Плоды мести - Андрей Юрьевич Болотов

натворил за ночь. Хапуга, недолго думая, показала им язык, вызвав этим крайне удивленные возгласы, и уселась в кресло спиной к двери.

— У вас там… дуэль… — не веря своим глазам, пробормотал распорядитель, глядя на место, где должна была находиться истерзанная пленница.

Цепи сиротливо жались к стенам, ясно давая понять, что ими уже давно не пользуются. Оставленный ключ от оков, конечно, намекал на такую возможность, но всерьез в нее никто не верил.

— Там? — не слишком любезно переспросил Гарб, нервно постучав несколько раз посохом по полу. — Мы еще тут не закончили. Примирение у нас, вот.

С каждым ударом материал пола вокруг места соприкосновения со снопом зеленоватых искр последовательно менялся на шершавую сосновую доску, ярко-желтый песок, весело плещущий водичкой родник и, наконец, вернулся в исходное уныло-мраморное состояние, обдав напоследок грязными водяными брызгами модные кружевные панталоны сановника.

Это окончательно выбило гнома из колеи. Он с перекошенным лицом молча развернулся и, расчистив себе локтями путь в толпе, бросился бежать, смешно подкидывая косолапые ноги. Гарб сурово посмотрел на остальных, и все придворные тут же последовали примеру коллеги.

— Одежду принесите! — сурово крикнул им гоблин вдогонку на цвергском своим высоким скрипучим голосом.

Он уже собирался снова закрыть дверь, когда ее придержала волосатая зеленая лапища.

Орк протиснулся мимо шамана и подозрительно осмотрел помещение глубоко посаженными карими глазами. Увидев все интересующие его детали, бывший гладиатор расплылся в широкой похабной ухмылке.

— Как спалось? — громко поинтересовался он, уважительно потрепал Гарба по плечу и шепотом добавил. — Мужик! Как объездил кобылку-то?

Сердиться на друга так же, как на гномов, у гоблина не получалось, поэтому Аггрха за вторжение и хамство пришлось простить.

— С удовольствием, — лаконично ответил Гарб сразу на оба вопроса, а Рати при этом вспыхнула как маковый цвет, поджала губы и нервно дернула плечом.

— Это хорошо, — расслабленно сказал зеленокожий, пытаясь разгадать причину такой острой реакции девушки, которую, вроде бы, ночью не сильно обижали. — Я-то уже на всякий случай приготовился за тебя мстить. Научи меня на тот же случай с посохом обращаться, а то мало ли.

— Не мечтай! — почти одновременно откликнулись гоблин с хапугой, и оба вздрогнули от неожиданности.

Девушка опасливо выглянула из-за спинки кресла и быстро посмотрела на орка, пристрастия которого ей недавно в красках расписали. Тот с деланным недовольством запыхтел, поддразнивая обоих гоблинов.

— Уже даже спелись! — ухмыльнулся он. — Что ж. Я, конечно, доверяю твоему чутью, Гарб, но очень надеюсь, что ты не терял голову из-за смазливой мордашки.

— На свою страшную харю посмотри! — донеслось от кресла.

— Я к своей претензий не имею, — тут же парировал орк, проведя пальцем по шраму через всю щеку, и повернулся к Гарбу. — Там Турон уже наверняка рвет и мечет. Пока ты вчера в библиотеке прохлаждался, я немного пообтерся среди минотавров. Они ставки делали, сколько минут ты продержишься против профессиональной убийцы. Ради меня даже на всеобщем говорили, представляешь? Уважают, наверное. Так вот, король поставил на тебя, и я, кстати, тоже вместе с Оку. Думаю, Турон был уверен, что если хапужка и переживет эту ночь, то нормально сражаться точно не сможет. Короче, он наверняка расстроится, когда ему доложат, как тут на самом деле. И не он один, потому что все уже настроились на зрелище. Разочарование — штука сильная, а в случае с этими копытными, еще и опасная, сам понимаешь.

— Как бы чего не вышло, — согласился Гарб.

— А вы его женушке все расскажите, — снова подала голос Рати. — Я эту парочку вдоль и поперек изучила. Усино — добрая корова, но за такую проделку она муженьку рога обломает из простой женской солидарности. Турон подкаблучник и не посмеет перечить.

Гарб удивленно повернулся к хапуге, а орк сделал пару шагов вперед и заглянул девице в лицо.

— И давно ты шпионишь на острове? — спросил он, сузив глаза.

— Три года уже, — гордо тряхнув каштановыми волосами, ответила Рати. — Начала еще, когда наследнички здесь были, и попалась только сейчас. О, придумала! Чтобы она сразу поверила, просто позовите ее сюда, пока Турон раньше не объявился.

Орку поплохело от осознания, что его могли спокойно прирезать, например, в ванной, а он бы и не заметил.

— Кому-то придется делать хорошую мину при плохой игре, — криво улыбнулся Гарб. — Аггрх, сбегаешь?

— Д-да, — рассеянно сказал воин и бросился вон из комнаты.

* * *

Турон все-таки успел первым. Король явился, громко цокая копытами в сопровождении бесшумно ступающих телохранителей, тенью следующих за своим повелителем. Дверь все еще была приоткрыта, поэтому он просто бесцеремонно вторгся в комнату Гарба. Король резко захлопнул створку за собой перед носом сопровождающих, избавляясь от лишних свидетелей. Увидев порезанную занавесь балдахина, минотавр поперхнулся и закашлялся. Парча — материал не из дешевых.

— Бу-будьте здоровы, Ваше Величество! — звонко, но с явной неприязнью в голосе поприветствовала его хапуга, вставая, чтобы королевскому взору отчетливо стало видно, куда делась недостающая часть занавеси.

— Могли бы для вида хотя бы подраться, — поморщился Турон. — Вот что теперь с вами делать? Сюрприз хотя бы понравился?

Гарб раскрыл было рот, чтобы ответить, но Рати сделала это первой.

— За то, что вы приказали со мной сделать, я должна сейчас вызвать на дуэль вас, но мой отец этого не одобрит, поэтому не буду, — ее голосом можно было бы заморозить воду в море. — Кодекс не нарушен, примирение состоялось. Чего еще вам от нас нужно?

— У тебя был шанс уйти безнаказанно, но ты, дерзкая девчонка, им не воспользовалась, за что и поплатилась, — король пока сдерживался, но глефа в его правой руке нетерпеливо подрагивала. — Выметайтесь оба из моего королевства, и остальную шайку с собой захватите. Мне плевать, кто вы и что вы. От вас одни неприятности и никакой благодарности. Может, хотя бы сына найдете. Отправитесь на его корабле. Его шкиперу все равно долг перед родиной отрабатывать еще лет двести.

Турон развернулся на месте, намереваясь выйти, но за дверью раздались громкие звуки спора. Все остальные голоса легко перекрывал очень низкий и очень возмущенный женский контральто. Король примерз к полу. Охране было велено никого не пускать, но взбешенной королеве такие приказы не помеха. Мощный удар сотряс створки, и Турон поспешил их распахнуть.

Оба телохранителя мягкими тюфячками сползали по стенкам коридора. Усино стояла по его центру, уперев руки в бока. Ее большая грудь высоко вздымалась, а мускулистые руки со сжатыми кулаками были плотно прижаты к крутым бедрам. В сочетании с низко наклоненной рогатой головой и трепещущими ноздрями провинившемуся муженьку не светило ничего хорошего.

— Это