Голодные Игры глазами Пита Мелларка - Mary Hutcherson

этим человеком. И мы оба готовы пожертвовать жизнью ради спасения этого человека. Нас объединяет общее горе. Здесь на арене нет человека, который смог бы нас понять лучше, чем мы понимаем друг друга. От этого на душе становится еще паршивей, ведь кто-то из нас, а, возможно, и мы оба умрем. А хуже всего, что, если ради спасения Китнисс надо будет убить Катона, я попробую это сделать. И Мирта тоже, не задумываясь, убьет Китнисс ради жизни Катона. Мы должны быть злейшими врагами, но не сейчас. Сейчас мы сидим у костра и грустим о загубленных жизнях.

— Я должна поспать, — бормочет девушка.

— Тебя проводить?

— Я не настолько пьяна! — она вскидывает руки вверх, чтобы показать, что стоит на ногах, но оступается и падает обратно на свое место.

Я не сдерживаю смеха и помогаю ей снова встать. Видимо, этот шум окончательно будит Катона, потому что он выходит с мечом из палатки, оглядываясь вокруг.

— Что вы тут делаете? — в голосе непонимание и злость.

— Если он узнает, что я выпила, то убьет нас обоих, — шепчет мне Мирта.

— Облокотись на меня, — шепчу ей в ответ, девушка послушно переносит вес тела на мое плечо.

— Мы разбудили тебя? — пытаюсь сделать будничный голос, — извини, мы просто болтали…

— Болтали? — он подозрительно щурит глаза и направляется к нам. Уже в метре от Мирты его глаза широко раскрываются, и он злобно рычит:

— Дыхни.

— И не собираюсь!

— Я сказал, дыхни!

— Пойди и скажи это Диадеме! — Катон хватает ее за руку и подтаскивает к себе, Мирта еле удерживается на ногах.

— Это он напоил тебя?

— Он тут вообще не причем! — девушка пытается вырваться, но все бесполезно.

— Откуда здесь вообще мог взяться алкоголь?! — мне кажется, глаза Катона наливаются кровью.

— Я не пьяна! — она снова толкает его, но только сильнее теряет равновесие и повисает на одной руке только за счет того, что парень держит ее очень крепко.

— Идем, — Катон подхватывает ее за плечи и начинает тащить в сторону озера.

— Отпусти меня! — конечно же, это мольбы впустую.

— Сними куртку, — ледяным голосом говорит Катон.

— Еще чего!

— Быстро! Иначе я порву все твои вещи!

Девушка понимает, что это не просто слова в воздух, он совершенно точно выполнит угрозу, поэтому, пошатывается, но все же раздевается.

— И сапоги.

— Если хочешь раздеть меня — сделай это сам! — усмехается Мирта, — отпусти меня, мне холодно…

— Не вынуждай меня делать тебе больно, Мирта! — она закатывает глаза и уже почти рычит от злости, но все же снимает сапоги.

— И что теперь? Будем ждать, пока я подхвачу воспаление легких?

— Никогда, слышишь меня? Никогда так больше не делай! — парень подходит к ней максимально вплотную, хватает за плечи и трясет. На секунду мне кажется, что он ее поцелует, но ничего не происходит. Мирта продолжает вырываться. — Когда отрезвеешь, поговорим, — в следующую секунду он толкает ее в озеро с метрового обрыва, девушка с визгом падает в воду и начинает барахтаться.

— Я не умею плавать!

— Не ври, — сквозь зубы произносит Катон и отворачивается от своей напарницы. — Помоги ей вылезти, — говорит он уже мне, проходя мимо.

Послушно бегу к краю обрыва. Ночи на арене очень холодные, вода наверняка ледяная. Мирта к этому времени уже сама наполовину выползает из воды, я подаю ей руку и вытягиваю полностью.

— Вот идиот, — бурчит она, отряхивая мокрые волосы, и вся трясется от холода.

— Я принесу одеяла, — предлагаю я, — повесь одежду у костра. Девушка согласна кивает.

Возвращаюсь с несколькими одеялами. Мирта по-прежнему стучит зубами, видит меня и даже как-то дружелюбно улыбается.

— Я пойду спать, ладно? — понимаю, что все эти ночные приключения уже порядком вымотали, к тому же вчерашняя ночь была тоже практически бессонной. — Марвел скоро придет, чтобы меня заменить, — Мирта кивает мне. — Не злись на него, — зачем-то говорю я. Его мотив мне совершенно понятен, он хочет как лучше, просто выбор способа заботы, мягко говоря, дикарский.

— Иди спать, Пит, — отвечает Мирта, явно не готовая продолжать разговор.

Иду в свою палатку, забираюсь в спальный мешок, но, к удивлению, не могу заснуть. Тревога накатывает с каждой минутой, в голову лезут всякие мысли. Хотя все пока идет по плану, эта стабильность настолько шаткая, что нельзя расслабляться ни на секунду. К тому же через десять минут у костра начинаются какие-то разговоры. Высовываю голову из мешка и тихо подползаю к выходу из палатки, чтобы послушать, в чем дело.

Катон спрашивает у Мирты, не против ли она, чтобы они передвинули свою палатку ближе к костру.

— А что, твоя нежная барби замерзла? — язвительно спрашивает девушка.

— Не заставляй меня опять заталкивать тебя в озеро.

— Да пошел ты, Катон.

— Ладно, не обижайся, — в ответ тишина. Через минуту слышу звуки шуршания палатки и недовольное бормотание Диадемы. Катон говорит ей взять свое одеяло, пока он будет греться у костра. Вот это уже интересно, ведь там сидит Мирта! Выползаю еще сильнее. Подслушивать неправильно, но мы на Голодных Играх, так что нормы морали остались далеко позади. Тем более в план Хеймитча входит доскональное изучение профи.

Уже через пару минут слышу шепот Катона:

— Ну что ты на меня так смотришь?

— Извини, меня сейчас стошнит, — она театрально засовывает два пальца в рот и показывает на Диадему, которая укутана в кучу одеял в своей палатке.

— От меня?

— От вас…

— Ты же знаешь, что я не могу по-другому…

— Потому что наши дурацкие менторы так сказали? — Мирта хоть и шепчет, но так возмущена, что периодически срывается на тихий крик.

— Да, потому что наши дурацкие менторы так сказали!

— Ну и продолжай их слушать!

— Ладно… и что ты предлагаешь? — спрашивает Катон, первым не выдержав молчание. Мирта не отвечает. — Тебе холодно?

— Ты скинул меня в ледяную воду! Конечно, мне холодно…

Он шмыгает носом, тянется за термоодеялом и накидывает его девушке на плечи, но руки не убирает. Мирта смотрит себе под ноги и дрожит.

— Не обижайся, ладно?

— На что именно?

— На все это…

— Я не могу на это смотреть… — по ее голосу становится понятно, что девушка плачет. Катон обнимает ее крепче и целует в макушку.

— Скоро все будет по-другому, — шепчет ей парень, прижимая к себе.

— Кто-то из нас умрет… ты понимаешь это? Никогда ничего не будет как раньше…

— Шшш…

— Нет, Катон! Это так! И я не могу с этим смириться.

— Ладно, давай прекратим этот спектакль. Больше я к ней не подойду, идет? Спонсоров у нас и так полно.

— Дело не в ней! Дело в нас… Ты