Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1 - Селина Катрин

— Мимо, — повторил я с самым искренним лицом, которое мог только изобразить. — Случайно проходил.

Её глаза прищурились. О да, она не поверила ни на грош.

Но я продолжил:

— Весь мир, знаете ли, вращается не только вокруг вас, госпожа Фокс. У меня здесь задание на проверку мотеля по адресу Кривые Зеркала шестнадцать. Я полдня потратил, чтобы добиться от администрации нужных документов, а когда вышел — сюрприз, — обнаружил знакомых с конгресса амбалов у вашего флаера. Заинтересовался, что забыла сама хозяйка престижной подпольной клиники…

Каюсь, тут я не удержался от того, чтобы обвести взглядом фигуристую собеседницу и явно её неподходящий вид для этого места (шварх, соски Эстери натянули ткань блузы! Зря посмотрел).

— …Хозяйка престижной клиники, — повторил я, сглотнув, — в таком районе. Зашёл, услышал странный шум. Ну и вот… Вы. Балка. Лифт. Считайте, что судьба. Хотя склонен думать, что зря вы решили проверить проводку без профессиональных электриков.

«Врёшь, Кассиан, как дышишь».

Эльтонийка моргнула, гнев в фиалковых глазах сменился растерянностью.

— О-о-о… тогда простите, инспектор. Я не подумала, что у вас есть ещё другие дела, кроме моего.

Ещё пару секунд она рассматривала меня, а затем заправила выбившуюся прядку пылающих, как закат, волос её за ухо, повернулась и принялась ощупывать металлические двери.

— Что вы делаете?

— Ищу выход, разве не видно? — на этот раз огрызнулась собеседница.

— Оставьте.  Двери заклинило, а сверху завалило балкой. Даже если откроем, там столько металлолома, что мы не пройдём.

Мысль, что не только двери лифта наша проблема, а также и то, что находится за ними, очевидно, посетила эльтонийку только сейчас. Эстери потянулась к коммуникатору и выругалась:

— Просроченные биоматы! Да чтоб Немелану икалось! Связь не ловит!

— Логично. Мы же ведь, по сути, в стальной клетке под грудой строительного хлама. А кто такой Немелан?

Леди Фокс смерила меня нечитаемым взглядом.

— Неважно. Вас это не касается.

«Стало быть, это кто-то, из-за кого она оказалась здесь», — решил про себя и сделал пометку поискать имя в документах. Всё же редкое.

— А ваши амбалы не будут вас спасать?

— Нет, я приказала им стеречь флаер.

— Ясно. Кнопка вызова помощи тоже не работает.

В ответ на моё сообщение резонаторы полоснуло яркой бета-волной отчаяния. Эстери Фокс даже скрыть своё состояние не попыталась, а потому я не удержался:

— Вы так расстроились, потому что на свидание теперь не успеваете? — бросил я, делая вид, что внимательно изучаю панель аварийной блокировки, хотя на деле просто наблюдал, как эльтонийка кусает пухлые губы, и прислушивался к аромату её бета-волн.

***Эстери Фокс

Связи нет!

Чёрная дыра!

Первым делом я, конечно же, подумала о том, что Лея может не уснуть без меня. Только космос знает, насколько мы застряли в этом лифте с инспектором, когда прилетит хозяин завода и сколько времени ещё придётся потратить, чтобы всё утрясти… На всё про всё может уйти целая ночь, а я Лею так надолго одну ещё никогда не оставляла! Понятно, что Матильда сколько-то побудет с ней, но ведь и у неё есть Корри. Проклятое созвездие, и ведь не предупредить, что со мной всё в порядке…

— Это вы так расстроились, потому что на свидание теперь не успеваете?

Ну почему-у-у?! Почему из всех мужчин в мире я оказалась заперта в крошечном помещении с ним?! С инспектором, который так бесит!

Я вдохнула и выдохнула, призывая себя к спокойствию. Очевидно, этот рогатый понятия не имеет, что такое — нести ответственность за других. У него нет детей, которые могут волноваться и не лечь спать, потому что он не вернётся домой вовремя. Однако сообщать информацию о Лее было не в моих интересах, а потому я натянула на лицо цинично-вежливый оскал и процедила:

— У меня сегодня больше нет свиданий. Предпочитаю всех своих мужчин сортировать по дням недели и не пересекать.

Нет, ну а что? Об эльтонийках слухи ходят разные, да и этот тип уверен, что я только так клиентов набирать и умею. Грех рушить прекрасные стереотипы.

Лицо красавчика-рогатика вытянулось в такую изумлённую физиономию, что, каюсь, мне стало приятно. Как будто кто-то мёд на душу разлил. Но раз уж делать себе приятное, то на полную катушку:

— Я расстроилась исключительно потому, что вы самозаперлись со мной в лифте и ваша пассия теперь обвинит меня в домогательствах к вашей нежной тушке. Да ещё наверняка и выставит иск за то, что вы девственности со мной лишились…

О том, какие строгие моральные правила на Цварге, я знала не понаслышке. Когда у тебя дочь полуцваргиня, хочешь не хочешь, а изучишь все законы родины её папочки. На любую связь мужчины и женщины до брака на этой планете смотрели с таким осуждением, что впору было ожидать, что за один поцелуй на дом может заявиться делегация сенаторов с публичной поркой.

Кассиан застыл на секунду — воздух в лифте стал гуще от напряжения, а в глазах зажглась чистокровная цваргская ярость. Даже шип на хвосте дёрнулся.

— Вы… — выдавил он, и голос стал ниже, чем обычно, с каким-то угрожающим рычанием. — Не смейте так шутить о вещах, которых вам не понять!

— Ой, простите, — пропела я. — У вас на Цварге, я слышала, даже намёк на физическую близость — уже повод для моральной казни. А если женщина призналась, что ей нравится секс, — её сжигают на костре из контрактов о благочестии, так? Не боитесь, что я вас дискредитирую?

— Хватит. — Он шагнул ближе, и я даже на полшага отступила, уперевшись лопатками в холодный металл: не потому, что испугалась, а потому, что чувствовала, как от него пышет яростью. — То, что у эльтониек запредельный уровень сексуальной безответственности, ещё не значит, что…

— Что женщина не может жить по своим правилам? — перебила я. — Или не может быть хорошим специалистом, руководителем или даже матерью? Что при этом не обязана обслуживать чужой член потому, что так приказало АУЦ[1]? Что может самостоятельно зарабатывать деньги, решать, с кем ей жить или не жить, сходиться и расходиться, если мужчина ей не нравится, а может, если захочет, вообще, прости меня Вселенная, быть одна? Удивительно, да?!

Каюсь, меня понесло. Я ведь понимала, что злю его намеренно.

Но неделя была длинной. Чертовски длинной и полной