Невеста с Бесовского места - Лана Синявская

Захар переместился за стол и одним движением сдвинул в сторону стоящие на нем безделушки.

– Сядь. Возьми вон тот стул, – велел он. Я неохотно подчинилась. – Если честно, мне не по себе. Очень не по себе, – заявил он угрюмо.

– Ты что-то узнал? Что-то о Сальникове?

– Что? Нет. При чем тут этот урод?

– Я думала, что ты привез меня сюда для расследования.

Он посмотрел на меня так, что я почувствовала себя круглой дурой. Мне все стало понятно, но это понимание меня скорее удивило, чем обрадовало. Попросту говоря, я испугалась и даже порывалась встать и уйти. Но Захар молниеносным движением схватил меня за руку, удерживая на месте. Одно короткое мгновение я терпела почтительное прикосновение его руки, потом дернулась в сторону как норовистая кобыла и отодвинулась вместе со стулом, мучительно заливаясь краской.

– Ты ясно дала понять, что не желаешь иметь со мной ничего общего, – констатировал наблюдательный Захар. Впервые в его голосе отсутствовал сарказм.

– Да! То есть нет… Я ничего такого… да что же это, черт возьми. – Я окончательно запуталась. Щеки полыхали огнем, хотя ни один из нас не произнес ничего оскорбительного.

– Успокойся, я не настаиваю, – сказал Захар, поднимаясь и направился к двери.

Когда он вышел, я, приложив руки к пылающим щекам, еще некоторое время таращилась на дверь, потом села перед трюмо и посмотрела на себя в зеркало, гадая, не начались ли у меня галлюцинации. Этот человек мог заполучить любую красотку на выбор, даже несколько, достаточно ему было поманить пальцем. Зачем ему понадобилась я? И почему он выглядел таким злобным? Конечно, я согласилась поехать с ним сюда, но только для того, чтобы раздобыть новые сведения и изучить заманчивую версию покушения на моего бывшего хозяина. Уверенность в собственной непривлекательности служила мне отличным щитом и я ни при каких обстоятельствах не смогла бы вообразить себя объектом желания кого бы то ни было, тем более, такого человека как Крылов.

Или могла?

«Почему бы нет? – неожиданно подал голос мой внутренний чертенок. – надо просто набраться храбрости.»

Набраться храбрости. Так просто. Ха! Или действительно просто? Зачем все усложнять? Не замуж же за него я собираюсь в конце концов!

Если не считать мужа, теперь уже бывшего, с мужчинами мне никогда не везло. Так повелось с самого начала и дело не в том, что желающих не было. Уже в шестом классе у меня выросла грудь, которая подпрыгивала при ходьбе, и это было любопытно не только мне. Но не так просто оказалось лишиться девственности. Мое первое свидание с далеко идущими целями обернулось полной катастрофой. Принято считать, что неопытным любовникам подсказывает сама природа. Или инстинкт размножения, если хотите. В моем случае природа молчала, стиснув челюсти, очевидно, боясь, что мы – я и мой парень – размножимся. Уж чем мы ей не угодили – мне до сих пор непонятно, а только ничего у нас не вышло. Ни в первый, ни во второй, ни даже в третий раз.

Тот же казус произошел и с моим следующим ухажером.

К восемнадцати годам я свято верила в то, что как женщина я недоделанная. Меня все чаще посещали грустные мысли, что ТАМ у меня вообще ничего нет, а то, что есть, залито бетоном. Правда при школьном медосмотре мне ничего такого не говорили, хотя я подозревала, что просто не хотели травмировать мою психику. Хотя в те времена с психикой у меня был полный порядок. Моей психикой траншеи можно было копать.

Все изменилось, когда я встретила своего мужа. Справедливости ради замечу, что и с ним все получилось не с первого раза. Но получилось! За одно это его можно было полюбить, что я и сделала. Правда, моей любви оказалось недостаточно, но это уже дело прошлое. В настоящем я снова почувствовала страх. Что, если мой дефект вернется? Вот сраму-то будет…

Не знаю, что меня толкнуло к решительным действиям в большей степени: страсть к Захару или желание убедиться, что со мной все в порядке, но так или иначе, я направилась к нему.

Время было позднее, так что никто из слуг не заметил того, что я слегка заплутала, разыскивая спальню хозяина дома. Дверь открылась, едва я успела постучать.

– Ну? – спросил Захар, явно нервничая. Привстав на цыпочки, я заглянула ему через плечо. В огромной, как гимнастический зал, комнате, царил беспорядок. Пепельница была полна окурков, а бутылка коньяка на тумбочке если и не была убита полностью, то атакована с преступными намерениями.

«Тем лучше!» – подумала я и храбро перешагнула порог.

Не помню, как я заснула, но проснулась в одиночестве. Откуда-то из-за стены доносился лязгающий звук, но я не стала торопиться и выяснять, что это. Вместо этого я с удовольствием потянулась всем телом, ощущая скользящее прикосновение шелковых простыней. Пусть даже меня сегодня же выгонят вон, но эта ночь того стоила…

Захар обнаружился в спортзале. Облаченный в обтягивающую майку с рисунком из веселеньких разноцветных ромбиков, он пыхтел над штангой. Безнадежно искаженные геометрические фигурки ему не шли, выглядел он как-то уж очень легкомысленно, но на душе у меня почему-то потеплело.

Я тут же одернула себя и спросила по возможности нейтрально:

– Что делаешь?

– Тренируюсь, – с достоинством ответил гигант.

– Зачем?

– Худею я, черт побери! – Он покосился на меня, явно опасаясь, что я приму его рвение на свой счет и тут же пояснил: – Все вокруг как сговорились, включая мою домработницу, талдычат мне, что у меня огромное брюхо. Бред какой! Смотри! – Он ткнул себя пальцем в живот. – Здесь же сплошные мышцы!

Я дипломатично промолчала. Захар удовлетворенно кивнул и сообщил:

– По-моему, на сегодня достаточно. – Он еще раз обозрел свой живот. – И вообще, штанга – это слишком, в следующий раз хватит гантелей.

Накинув халат, Захар подошел к столику у окна, придирчиво осмотрел вазу с фруктами, сцапал банан, слопал его в один присест, оставив только шкурку, и тут же нацелился на второй.

– Не боишься набрать все, что сбросил? – Неосторожно спросила я.

– Это ж фрукт! – Наставительно сказал Крылов. – От фруктов жир не прибавляется.

Спорить я не стала – себе дороже – а просто отщипнула ягоду со спелой виноградной кисти и отправила в рот. Захар одобрительно кивнул. Он выглядел как-то странно: погруженный в свои мысли, он блуждал по комнате, натыкаясь на спортинвентарь, потом уставился в большое, во всю стену зеркало с таким видом, словно решал, какую прическу соорудить на своей лысой голове. Я было испугалась, что его напряжение напрямую связано с тем, что произошло между нами прошлой ночью и усиленно пыталась дать понять, что отношусь к этому без далеко идущих планов на будущее, – в конце концов, мы оба взрослые люди, – но оказалось, что у Захара было совсем другое на уме.