Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

ломать мебель, крушить вещи и поливать все водой? Вы знаете, мы возвращаем дом владельцу на следующей неделе, и я бы не хотела, чтобы лорд Катерхэм подумал…

— Все будет в порядке, леди Кут. Бандл Брент, дочь лорда Катерхэма, моя отличная подруга, а она уж ни перед чем не остановится, абсолютно ни перед чем! Поверьте мне. И, кроме того, никакого ущерба мы не нанесем. Это будет тихая безобидная шутка.

— Утонченная, — добавила Конфетка.

Леди Кут печально прогуливалась по террасе, когда из столовой появился Джерри Уэйд. Если Джимми Тесайгер был светловолосым румяным молодым человеком, то о Джеральде Уэйде можно было сказать только то, что волосы его были еще более светлыми, а щеки более румяными, и бессмысленное выражение лица по контрасту с Джимми делало лицо Уэйда довольно умным.

— Доброе утро, леди Кут, — сказал Джеральд Уэйд. — А где все остальные?

— Уехали на рынок, — ответила леди Кут.

— Зачем?

— Это какая-то шутка, — сказала леди Кут своим глубоким печальным голосом.

— Довольно раннее утро для шуток, — заметил мистер Уэйд.

— Не такое уж раннее, — многозначительно возразила леди Кут.

— Боюсь, немного поздновато я спустился сегодня, — сказал мистер Уэйд с очаровательной искренностью. — Удивительная вещь: где бы я ни ночевал, всегда спускаюсь к завтраку позже всех!

— Очень удивительно, — подтвердила леди Кут.

— И не знаю, почему это, — размышлял вслух мистер Уэйд. — Просто не представляю.

— А почему бы вам не вставать раньше? — предложила леди Кут.

— О! — воскликнул мистер Уэйд. Простота решения ошеломила его.

Леди Кут серьезно продолжала:

— Сэр Освальд столько раз повторял, что для молодого человека, желающего достичь чего-то в жизни, нет ничего лучше режима дня.

— О, я знаю, — ответил мистер Уэйд. — И мне приходится соблюдать его в городе. То есть я должен быть в нашем веселом старом министерстве иностранных дел к одиннадцати часам. Вы не должны думать, леди Кут, будто я бездельник. Послушайте, какие ужасно веселые цветочки растут у вас там на нижнем уровне! Не помню, как они называются, но у нас дома тоже есть немного этих розовых… Как же их там?.. Моя сестра страшно любит заниматься цветоводством!

Леди Кут немедленно заинтересовалась этим:

— А какие у вас садовники?

— О, всего один! Какой-то старый недотепа. Ничего не соображает, но выполняет все, что ему скажут. А это большое дело, не так ли?

Леди Кут согласилась, и в голосе ее отразилась такая глубина чувств, какая бы сделала честь трагической актрисе. И они пустились в рассуждения о несправедливостях садовников.

Между тем экспедиция проходила успешно. Хозяин главного магазина рынка был определенно сбит с толку внезапно нахлынувшей толпой, требующей будильники.

— Жаль, что с нами нет Бандл, — пробормотал Билл. — Ты знаешь ее, Джимми? Она тебе понравится! Она чудесная девчонка, в самом деле, то, что надо! И заметь, с головой на плечах. Ты знаешь ее, Ронни?

Ронни отрицательно покачал головой.

— Не знаешь Бандл? Где ты воспитывался? Она чудо!

— Будь чуть более утонченным, Билл, — сказала Конфетка. — Перестань трещать о своих подружках и займись делом.

Мистер Мургатройд, владелец «Магазинов Мургатройда», принялся упражняться в красноречии:

— Если вы позволите посоветовать вам, мисс, то я бы не стал брать эти часы за семь шиллингов одиннадцать пенсов. Это хорошие часы, я отнюдь не умаляю их достоинств, заметьте, но я бы очень советовал вот эти, за десять шиллингов шесть пенсов. Они стоят лишних денег. Надежность, вы понимаете? Я бы не хотел, чтобы вы потом сказали…

Для всех было совершенно очевидным, что мистера Мургатройда нужно отключить, как кран в умывальнике.

— Нам не нужны надежные часы, — перебила его Нэнси.

— Они должны идти один день, и все, — добавила Хелен.

— Нам не нужны утонченные часы, — сказала Конфетка. — Нам нужны часы с хорошим, громким звонком.

— Нам нужны, — начал Билл, но не смог закончить, так как Джимми, обнаруживший склонность к технике, в этот момент разобрался в устройстве механизма. На следующие пять минут магазин превратился в ад — на все голоса надрывно звонили множество будильников.

Наконец остановились на шести лучших образцах.

— Вот что я вам скажу, — заявил щедрый Ронни. — Я куплю один для Орангутанга. Это его идея, и будет некрасиво, если он останется в стороне. Он непременно должен участвовать.

— Правильно! — согласился Билл. — Я куплю еще один для леди Кут. Чем больше их будет, тем веселее! Леди Кут и сейчас трудится для нас, морочит голову старине Джерри.

И действительно, именно в этот момент леди Кут рассказывала в подробностях нескончаемую историю о Макдональде и вожделенном винограде и была очень довольна собой.

Продавец упаковал часы и принял за них оплату. Мистер Мургатройд смотрел на отъезжающие машины с озадаченным выражением лица. Очень энергична золотая молодежь в наше время, очень энергична, но не всегда понятна. Он с облегчением повернулся обслужить жену викария, пришедшую за новым чайником.

Глава 2

Заботы с будильниками

— Ну а куда мы поставим их?

Обед был окончен. Леди Кут опять проинструктировали о ее обязанностях по отвлечению внимания мистера Уэйда. Неожиданно на помощь пришел сэр Освальд, предложив сыграть в бридж, хотя «предложил» не совсем верное слово. Сэр Освальд, один из «флагманов нашей промышленности», просто выразил пожелание, и все вокруг немедленно поспешили поддержать желание великого человека.

Руперт Бейтмен и сэр Освальд играли в паре против леди Кут и Джеральда Уэйда, что было очень удачным разделением. Сэр Освальд играл в бридж, как делал и все остальное, чрезвычайно хорошо, любил он также и то, чтобы у него был соответствующий партнер. Бейтмен был настолько же квалифицирован в игре, как и в секретарском деле. Оба они понимали друг друга с полувзгляда, обмениваясь лишь короткими, отрывистыми фразами: «Две без козыря… пара… три пики». Леди Кут и Джеральд Уэйд были любезны и доброжелательны в игре, причем молодой человек не уставал повторять после каждой партии тоном искреннего восхищения: «Знаете, вы сыграли просто великолепно!» — и леди Кут каждый раз находила это новым и невероятно лестным. И карта продолжала им идти.

Считалось, что все остальные танцуют под радиоприемник в большом зале. В действительности же они сгрудились у дверей спальни Джеральда Уэйда, стараясь соблюдать тишину, все же нарушаемую сдавленными смешками и громким тиканьем часов.

— В ряд под кровать, — предложил Джимми в ответ на вопрос Билла.

— На сколько поставим стрелки? Чтобы вместе зазвенели или по очереди?

Этот вопрос обсуждался очень горячо. Одна группа утверждала: чтобы разбудить такого чемпиона среди сонь, как Джерри Уэйд, необходим совместный трезвон восьми будильников. Другая настаивала на длительном и непрерывном звоне.

Наконец