Спасенная любовью - Ханна Хауэлл

Когда Брайан въехал во двор замка, Сигимор уже ждал его во всеоружии. Брайан спрыгнул с коня и помедлил пару секунд, пытаясь восстановить дыхание. Еще никогда в жизни он не скакал с такой скоростью. Кто-то подал ему воду, он сделал несколько жадных глотков и выпалил:

– Они ее схватили!

– Как это случилось? – спросил Сигимор.

Ему уже вели оседланного коня и свежего коня для Брайана.

– Я пошел на разведку посмотреть, не стоит ли Амиэль между нами и Скаргласом. Я оставил Арианну одну, и они ее нашли.

– Это не твоя вина.

– Я оставил ее одну!

– Но у тебя была веская причина это сделать. Мы же решили, что они направляются к Скаргласу, и ты не хотел прискакать прямо в лапы врагов. Если бы ты не осмотрелся, вы могли бы запросто попасть прямо к ним в руки. Судя по всему, они продвигались вперед гораздо быстрее, чем мы рассчитывали. Как далеко от нас до того места, где ты сделал остановку?

– Часа полтора быстрой езды.

– Значит, она у них в плену уже довольно долго, – пробормотал Сигимор. – Но они не станут оставаться поблизости от того места, где ты ее оставил. – Он посмотрел на небо. – Если нам повезет, мы сможем до захода солнца проследить их до того места, где они ее держат. Сумерки – очень удобное время, чтобы подкрасться к кому-то незаметно.

– Я видел, где они оставляли лошадей и в какую сторону уехали.

– Это нам поможет. Жалко, что мы не знаем точно, когда они ее схватили, а то бы можно было прикинуть, как далеко они могли за это время уйти.

– Меня не было почти два часа.

– А, значит, у них было время убраться довольно далеко от места, где они ее схватили. До тех пор, пока мы ее найдем, может совсем стемнеть, но я могу довольно неплохо скакать в темноте.

Еще до того, как Брайан успел что-нибудь добавить, Сигимор знаком приказал своим людям садиться на коней. Брайан вскочил на свежего коня. Он не мог, как ни старался, не думать о том, что Арианна уже долго находится в руках человека, который не хочет, чтобы она вернулась к ним живой. От мрачных мыслей его отвлек Сигимор: он крепко хлопнул Брайана по спине.

– Не волнуйся, кузен, мы ее найдем.

Брайан смотрел застывшим взглядом на людей Сигимора, готовящихся выступить на поиски Арианны, но мысли его были далеко. Он не чувствовал той уверенности, которая обычно сопровождала его при любой охоте.

– Что, если он повезет ее прямиком к Дево?

– Тогда мы поедем за ним, будем ехать, пока он не остановится, и тогда отберем у него леди Арианну.

– Тебя послушать, это так просто. Он знает, что мы будем на него охотиться.

– Ты так думаешь? Я не уверен, что он так умен, как тебе кажется. Но это не имеет значения. Он не может скакать всю ночь напролет, если только у него нет проводника, который хорошо знает эти места. Конечно, мы в темноте будем двигаться медленнее, но ему рано или поздно придется остановиться, тогда-то мы его и накроем.

Люди Сигимора сели на коней, и весь отряд стал выезжать из замка. Брайану оставалось только молиться, чтобы его кузен оказался прав. Страх сжимал его внутренности ледяной рукой, а неудача оставляла во рту кислый привкус. Он знал, что не найдет себе покоя, пока не будет снова держать Арианну в своих объятиях.

Глава 12

Первое, что почувствовала Арианна, когда пришла в сознание, была боль. Болела в основном голова. Ее разобрала злость: сколько можно? Она ничем не заслужила эту боль, и напавшие на нее должны за это ответить. Она с трудом чуть-чуть приоткрыла глаза, едва не застонав от боли даже от этого еле заметного движения и стараясь не показать своим похитителям, что она очнулась. Она находилась в простой деревенской хижине. У Арианны сразу мелькнула мысль, что сталось с хозяевами этого домика, но она не стала об этом задумываться. Все равно она ничего не может для них сделать, если не освободится. И даже тогда наверняка можно будет рассчитывать только на то, чтобы наказать людей Амиэля за убийство невинных людей. Амиэль не оставил бы в живых свидетелей, способных рассказать, что он здесь останавливался. Теперь он сам оказался в роли преследуемого, и это, несмотря на боль и ее собственное положение, доставило Арианне хоть и слабое, но удовлетворение.

В центре хижины у огня сидел на корточках брат ее мужа, Амиэль. Арианна не без злорадства отметила, что вечно привередливый и брезгливый Амиэль выглядит неопрятным и забрызган грязью. Сквозь грязь можно было разглядеть, что на нем одежда, более подходящая для появления при дворе, нежели для путешествия. Арианна мысленно подивилась его глупости: неужели он думал, что может просто так приехать в чужую страну и, не запачкавшись и не пролив ни капли крови, сторговаться и получить двух мальчиков, которых хочет убить? Неудивительно, что остальные мужчины бросали на него взгляды, полные презрения, – когда думали, что он их не видит. У Арианны не осталось сомнений, что Амиэль действительно глуп, и не только в том, что касается выбора одежды. Ему нужно было всего лишь набраться немного терпения и подождать – и он бы получил все, чего так жаждал, не запятнав свои руки невинной кровью. Родители Клода были возмущены тем, что их сын и наследник женился на простолюдинке, и они не желали, чтобы мальчики, рожденные в этом браке, могли на что-то претендовать. С помощью некоторого количества денег и лжи можно было сделать так, будто этого, не устраивающего их брака никогда и не было. Это был всего лишь вопрос времени. Но Амиэль хотел получить все прямо сейчас, да так отчаянно, что невольно напрашивался вопрос: не задолжал ли он кому-нибудь? Арианна подозревала, что ненависть Амиэля к мальчикам отчасти объяснялась тем, что они были детьми Клода. Между братьями никогда не было любви, но Арианне и в голову не приходило, что Амиэль настолько ненавидел брата, что готов был его убить.

Внезапно Арианну осенило, она поняла все. Это так поразило ее, что она еле сдержала удивленное восклицание и чуть было не открыла глаза полностью. Раньше она несколько раз об этом подумывала, но сейчас у нее не осталось сомнений. Амиэль либо что-то должен Дево, либо очень хочет получить нечто, что Дево могут ему дать. И он стал их пешкой, хотя, вероятно, он слишком самоуверен и глуп, чтобы это осознать. Только этим можно было объяснить, почему он так спешил убить двух маленьких мальчиков, которых скоро – в этом можно не сомневаться – лишат наследства, хотя это и несправедливо. Хлопотами его родителей и за их деньги брак Клода будет объявлен недействительным, и мальчики официально станут бастардами.

Он не только предатель – предал своих кровных родственников, – но и безнадежный слепой дурак. Если Амиэль всерьез рассчитывает прожить долго после того, как Дево получат от него то, что им нужно, или дадут ему то, чего он домогается, значит, забыл долгую и кровавую историю вероломства Дево. Каждому Люсетту известно, что, хотя король заставил эти две семьи заключить перемирие, Дево не прекратили после этого свои козни, на которые они большие мастера, а просто стали действовать более скрытно. По-видимому, Амиэль в своем безграничном самомнении решил, что сможет перехитрить своих опасных союзников. Арианна почти пожалела бы Амиэля, если бы не знала, что он хочет убить Мишеля и Аделара. Но она это знала, и поэтому не могла почувствовать к нему даже самой легкой жалости.

– Кажется, она очнулась, – сказал один из людей Дево.

Чем же она себя выдала? Арианна мысленно выругалась. Она старалась дышать ровно и медленно, глаза приоткрыла совсем чуть-чуть и была уверена, что ни одна часть ее тела не шелохнулась. Никто не должен был заметить ни малейших признаков того, что она пришла в себя. Она молча ждала, стараясь не напрягаться от страха, – тогда бы остальные точно увидели, что этот человек неправ.

– Нет, сэр Антон, – раздраженно возразил Амиэль, его гнусавый голос было легко узнать. – Она еще без сознания.

– Вы в этом уверены?

– Она даже не застонала, не так ли? А после того удара у нее должна болеть голова.

В голосе Амиэля послышались довольные нотки. Как же Арианне хотелось врезать ему хорошей дубиной! В ее голове пульсировала такая сильная боль, что она с трудом сдерживала инстинктивное желание потереть лоб. Ей помогало сдержаться только сознание, что это все равно не поможет облегчить боль. Сейчас важны были не ее раны, а планы врагов. Если она будет знать, что они замышляют, возможно, это поможет ей от них сбежать. Или она сможет предупредить остальных, когда ее спасут. А ее обязательно спасут, твердо сказала себе Арианна. В это она верила больше, чем в собственные шансы сбежать, особенно если учесть, что бежать ей пришлось бы не на лошади, а на своих двоих. Но и это не остановило бы Арианну, и она все равно попытается сбежать, если представится возможность. Арианна знала, что не обладает способностью Брайана незаметно проскальзывать в темноте или хотя бы искусно прятаться в тени деревьев, но она не раз наблюдала, как он это делает, и надеялась, что все-таки кое-чему научилась. Возможно, этого будет достаточно, чтобы по крайней мере скрываться, пока Амиэль и его люди будут ее искать.