Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

последних сил стараясь казаться грозным. А что? Это могло сработать. Но как преподнести такую двусмысленную идею?

— Можно взять знаменитый сюжет и переделать на новый лад, — вмешалась Регина. — Например, у нас же праздник Адалеи. Так почему бы не разыграть легенду? Но в Адалее будет угадываться госпожа Айдора. В ее возлюбленном — профессор Аверс, к примеру.

Мысль была хороша. Так хороша, что остаток вечера мы провели, вспоминая мелкие недостатки преподавателей и распределяя роли. Когда меня назначили богом Тьмы, моему удивлению не было предела.

— Но вы же наш куратор, — пояснила Лизи. — Куратора всегда боятся больше других.

Такой ответ меня устроил. Покончив с дележкой ролей, мы разошлись по комнатам. Я посидел еще немного, набросал сценарий, прикинул, какие понадобятся декорации. Уже собирался ложиться спать, когда в двери постучали. В коридоре мялась Кэрри. Вот кого не ожидал увидеть.

— Что-то случилось? — Пропустил девушку в комнату.

— Да. То есть нет, — мяла она подол платья. — Профессор Кроун, мы там тянули жребий, и мне выпало играть Адалею…

— Поздравляю, хорошая роль. — Никак не мог понять, куда она клонит.

— А я никогда не играла на сцене. Что будет, если у меня не получится? — Легкие огоньки заплясали в ее волосах.

— Тише, присядь. — Похоже, сон откладывался. — Ты что, боишься сцены?

— Нет, — покачала головой Кэрри, занимая краешек дивана. — Боюсь, что не получится. Дени говорит, он раньше выступал. Регина — сами знаете, она какая. Лизи часто бывала в театре. А я нигде не бывала. Мы постоянно сидели дома взаперти. Адалея — большая роль. Девчонки меняться не хотят. Говорят, я больше всех подхожу, потому что у меня… в общем… пышный бюст.

Я еле сдержал смех. Кэрри считала свои проблемы настолько громадными и серьезными, что не поняла бы, начни я смеяться в голос.

— Послушай, не во внешности дело. — Подбирать слова оказалось сложно. — Нужен талант. Сможешь ли ты показать Айдору-богиню так, чтобы это было весело. Легко сыграть трагическую роль. А вот заставить людей смеяться, забыв про все проблемы, — сложно. Спроси себя об этом.

— Не знаю. — Кэрри угрюмо покачала головой. — Я не смешная. А вы когда-нибудь выступали перед публикой, профессор?

— Было дело, — улыбнулся я.

— Боялись?

— Только в первый раз. Но мне понравилось. Люди слушают только тебя. А когда приходят посмотреть на выступление, забывают о своих проблемах и заботах. У них есть шанс окунуться в другой мир. А артисты им этот мир дарят.

— Вы так красиво говорите, — задумчиво протянула Кэрри. — Мои родители так не умеют. А брат горазд только шутки шутить. Почему вы решили стать профессором? Это же так скучно.

— Ошибаешься, — опешил я от такой откровенности. — Академия — не единственное место, где я работал. Приходилось примерять разные роли. Сейчас мне интересно преподавать вам. Возможно, потом станет скучно, и решу заняться чем-то другим.

— Не надо, — воскликнула Кэрри.

— Почему?

— Если вы уйдете, будет тоскливо, — опустила она голову. — Вы хороший. У меня были учителя дома. Они все смотрели на нас с Кертисом как на монстров. Заходили в комнату только по двое, никогда не поворачивались к нам спиной. А их глаза! Вы себе не представляете, профессор, как они на нас смотрели. Словно мы вот-вот набросимся на них. Мы пытались с ними поговорить вот так, как с вами сейчас, — но они сбегали или игнорировали все вопросы. Сначала я не понимала почему. А потом мы подружились с соседской девчонкой, и Кертис нечаянно поджег ей платье. Родители тут же запретили ей общаться с нами. Но главное не это, а то, что она могла пострадать. Больше ни с кем дружить не хотелось. А тут многие такие, как мы. И профессора не относятся к нам как к чудовищам. Не уходите, пожалуйста.

Я не знал, что ей сказать. Впервые в жизни сидел и молчал, глядя на смутившуюся девушку. Меня тяжело поставить в тупик, но Кэрри это удалось. А виновница моего замешательства отводила взгляд и разглаживала складки на платье.

— Насчет сцены… — пришлось сменить тему. — Не бойся. Мы все отрепетируем. Уверен, у тебя получится.

— Спасибо, — улыбнулась Кэрри. — Спокойной ночи.

Она выпорхнула из комнаты, а я так и сидел, задумавшись. Ничего не бывает без воли богини. Значит, не случайно оказался именно здесь, с этими ребятами. Возможно, я нужен им. Хоть я и не профессор и никогда не смогу показать сложное заклинание защиты. Но для меня они перестали быть чудовищами. Я не боялся их растущих сил. Почему-то крепла уверенность, что студенты справятся. Вон, перестали же взрывашки жечь все направо и налево. Дени не кидается на людей с когтями. Регина тоже не шипит по поводу и без. О способностях Лизи и Джема мне до сих пор приходилось догадываться, но уже хорошо, что они не стали их прилюдно проявлять.

Пришлось признать, что мне нравилось в академии. Нравилось рассказывать студентам о чем-то новом, проводить практикумы, общаться с ними. Даже заглядывать в библиотеку к рыжему коту. Если бы еще у меня самого было право преподавать.

Весь следующий день мы посвятили сценарию. Я набросал общую канву, а ребята вносили свои поправки. Так, они наградили богиню Адалею не только бюстом, но и платьем один в один, как у Айдоры. От Аверса мы взяли привычку все время отводить взгляд, когда с ним говорит деканша. Богиней Неба, к моему удивлению, избрали Элену. К этому образу присоединили длинную косу и глубокое декольте. Долго думали, кто же станет ее супругом. Остановились на профессоре боевой магии Драгане Филоре. Профессор был крайне харизматичным персонажем. А еще он часто оглядывался, словно за ним кто-то следит. Мне было ужасно любопытно, каким представят бога Тьмы. Сначала студенты упирались, не хотели раскрывать карты, но затем признались — бог Тьмы на всех посматривает свысока, даже старается казаться выше ростом, чтобы было удобнее смотреть сверху вниз. Не замечал за собой такого. Да и ростом меня богиня не обделила. Но говорить ничего не стал. Это их спектакль, им виднее.

Роли распределили по жребию еще ночью. Богиней Неба стала Регина. Лизи — посланницей богов Миртой. Ленору предстояло изображать меня. Дени — супруга Адалеи. Кертис и Джем стали слугами Даранта, Ветром и Зноем. А Кэрри, кажется, смирилась с образом Адалеи. Слова тоже писали скопом. Взяли в библиотеке записанную легенду — и перекроили ее на новый лад. Затем поделили группу надвое — Ленору, Джему и Лизи предстояло заниматься костюмами, а Дабл Кей, Регине и Дени — декорациями. Сам я примерил роль постановщика. С важным видом осмотрел будущую