Плоды мести - Андрей Юрьевич Болотов

пьют из жертвенника. Для заклинаний тоже используется сплетение стихийных элементов и Дэ. Значит, можно попробовать высвободить Дэ, не трогая стихии. Правда, в глазах любого мага — это дикость. С тем же успехом можно выковать меч из чистого золота: выглядеть будет здорово, но воевать им дорого и непрактично.

— Не попробуешь, не узнаешь, — сказал себе Гарб и принялся творить магию.

Если бы все оказалось так просто, наверное, так бы все и делали. Зачем резать кур, если можно просто что-нибудь поджечь? Ожидаемо, небольшой шарик огня на ладони не дал никаких результатов. Дэ в сочетании с огнем духов не только не привлек, но и, похоже, отпугнул, поэтому пришлось его погасить. Затем шаман попробовал удар чистой магией. В мире живых от него вздыбился ворс на ковре, а в Шеоле только поднялся ветер.

Как оказалось, волшебство даже в чистом виде не полностью состоит из Дэ. По крайней мере, на это ни один из духов тоже не среагировал. Помнится, Минору творил волшебство вообще без помощи Дэ, но эта секретная техника оказалась Гарбу не по зубам, как он ни старался ее повторить. Наверное, есть какой-то другой источник силы, но пока к нему все равно нет доступа. Да и не исключено, что он может не понравится духам.

— И чем же вас заинтересовать? — задумчиво почесал подбородок гоблин коготком большого пальца.

Как он знал, посох, проекцию которого Гарб держал в ладони, духи вообще старались облетать стороной. Так что и его применение исключено.

— Интересной беседой, разве что, — послышалось где-то над ухом.

Шаман вздрогнул от неожиданности и попытался найти источник звука. Голоса духов в Шеоле трудно отличить от шелеста листьев на ветру, поэтому говорить мог кто угодно. Только его не было видно.

— Не трудись, — в двух шагах от гоблина сгустилось до состояния полупрозрачности нечто, отдаленно напоминающее силуэт самого шамана, как будто пытаясь скопировать собеседника.

— Кто ты, о дух! — тут же обратился к нему Гарб, надеясь, что это не один из духов его предков.

Те довольно неприязненно относились к нетрадиционной для гоблинов одежде и отсутствию ритуальной маски. Про угощение и говорить не приходится.

— Всем подавай имена, — прошелестел призрак со звуком зыбучего песка. — Чем ты заслужил такую информацию?

— Виноват, — шаман пошаркал ножкой, которая в невесомости Шеола совсем не болела. — Угощения действительно нет.

Дух рассмеялся тихим многоголосым смехом, пробирающим до мурашек, от которого у неподготовленного поднялась бы шерстка на затылке. Гарб привык к проделкам местных обитателей давным-давно и не обратил внимания.

— Мне не нужно угощения, — сказал невидимый собеседник. — Просто удиви меня.

— Чем? — уточнил Гарб, пытаясь внутренним зрением разглядеть, кто же к нему явился.

Простые обитатели Шеола никогда не строят общение таким образом. Без угощения они и словом никого не удостоят, так что этот пришелец сильно заинтересовал ловца духов.

— Только не тупыми вопросами, — рассмеялся дух. — Терпеть не могу неучей. Я слышал, что ты много знаешь и умеешь. Вот и решил познакомиться. Только сперва хочу убедиться в правильности выбора.

— Тебя заинтересовали мои эксперименты, — осенило Гарба.

— И они тоже, — степенно кивнул дух.

— Угощение тебе не нужно, а значит, ты познал способы питания без подношений от смертных, — вошел гоблин в состояние счетной машины, — тебя можно развлечь беседой, ты не любишь неучей, а значит, уважаешь знания. Курак, я полагаю?

Призрак обрушил на голову шамана поток звуков, которые сошли бы за громогласный смех, если бы все в этом месте не было приглушенным. И даже так пришлось зажать уши.

— Ура-урастое! До этого сам никто не догадывался! — обрадовался дух всезнайства, тут же начав обретать подобие плотности.

Гарб с интересом посмотрел на свою точную, только почти прозрачную копию. Перед ним стоял высокий гоблин с лапами до колен. Серый мятый кафтан с множеством карманов скрывал тело, но на морде уродливые белесые червяки шрамов прогрызли извилистые дорожки по широкому приплюснутому носу, впалым щекам и высокому лбу, проредили шерстку на оттопыренных ушах, оставив одно надорванным сверху. Желтые глаза с вертикальными зрачками изучали его в ответ с искренним любопытством. Призрак сделал попытку почесать пятерней с длинными крючковатыми пальцами копну длинных коричневых волос на голове, но лапа провалилась в пустоту, не встретив препятствия. Досадливо махнув конечностью, дух вернулся к изучению Гарба.

— Да уж, удивил, — изрек он наконец. — И как успехи по отделению Дэ от плевел?

— Получилось тебя призвать, — настороженно улыбнулся гоблин, вызвав на морде призрака ответную улыбку.

Курак был легендой, и в прежние времена Гарб мог только мечтать о знакомстве с ним. Сейчас же после всех своих приключений, шаман рассматривал собеседника только как ходячую библиотеку, полную нужных ему знаний. Гоблин напомнил себе, что вряд ли этого духа принято поминать только в ругательствах просто так. Наверняка есть причина. «Вырядился Курак знает во что», — так его с год назад отчитывал учитель. Стоит быть настороже.

— Я сам сотни раз пытался это проделать, но не получилось, — признался всезнайка и дальше затараторил с такой сумасшедшей скоростью, что у шамана уши едва не начали сворачиваться в трубочки. — Дэ — это чистая энергия Создателя. Можно даже сказать, что это энергия жизни, и просто так она никому не дается. Только богам такое под силу, и то не всем. Кстати, ты в курсе, что в тебе есть божественная искра? Это сразу видно по росту и некоторым другим признакам, так что у тебя могло бы получиться. А еще твой посох — совершенно замечательная, но незавершенная штука. Ты хотя бы примерно представляешь, как им управлять? Без остальных частей его работа наверняка непредсказуема, да и работает он не на полную мощность. Зато, когда соберешь… ты ведь будешь его собирать, да? Им тогда можно будет горы свернуть. В буквальном смысле, но не только. Еще он управляет стихиями. Всеми. Да-да, совершенно точно. И божественной тоже. Нет-нет, ты не ослышался. Так вот, если принять во внимание некоторые важные аспекты криволинейной разнонаправленности колебаний энергетических потоков в замкнутом контуре, а также пассивный концентратор, используемый для подавления негативных возмущений, следует отметить бесконечную вариативность возможных последствий, могущих вызвать как категоричный отказ спектра…

Отчаянно болела голова, но Гарб все равно продолжал слушать, жадно впитывая новые знания, которые удавалось вычленить из потока мыслей Курака. Зато теперь сразу стало понятно, откуда у этого духа такая плохая репутация: выдержать общение с ним простому гоблину не дано. Гарб с детства не считал себя простым, поэтому терпел, пока хватало сил.

— …таким образом, следует сделать вывод о важности соблюдения радиус-вектора по абсциссе во избежание полного уничтожения