекрикивая вой ветра и дергая ее за рукав пальто.

Квин уперлась, изо всех сил стараясь удержаться на ногах, и он, не ожидая сопротивления, на какое-то мгновение утратил равновесие и опрокинулся на спину, задев головой заснеженные ветви. Снег лавиной обрушился на него, запорошив глаза.

Квин рванулась в сторону и побежала. Сейчас или никогда! Лучше замерзнуть в снегу, чем погибнуть от рук этого бандита. Ее длинные ноги вязли в сугробах, но она упорно стремилась вперед, лишь бы убежать как можно дальше, пока он не протрет глаза.

Внезапно у нее над головой просвистела пуля. Она резко остановилась, затем упала на колени, и в это время он выстрелил снова.

— Боже! — простонала она, закрывая лицо руками. Побег не удался, и теперь ей было ясно, что он предпримет, если она выкинет еще один такой трюк.

Впрочем, уж лучше получить пулю в голову, чем быть изнасилованной бандитом, а потому Квин вновь рванулась вперед в надежде, что он прикончит ее одним выстрелом. Но увы…

Злость помутила разум Вирджила, и он, в два прыжка настигнув беглянку, заломил ей руку, опрокинул на спину и больно пнул под ребра. Когда она попыталась ответить ему тем же, мерзавец громко расхохотался. Он любил, когда сопротивляются, любил, когда люди страдают от боли. Это только сильнее возбуждало его.

— Похоже, сейчас самое время! — выпалил он, задыхаясь от бешенства.

Час расплаты настал. Кровь вскипела у него в жилах, и он забыл об осторожности. Отбросив ружье, Вирджил начал расстегивать штаны. Теперь он мечтал лишь об одном: поскорее войти в горячие влажные глубины ее тела.

Заметив, что он собирается спустить штаны, Квин что было сил пнула его в колено. Он взвыл от злобы и боли. Стараясь удержаться на ногах и не помня себя от охватившей его ярости, Вирджил выхватил из кармана пистолет и прицелился в голову Квин.

Распростертая на снегу, она сквозь снежную завесу взглянула на дуло пистолета. Ей никогда не приходило в голову, что она умрет от выстрела в упор. Закрыв глаза, она молила Бога, чтобы дал ей умереть сразу.

Холодный воздух обжигал легкие Коди, глаза его постоянно слезились, и ему приходилось вытирать их, чтобы не потерять следы, исчезавшие под непрерывно падавшим снегом. Он бежал, не чувствуя под собой ног, и, когда они совсем онемели, двигался уже по инерции, точно так же, как когда-то в пустыне. Если не думать о боли, то она как бы исчезает.

На его густых черных волосах лежала шапка снега, правда, снег быстро таял от жара его разгоряченного тела, и вода струйками стекала ему за шиворот.

Через каждые несколько минут он останавливался и внимательно прислушивался. Взгляд его скользил по снежной равнине и толстым стволам деревьев: Коди старался отыскать следы преступника и его жертвы. Ветер то и дело менял направление, и Боннер, выругавшись, снова попытался сосредоточиться.

Внезапно прозвучал выстрел. В царившей вокруг тишине он прозвучал как раскат грома и еще долго отдавался эхом в поросших лесом горах, что совершенно дезориентировало Коди. За первым выстрелом последовал второй, и на какое-то мгновение Коди потерял всякую надежду.

— О Господи! — в ужасе воскликнул он и снова бросился бежать.

Сейчас он двигался наугад, руководствуясь лишь силой воли и желанием схватить мерзавца.

Тут он услышал ее крик, и у него открылось второе дыхание. По крайней мере она все еще жива. Он старался не думать о том, в каком состоянии найдет ее, главное, чтобы у нее сохранилось желание жить дальше. Квин наверняка отчаянно боролась, прежде чем этот сумасшедший уволок ее. Нет, не надо сейчас думать о последствиях, вызванных ее сопротивлением.

Коди выбежал на поляну и остановился как вкопанный при виде ужасной картины.

Бандит казался просто громилой из-за надвинутого на лицо капюшона и нескольких слоев одежды. Он навис над распростертой на снегу Квин. Коди прикинул расстояние до них — примерно пятьдесят ярдов. Воспользоваться пистолетом при такой плохой видимости — значит только сыграть мерзавцу на руку. Если Квин еще жива, то он непременно убьет ее.