Невеста с Бесовского места - Лана Синявская

Звук шел изнутри, из-за закрытой двери. Мне стало дурно, я с трудом сглотнула. Захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я не сплю. Однако ни в одном сне меня еще не тошнило так натурально.

Щелк!

Кто-то баловался, бросая в дверь мелкие предметы.

Но ТАМ НИКОГО НЕТ!

В ответ на эту здравую мысль внутри что-то зашуршало, как будто осыпалась горка мелких камешков. В звуке не было ничего угрожающего, но я так испугалась, что тихонько заскулила и попятилась. Я бы убежала, но ноги как будто приросли к полу. Новая одежда мгновенно пропиталась потом, я чувствовала резкий запах моего страха.

Стало тихо.

Не знаю, сколько это продолжалось, но я успела отдышаться и даже осмелилась подать голос. Он звучал как чужой, когда я прохрипела:

– Эй, кто там? Выходи.

В ответ снова что-то зашелестело. Послышался топот и вроде бы даже тихий, едва слышный смешок.

Это было невыносимо. Я зажала уши, чтобы ничего не слышать. Бежать! Но как повернуться спиной к двери?! Это было выше моих сил, и я продолжала стоять.

Некоторое время внутри было тихо, потом возня и сопение возобновились. И тут меня осенило: все происходящее может быть проделками Наташи. Маленькая разбойница вполне могла сбежать от моей подруги и пробраться в дом, а в отместку за то, что я спровадила ее в то время, когда в доме происходить столько интересного, устроила мне этот жестокий розыгрыш. Считать убийство собственного отца приключением решился бы только человек с больной психикой, но кто сказал, что у бедной Наташи она здоровая? Достаточно вспомнить ее рисунки и странные фантазии.

Мне почти удалось убедить себя в том, что со мной шутит шутки маленькая испорченная девочка, но когда я взялась за дверную ручку, рука сильно дрожала. Тем не менее, я строго сказала:

– Наташа, ну я тебе сейчас задам!

В пальцах что-то запульсировало, как будто через мое тело пропустили слабый разряд тока. Я рывком распахнула дверь, скорее по инерции, чем от храбрости.

Никто на меня не набросился. Никто не подстерегал меня за дверью. Занавески были задернуты – интересно, когда это я успела их задернуть? – и в комнате царил полумрак, но на первый взгляд в ней никого не было. Чуть осмелев, я шагнула через порог, одновременно шаря по стене рукой в поисках выключателя – мне сейчас жизненно необходим был свет. Свет зажегся – хвала небесам! – и черные тени как крысы, ринулись спасаться под кровать.

Никого…

Но кто же тогда топотал, мерзко хихикал и пулял в дверь камешками? Я все еще обшаривала глазами комнату, когда взгляд зацепился за яркое цветное пятно в самом углу, возле шкафа. Я уже догадалась что это, но все еще боялась взглянуть еще раз.

Кукла в зеленом платье сидела на стуле, небрежно облокотившись на спинку мягкой тряпочной рукой. Капюшон был надвинут низко на лоб, глаза подозрительно поблескивали. Она не шевелилась, но почему то у меня возникла твердая уверенность, что кукла умеет двигаться быстро. Очень быстро.

– Что за бред! – сказала я вслух. Звук собственного голоса придал немного уверенности. – Это игрушка. Только и всего.

Кукла пошевелилась и съехала на сиденье. Конечно, это вовсе не означало, что она живая, просто от моих шагов стул завибрировал, и она потеряла точку опоры, но, тем не менее, я вздрогнула и с трудом удержалась от того, чтобы не закричать.

– Хотелось бы знать, кто тут со мной шутки шутит, – пробормотала я, имея в виду шутника, который подбросил мне в комнату игрушку. Этот факт внушал не меньше опасений, чем само существование куклы. Я хорошо знала, что запирала дверь перед уходом, никто из обитателей физически не мог сюда проникнуть, утром никаких кукол в комнате не было – последний раз я видела ее в комнате, где пряталась Лилибет. Так кто и зачем приволок и посадил куклу на стул в моей комнате? Тот, у кого есть ключи от дома. Мысль о том, что неизвестный шутник может запросто расхаживать по дому в любое время, меня окончательно добила. Сразу припомнились все странные звуки во время моей экспедиции в спальню Розалии Львовны. Оставаться здесь опасно. Хотя до сих пор ничего плохого лично со мной не произошло. Подумаешь, кукла. Что я, кукол не видела? Да у меня их в детстве было полсотни. Тогда я с ними не церемонилась.

Вдохновленная таким образом, я решительно подошла к стулу и протянула руку.

Щелк! Щелк!

Я все-таки взвизгнула и подпрыгнула на месте. Вес у меня немалый, так что мебель в комнате задрожала при моем приземлении.

Щелк, щелк, щелк.

Звук шел от окна, теперь я хорошо это понимала. Одним прыжком преодолев расстояние, я отдернула занавеску и успела заметить вспорхнувшую с карниза маленькую птичку.

Так вот кто нагнал на меня страху! Птица барабанила в стекло клювом, а я чуть концы с перепугу не отдала. Ну, теперь довольно!

Я вернулась к стулу и уже без опаски схватила куклу поперек туловища. Вначале я хотела отнести ее обратно туда, где она была, но потом придумала кое-что получше: еще раньше, в конце коридора я приметила дверь на чердак. Это была тяжелая крепкая дверь. Врезной замок ее был сломан, и теперь дверь запирали на цепь, скрепленную висячим замком. Ключ от него висел рядом, на гвоздике.

– Посидишь немного под замком, – сказала я кукле, возясь с запором.

Внутри было темно и пахло пылью. На секунду мне стало совестно оставлять нарядную красавицу в этой грязи, но отступать было поздно. Я усадила куклу прямо на пол и тут же выскочила наружу. Дважды повернув ключ в замке, я почувствовала что-то вроде облегчения. Ключ я забрала с собой для верности, затем спустилась вниз и тщательно проверила все замки, а на входную дверь набросила изнутри цепочку. Теперь дом превратился в маленькую крепость, и я очень надеялась на спокойную ночь. Самым лучшим было бы убраться из этого дома, но я хорошо понимала, что из загородного поселка доберусь домой только к утру. Будем надеяться, что одну ночь я как-нибудь переживу.

Меня знобило. Не раздеваясь, забралась в кровать, и укрылась одеялом до подбородка, но озноб не проходил. Свернувшись калачиком, я задремала.

Очнулась я от того, что кто-то тихонько теребит меня за плечо. Черт побери, ну почему меня никак не оставят в покое? В комнате по-прежнему было сумрачно, но яркий луч, просочившись сквозь плотно задернутые шторы, прочертил на полу длинную желтую линию. За окном вовсю светило солнце. Я подошла к окну и впустила солнце в комнату. Все мои ночные страхи растаяли без следа. Я улыбалась, когда оборачивалась. Улыбка так и застыла на лице.

Она была там снова.

Кукла в зеленом платье опять сидела на стуле, как ни в чем не бывало, и пристально смотрела на меня.

Если бы я могла, я бы закричала. Это было слишком.