Уильям Тиндел. Слово, церковь и государство в раннем английском протестантизме - Татьяна Георгиевна Чугунова

Все сочинения У. Тиндела позднего периода являлись, в первую очередь, руководством к правильному прочтению и толкованию Библии. И в этом произведении он много раз напоминает читателю о том, насколько важны для христиан таинства крещения и причащения:

«Цель крещения — соединить тело новообращенного с Христом. Крещение — это знак нашей веры к Богу, причащение — это знак нашей любви к Богу и ближним. Посредством крещения мы становимся членами тела Господня. В Ветхом Завете вместо крещения было обрезание, вместо Вечери — снедание ветхой пасхи (passover)»[623].

На континенте, несмотря на строгие указы императора Карла V, сторонников реформирования церкви становилось все больше и больше. Судебные преследования были частыми, но они не могли остановить поборников реформирования церкви. Издатели часто предлагали им помощь, игнорируя штрафы властей. Осенью 1533 г. к Тинделу приблизились противники развода короля и попросили его пересмотреть трактат, который был написан против недавнего брака с Анной Болейн. Но Тиндел ответил им, что не будет больше вмешиваться в этот вопрос и настраивать людей против короля. Эту информацию сообщал Воуган Кромвелю из Антверпена 21 октября 1533 г.[624] Парой месяцев раньше тот же агент информировал своего патрона о том, что Томас Мор в последнее время посылал свои книги в Антверпен для их распространения, особенно «Опровержение Ответа Тиндела» и «Ответ Фриту»[625]. Тиндел же в это время пересматривал и исправлял прежние издания Бытия и Нового Завета. Эта работа стала последним творческим вдохновением английского реформатора.

§ 3. Пересмотр Нового Завета

Последние годы своей жизни Тиндел провел в Антверпене, квартируя в доме английских торговцев. Покровителем У. Тиндела в Антверпене стал Томас Пойнц, член компании бакалейщиков и один из управляющих дома английских торговцев, который приходился дальним родственником леди Уолш из Литтл Садбери[626]. Торговцы смогли предоставить богослову денежное пособие и необходимую безопасность. Жизнь Тиндела в этот период подробно изложена Дж. Фоксом, получившим информацию от самого Томаса Пойнца. Фокс описывает Тиндела как человека скромного, напоминающего радивого студента или трудолюбивого чернорабочего в изучении Священного Писания. Два дня в неделю — понедельник и субботу — реформатор называл приятным времяпрепровождением. В понедельник он посещал бедняков и тех, кто покинул Англию из-за преследования, для них он был словно «бальзам на душу». По субботам Уильям гулял по городу, осматривая каждый уголок, и если находил какого-нибудь нищего, непременно оказывал ему необходимую на тот момент помощь. Милостыни, которую давал бедняку Тиндел, хватало на несколько дней существования. Реформатор имел неплохой доход от продажи своих книг, которым он щедро делился с бедняками. Остальная часть недели была полностью посвящена самообразованию, изучению и написанию книг. По воскресеньям, когда в город прибывало много торговцев, он останавливался у какой-нибудь лавки и читал текст из Священного Писания, чем вызывал радость огромной аудитории, слушавшей его[627]. Проповедование для него было больше, чем подарком, если вспомнить его активную деятельность на этом поприще в Литтл Садбери.

Проживая в Антверпене, вряд ли У. Тиндел выполнял обязанности священника, поскольку в течение всех последних месяцев его жительства в доме английских торговцев священником являлся Джон Роджерс. С рождества 1532 г. и примерно в течение восемнадцати месяцев последний служил в церкви Лондона, пока ему не назначили преемника в октябре 1534 г. Когда Роджерс прибыл в Антверпен, он еще не являлся сторонником реформирования церкви[628], поворот его к реформе произошел под влиянием У. Тиндела. Роджерс стал другом и компаньоном реформатора. После смерти Тиндела он оставил свою службу, уехал в Саксонию и проживал там до тех пор, пока не счел возможным снова вернуться в Англию[629].

В Антверпене Тиндел занялся пересмотром Нового Завета. В постскриптуме к первому изданию Нового Завета 1526 г., как отмечалось ранее, он извинялся за грубость работы и просил читателей исправить в случае необходимости ошибки, допущенные им, при этом сам он выражал надежду на то, что пересмотрит перевод в ближайшее время и даст ему полную законченную форму[630]. Желание Тиндела стало сбываться лишь через восемь с половиной лет, поскольку ранее он был занят написанием других сочинений и переводом Ветхого Завета. И все же в течение этих лет люди не оставались без Нового Завета на английском языке. Около шести тысяч экземпляров первого издания в течение нескольких лет были проданы в Англии[631]. Даже учитывая то обстоятельство, что многие из них были сожжены, имелось еще около трех тысяч экземпляров Кельнского издания. Когда все они были проданы, находились типографы, готовые рисковать своей репутацией и даже жизнью ради издания работы, пользовавшейся большим спросом. Таковым был уже упоминаемый Кристофер ван Эндховен из Антверпена, выпустивший пиратское издание первой редакции Нового Завета Тиндела[632]. Компаньон реформатора, Георг Джой, в своей «Апологии» (1535 г.) описывает не менее четырех изданий, вышедших из печати в тот период без ведома Тиндела[633]. Экземпляры Нового Завета небольшого размера прибывали из Антверпена в течение всего 1527 г. и весной следующего года[634]. Джон Раймонд, коллега Кристофера ван Эндховена, имел неприятности из-за продажи книг и вынужден был отказаться от этой затеи[635]. Сам Эндховен в 1531 г. был заключен в Вестминстерскую тюрьму, где впоследствии и умер[636]. Несмотря на то, что пиратские издания были полны ошибок, их тираж составил около пяти тысяч экземпляров и был весь распродан к концу 1533 г.[637]

Издатели сблизились с Георгом Джоем и попросили его о том, чтобы он исправил ошибки в английском переводе Нового Завета. Джой согласился с необходимостью исправления, при этом зная, что Тиндел сам намеревался заняться пересмотром перевода. В начале 1534 г. издатели выпустили еще около двух тысяч экземпляров формата ин-октаво, и вскоре весь тираж был продан. На сей раз текст имел еще больше неточностей, чем прежде. Все это время Тиндел, по словам Джоя, бездействовал[638]. Издатели убедили Джоя в том, что они не будут продавать книги, прежде чем Тиндел не проверит исправленный труд. Типографы решили продать две тысячи экземпляров самостоятельно и две тысячи — по согласованию с реформатором, первую партию — подешевле, вторую — подороже. Джой долго сомневался, корректно ли будет вторгаться в работу того, с кем он длительное время был связан дружескими отношениями. Наконец, цена была согласована, и тинделовский Новый Завет напечатан. Имя Джоя не упоминается в предисловии к книге, но отмечается, что текст «старательно исправлен»[639].