Прелести жизни. Книга первая. Мера жизни. Том 1 - Александр Черевков

— Доброе утро! — сказала, когда спустилась с комнаты к столу с завтраком. — Приятного аппетита!

— Доброе утро! — ответили присутствующие, рассаживаясь за столом. — Всего вам приятного!

Павел Степанович перед завтраком прочитал молитву. Семья дружно застучала деревянными ложками по тарелкам. Завтрак был лёгкий. Съела тарелку куриного супа и выпила чай.

Как только завтрак закончился, вся семья поспешила к запряжённым лошадям. Мы с Фёдором сели на двуколку. Павел Степанович, Евдокия Лукьяновна, Валентина и Ольга сели в большую коляску с крышей.

Станислав, Федот и Матвей сели отдельно в другую коляску с крышей. Сзади каждой коляски и за нашей двуколкой привязали по одной запасной лошади. Кучерами пятеро мужиков. Домашних слуг брать не решились. Они места много могут занять.

В дороге господа решили обходиться без прислуги. В гостиных дворах служилого люда полно. Семейный кортеж медленно выехал из имения на просёлочную дорогу.

Пятнадцать человек и десять лошадей медленно двинулись в дальнюю дорогу на Кавказ. Лошади и люди хорошо отдыхали этой ночью, поэтому движение по большаку ускорили и вскоре за деревьями показались заводские постройки Тулы.

— Фёдор! Давай мы вначале съездим на примерку твоего костюма. — предложила. — После примерки отправимся за кольцами. К этому времени моё платье, и твой костюм будут готовы. Дальше будет видно, куда нам ехать.

— Савелий! Едим к Стешке Замоткиной. — приказал Фёдор, кучеру. — Мария! Пускай будет, по-твоему.

При въезде в Тулу наша двуколка повернула вправо и рысцой двинулась между торговых домов. Мастерская Замоткиных находилась в длинном двухэтажном доме.

Верхний этаж был жилой, а на нижнем этаже дома разместились примерочная комната и мастерские с десятком швей, которые там без устали что-то шили.

— Степанида! Принимай гостей. — закричал мужик с пышной бородой, когда мы подъехали к дому. — Граф Лебедев пожаловал со своей свитой. Матрена! Самовар поставь гостям. Вазу пряников медовых не забудь.

Видимо, этот мужик, был хозяином большого дома. Он дал всем своим распоряжение и поспешил к коляске Павла Степановича, любезно раскланиваясь и приветствуя гостей. Провожая всех впереди себя.

— Ну! Артём! Здоров будешь! — дружелюбно потрепав мужика за бороду, сказал Павел Степанович. — Истинный русский богатырь! Просто удивительно, откуда это у тебя такая сила имеется?! Мощь то, какая в тебе!

— Благодаря вам, Павел Степанович, — разглаживая бороду, ответил Артём. — Мы на ваших хлебах выросли. Отсюда сила русская. Говорят, что в этом году у вас поля хорошие. Хлеба много будет.

— Всё во власти Бога. — заявил Павел Степанович. — Два года назад дожди хлеб на корню сгноили.

Фёдор Лебедев помог мне сойти с двуколки. Мы сразу отправились в примерочные одежды.

— Здравствуйте, молодой граф! — приветствовала нас, хозяйка дома. — Здравствуйте, молодушка! Заходите. Будьте гостями. Садитесь за самовар. Сейчас приготовлю. Ваш костюм и платье.

— Стеша! Только быстрее. — сказал Фёдор. — Нам надо много километров ехать до Кавказа.

Стеша крупного телосложения. Прямо встать хозяина дома. Видимо, старшая дочь. У неё и брови густые, как у Артёма. Несмотря на свой внушительный рост, бегала Стеша по дому довольно резво. Усадив нас за тульский самовар с чаем, она исчезла за дверью, где стрекотали швейные машинки. Вскоре, Стеша явилась с двумя девушками, которые принесли Фёдору шикарный фрак темно-синего цвета и мне белое свадебное платье.

Фёдора увели в боковую примерочную. Меня спрятали за большую ширму от посторонних глаз и от Фёдора тоже. Жениху не положено видеть невесту в свадебном платье до самого венчание.

Иначе, всё плохо кончится, такая примета, свадьба, может быть, не удачной, дальнейшая жизнь плохой? За ширмой, Стеша и молодая швея, помогли мне раздеться. Осталась в нижнем белье.

Поверх нижнего белья на меня надели свадебное платье, которое приятно пахло свежестью. Словно сейчас ткачи соткали кружевную ткань. Платье было мне, ну, в самую пору. Даже нечего подгонять.

— Откуда вы знаете мой размер? — спросила, Стешу. — Меня здесь в вашей мастерской никогда не было, а всё сшито так, словно всю жизнь на меня шили в вашей мастерской. В чем секрет?

— Мне не велено говорить вам. — скрывая свои глаза, ответила Стеша. — Только шью на вас.

— Понятно! — возмутилась сама. — Это проделки Фёдора Лебедева. Сейчас выведу его на чистую воду.

Стеша и портниха подогнали на мне свадебное платье. Затем сняли платье аккуратно с меня. При мне, надели на платье чехол из белой ткани и упаковали в коробку, плетённую из соломки. Коробку отнесли в коляску Павла Степановича.

Там коробку закрепили прямо под сидением и укрыли ковровой дорожкой. Прошла к столу пить чай с медовыми тульскими пряниками. Тем временем, всё семейство Лебедевых, сидело во дворе дома в беседке и там пили чай.

Со двора доносились их голоса. Все о чём-то смеялись. Возможно, что это они вспоминали обмороки Ксении? Может быть, ещё, что было им вспомнить? Мне не слышно их разговора.

Да и неудобно подслушивать чужие разговоры. Скорей бы Фёдор Лебедев выходил. Что он там делает? Может быть, заглянуть? Тоже не хорошо. Подумает, что не доверяю ему.

— Мария! Поедем быстрее за кольцами. — сказал Фёдор Лебедев, как только вышел из примерочной. — Пускай наши здесь будут. Мы вдвоём быстрее всё сделаем, чем ездить нам целой свитой.

Савелий никуда не отлучался с двуколки. Мы сходу отправились в мастерские по золоту. Это было в противоположном конце Тулы. Во время езды по городу, почти на каждом углу улиц, Фёдора Лебедева приветствовали офицеры и господа.

Видно было, что его хорошо знают горожане. Нам некогда было останавливаться на каждое приветствие.

Поэтому Фёдор, слегка приподнимал свою чёрную шляпу, отвечала на приветствия кивком головы.

Так мы ехали почти до конца города. Как, вдруг, нам дорогу преградил эскадрон гусар, которые спешились перед нашей двуколкой и плотным кольцом быстро окружили коляску наших перепуганных лошадей. Удивлённо стала разглядывать нарядную форму гусар.

— Фёдор Лебедев! Неужто, ты?! — закричал, лихой гусар. — Граф! Ты куда от нас запропастился?

— Игнат! Ермилов! Ты ли это?! — закручивая усы, вскрикнул Фёдор Лебедев, спрыгнул с двуколки. — Сколько лет?! Сколько зим?! Ну, ни как ни думал тебя увидеть в наших краях. Куда собрался?

— Вот, эскадрон гусар, мне доверили, — ответил Игнат Ермилов,