Бал виновных (СИ) - Рейн Леа

Иван удивленно уставился перед собой. Сеньорита Фернандес поинтересовалась, как он? И она сказала, что ее брат подозревает Йона? Сеньоры обращают внимание на простолюдинов, простолюдины становятся сеньорами. Этот мир определенно начал куда-то двигаться. Глядишь, может вскоре все будут на равных… Нет, донья Валенсия правильно тогда говорила, что революция – дело французов. Однако… если все это оставлять другим, то у других и произойдёт, а испанцы так и останутся под гнетом богачей, которые обслугу и за людей-то не считают.

– Иван? – спросила сеньорита Фернандес, вырвав юношу из мыслей.

– Да?

– Вы в порядке?

– Да, все нормально.

– Но я же вижу, что последние новости вас очень тревожат.

– Простите, сеньорита Фернандес, но вы сказали, что ваш брат подозревает Йона? Но почему?

– Он сказал, что сеньор Гарсиа гулял по побережью с пистолетом в компании с какой-то француженкой. Он думает, что это он стрелял в Лукаса. Но мне кажется, что брат неправ. Ведь совсем недавно напали на самого сеньора Гарсиа. Правда, тогда он еще не был сеньором Гарсиа. Но убийца, видимо, был на шаг впереди и знал о том, что ваш брат – Гарсиа. А иначе, зачем ему убивать его?

– А ведь это… очень даже логично, – задумчиво произнес Иван.

Ну конечно! Вот и ответ. Убийца – человек, который хочет навредить всем Гарсиа. Каким-то образом он узнал, что Йон – сын дона Хавьера, когда об этом еще никто не знал, и решил его убить. Версия с конкурентами теперь кажется довольно правдивой. А это значит, что кто-то из тех, кто проживает в отеле – убийца!

– Сеньорита Фернандес, вам говорили, что вы очень умная?! – на эмоциях сказал Иван, и тут же опомнился. Он – официант, и он свободно говорит с сеньоритой! Более того, он не просто с ней говорит, он с ней флиртует! Разве такое может быть допустимо?! Сеньорита наверняка оскорбилась и сейчас выставит его вон!

Но сеньорита Фернандес не оскорбилась. Она залилась румянцем и в смущении опустила глаза, проговорив тихое «спасибо». Её реакция Ивана очень озадачила. Он не знал, как дальше быть и что дальше говорить, и сеньорита Фернандес не спешила продолжать разговор. Видимо, она тоже была в тот момент сбита с толку и сконфужена всей странностью ситуации.

Иван молча поставил завтрак на стол, старясь не пролить бульон, потому что его руки от волнения предательски дрожали, и тихо проговорил:

– С вашего позволения, я пойду.

Сеньорита кивнула, и Иван бросился бежать из номера так быстро, как только мог. Лишь в самом низу, рядом с кухней, он остановился, прислонился спиной к холодной стене и прикрыл глаза. Так он и стоял с глупой улыбкой на лице и думал о чем-то своем, пока дон Мигель не растолкал его и не отправил работать.

***

После завтрака в отель пришёл детектив Монтойя в сопровождении агентов полиции. Известие о нападении на сеньора Лукаса пришло только утром, и детектив тотчас же побежал все выяснять. Первым делом он принялся допрашивать обслугу, но ничего путного узнать не смог. Разве что, Иван поделился своими мыслями по поводу конкурентов, и Монтойя охотно зафиксировал эту версию в своей книжке, потому что она показалась ему вероятной. Конкурент-убийца вполне мог быть клиентом и запросто мог подкупить какого-нибудь слугу, чтобы тот раздобыл для него маску или нож. Но какого слугу? И как вычислить этого предполагаемого конкурента? Просто так допросить клиентов отеля невозможно, особенно если никого нет в подозрении.

В регистрационной книге в вестибюле детектив проверил всех, кто заехал в отель еще до бала и жил тут до сих пор. Фамилий оказалось немало, и Монтойя наказал одному из агентов их все переписать. Насчиталось более тридцати пяти человек. И все они стали подозреваемыми. Но искать среди них убийцу – как искать иголку в стоге сена. Расследование бы сдвинулось с мертвой точки, если бы удалось обнаружить орудия убийства – нож, которым был убит сеньор Матео, яд, которым отравили (если отравили) дона Игнасио, шприц из-под морфия, которым убили дона Хавьера, или тупой предмет (однозначно утюг, как думал Монтойя), которым ударили по голове Кристину Ривас. Хотя бы одно из них – и что-то бы уже можно было понять. Но ничего найти так и не удалось. Обычно орудия убийства можно найти случайно и в совсем неожиданных местах, но в этот раз, как, впрочем, и в предыдущие разы, случайность не случилась. И это очень удручало детектива.

После допроса обслуги прошел разговор с Гарсиа и их друзьями – сеньором Рафаэлем и сеньоритой Адель. Сеньор Рафаэль все время твердил, что во всем виноват Йон, потому что вчера он спокойно разгуливал по берегу с пистолетом в руке. На вопрос, откуда у Йона взялся пистолет, ответила донья Канделария:

– Я сама дала этот пистолет сеньору Гарсиа.

Детектив, конечно, уже слышал от обслуги, что Йон теперь принадлежит к этой семье и все дивился:

Надо же, один день не появлялись в отеле, а тут уже официант стал сеньором Гарсиа.

Но у сеньора Гарсиа было алиби – сеньорита Адель, донья Канделария и несколько официантов подтвердили, что во время того, как раздался звук выстрела, он был в отеле.

Сеньор Гарсиа прочел детективу целую речь по поводу того, что Иван никак не может быть убийцей, и Монтойя с ним согласился. На самом деле, он и сам уже не был уверен, что этот юноша может быть как-то связан со всеми этими страшными преступлениями.

Допрос семьи Гарсиа прошел быстро, потому что те сегодня шли на похороны дона Хавьера, и детектив решил не загружать их вопросами. К тому же они сами охотно рассказали все, что видели и что знали. Когда допрос был закончен, детектив и агенты отправились осматривать окрестности. На скалистом берегу был такой сильный ветер, что капли воды с моря пролетали несколько метров и орошали побережье. Но смыть кровавые следы они не смогли – некоторые камни были помечены красными пятнами, как будто их заклеймили, и благодаря им можно было обнаружить то место, где было совершено нападение. Полиция долго ходила меж острых камней, пытаясь отыскать что-то, что помогло бы в расследовании. Этот убийца очень хорошо заметал свои следы, и никто ничего подозрительного обнаружить так и не смог.

Хотя эти безалаберные агенты вряд ли бы увидели что-то странное, даже если бы оно лежало прямо у них под носом, – недовольно думал Монтойя, смотря на своих подопечных с нескрываемым презрением. Некоторые из них даже не могли стоять твердо на ногах – все время поскальзывались на камнях и падали, и детектив сделал вывод, что они провели вчерашний вечер в таверне с несколькими стаканами рома. Монтойя не мог понять, как таких людей вообще могли взять работать в полицию, и мысленно их всячески проклинал.

И вот тогда, когда он уже отчаялся что-то найти, кто-то прокричал на весь берег:

– Детектив!

Это был агент Сиприано, который старательно пытался что-то вытащить из-под камней.

Монтойя за несколько секунд добежал до него и склонился над огромным ящиком с надписью «Edison Electric Light». Значит, не все агенты тут безалаберные. Нашелся один, который выполнял свою работу добросовестно. Жаль, что только один…

– Смотрите, там какие-то вещи. – Сиприано потянул за тряпку, которая лежала сверху. То, что оказалось под ней, привело детектива в настоящий шок.

Нож, пустой шприц, маленькая стеклянная баночка и утюг.

– Утюг! – радостно воскликнул Монтойя. – Я же говорил! Это орудия убийства!

Он не верил такому везенью. Все орудия убийства, собранные вместе и запрятанные в ящик, словно новогодние подарки под елкой. Только эти подарки были под камнем, но радости они принесли ничуть не меньше.

– Не трогайте их, Сиприано! – детектив ударил агента по руке, которая уже потянулась к предметам, чтобы к ним прикоснуться.

– Но почему? – искренне не понял мужчина.

– Вы слышали об отпечатках пальцев?

– Нет, – покачал головой агент.

– Каждый человек оставляет отпечатки пальцев на предметах, к которым прикасается, – начал рассказывать Монтойя, радуясь возможности блеснуть своими знаниями. – У всех эти отпечатки разные. Если мы снимем отпечатки с этих предметов, то найдем убийцу. В больших городах давно пользуются этим методом, и благодаря ему удалось раскрыть несколько преступлений. Пошлите, Сиприано, в наш кабинет, я научу вас снимать отпечатки пальцев!