Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Не могу согласиться с тобой, — заявил лорд Катерхэм. — Здесь мирно, вот именно — мирно. И чрезвычайно удобно. А как я рад вернуться к Тредуэллу, и описать не могу. Этот человек оберегает мой покой самым чудесным образом. Кто-то приходил не далее как сегодня утром узнать, не могут ли они организовать здесь залет девушек-экскурсоводов…

— Слет, — поправила Бандл.

— Слет или залет — какая разница? Глупейшее слово и ничего не значащее. И я бы оказался в очень неловком положении — я бы, может быть, и не смог отказать. Но Тредуэлл выручил меня. Не помню, что он сказал, но что-то чертовски остроумное и, конечно, не задевающее ничьих чувств, что напрочь выбило из головы саму мысль об этом слете.

— Удобства еще не самое главное для меня, — возразила Бандл. — Мне нужны волнения!

Лорд Катерхэм содрогнулся.

— Не достаточно ли у нас было волнений четыре года назад? — печально вопросил он.

— Я уже готова к новым, — парировала Бандл. — Не то чтобы я надеялась найти их в городе, но в любом случае я уже не сверну челюсть от зевоты.

— Мой опыт подсказывает, — сказал лорд Катерхэм, — что люди, ищущие неприятностей, обычно находят их. — Он зевнул. — Все равно, — добавил он, — я бы и сам не прочь проехать в город.

— Так давай! Только не задерживайся, а то я спешу.

Лорд Катерхэм, уже начавший вставать со стула, остановился.

— Ты сказала, что спешишь? — подозрительно переспросил он.

— Как черт спешу, — ответила Бандл.

— Это решает все, — заключил лорд Катерхэм. — Я не еду. Ехать с тобой в «Хиспано», когда ты за рулем и спешишь, — нет, это неподходящее занятие для пожилого человека. Я останусь здесь.

— Дело хозяйское! — воскликнула Бандл и исчезла.

Ее место занял Тредуэлл.

— Милорд, вас очень хотел видеть викарий. Спорный вопрос возник о статусе Отряда Мальчиков.

Лорд Катерхэм застонал.

— Мне показалось, милорд, что за завтраком вы упомянули о том, что собираетесь сегодня утром прогуляться в деревню и побеседовать с викарием на эту тему.

— Вы ему так и сказали? — нетерпеливо спросил лорд Катерхэм.

— Да, милорд. Он ушел, если можно так выразиться, весьма поспешно. Надеюсь, я поступил правильно, милорд?

— Конечно, Тредуэлл. Вы всегда правы. Вы не сможете быть не правы, даже если захотите.

Тредуэлл скромно улыбнулся и вышел.

Тем временем Бандл нетерпеливо нажимала на сигнал у ворот с домиком привратника до тех пор, пока оттуда не выскочила маленькая девочка и не понеслась со всех ног открывать ворота, подгоняемая своей матерью, спешащей за ней.

— Поторопись, Кэти. Это ее светлость, летит как на пожар.

Спешить действительно было характерно для Бандл, особенно находясь за рулем. У нее были опыт и выдержка, и она была хорошим водителем, хотя эта безрассудная гонка не раз могла окончиться трагически.

Стоял свежий октябрьский день, с ослепительным солнцем в синем небе. Свежий студеный воздух разрумянил щеки Бандл и наполнил ее чувством радости жизни.

Этим утром она отправила Лорейн Уэйд в Дин-Прайори неоконченное письмо Джеральда Уэйда, добавив от себя несколько пояснительных строк. Странное впечатление, которое это письмо произвело на нее, немного рассеялось с наступлением дня, хотя она все же была уверена, что объяснения необходимы. Она намеревалась найти Билла Эверслея и вытянуть из него все подробности того вечера, который закончился так трагически. А сейчас было чудесное утро, чувствовала она себя превосходно, и ее «Хиспано» летел как на крыльях.

Бандл сильнее нажала ногой на педаль акселератора, и машина отреагировала немедленно. Миля исчезала за милей, остановки встречались очень редко, и дорога просматривалась далеко вперед.

И вдруг без всякого предупреждения из-за живой изгороди на дорогу прямо под колеса машины, шатаясь, вышел человек. Вовремя остановиться было уже невозможно. Изо всех сил Бандл сжала руль и резко вывернула его вправо. Машина почти провалилась в кювет, почти, но не совсем. Это был опасный маневр, но он удался. Бандл была почти уверена, что не задела человека.

Она оглянулась и почувствовала, как у нее засосало под ложечкой. Машина не переехала человека, но, должно быть, ударила его. Он лежал на дороге лицом вниз и был зловеще недвижим.

Бандл выпрыгнула из машины и побежала назад. Раньше она, за исключением, может, заблудившихся куриц, никого никогда не сбивала. Мысль, что вряд ли она виновата в этом несчастном случае, не утешала ее. Человек выглядел пьяным; но, пьяный он или нет, она сбила его. Она была совершенно уверена, что сбила его. Ее сердце стучало резкими, громкими ударами, и этот звук отдавался в ушах.

Она опустилась на колени перед распростертым телом и очень осторожно перевернула его. Человек даже не застонал. Это был хорошо одетый юноша с очень приятным лицом и тоненькой кисточкой усов на верхней губе.

Бандл не видела каких-либо наружных ран, но была совершенно уверена, что он умер или умирает. Его веки дрогнули, и глаза слегка приоткрылись. Жалобные глаза, такие страдающие, как у собаки. Казалось, он старается заговорить. Бандл наклонилась над ним.

— Эй! — затормошила она. — Эй!

Он что-то пытался сказать, она видела это. Пытался изо всех сил. А она не могла помочь ему, не могла ничего сделать.

Наконец раздались слова, почти беззвучный выдох:

— Семь Циферблатов… Скажите…

— Эй! — опять затормошила Бандл. Он старался произнести какое-то имя, старался из последних сил, уже оставлявших его. — Эй… Кому я должна сказать?

— Скажите… Джимми Тесайгер… — произнес он наконец, и тут же голова его откинулась назад и тело обмякло.

Бандл сидела на корточках, по ее телу пробегала дрожь с головы до ног. Она никогда не предполагала, что что-нибудь настолько ужасное может произойти с ней. Он был мертв, и она убила его.

Бандл попыталась взять себя в руки. Что же теперь делать? Первая ее мысль была о враче. Ведь, возможно, мужчина просто без сознания, а не мертв. Ее интуиция восставала против вероятности трагического исхода, но она заставила себя действовать. Так или иначе она должна уложить его в машину и отвезти ближайшему врачу. Это был пустынный участок загородной дороги, и помочь ей было некому.

Бандл, несмотря на стройность фигуры, была физически сильной девушкой. У нее железные мускулы. Она подогнала «Хиспано» так близко, как только было возможно, и, собрав все силы, подняла и втащила в машину безжизненное тело. Дело было непростое, но, сжав зубы, она все же справилась с ним. Затем прыгнула на водительское место и завела мотор. Через пару миль она оказалась в маленьком городке и, расспросив прохожих, быстро