Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

Медведь принялся оттирать кровь с канделябра, словно заберет тот с собой, но в какой-то момент понял, что только заляпывает его больше кровью, а потому отшвырнул, поблагодарив за службу: «Хорошая палка!», — Уолли решил это никак не комментировать.

— КОРОЛЬ ЧИВЕСРУ, ПОМОГИ!

Сердце Уолли сжали те же тиски, что и сердце Хьюго. Только их любовь разительно отличалась. Для старого пирата Сара заменяет собой дочь, ведь та абсолютная бездарность и транжира. Крик Сары подогнал короля медведей и короля пиратов вперед.

Место встречи состоялось у едва подающего признаки жизни Хьюго. Док выключил костюм, а после крепко обнял Сару. Уолли упал рядом с ней на колени, осыпая градом вопросов. Невозмутимый Чивесру посмотрев на короля приключений сказал:

— Нужно убираться отсюда!

— Если пойти по этим тоннелям, то мы попадем в Систему Таз! — ткнул куда-то в сторону указателя Док.

— Я отдам приказ, — одновременно сказал медведь и Уолли.

— Тогда за дело? — спросил кто-то из пиратов.

Чивесру кинул Хьюго себе на плечо. Док пытался успокоить Сару и помочь подняться. Из зала украшенного в честь праздника бойни, через океаны крови, оставшиеся наверху поплелись к алтарю. В ту же секунду с Уолли связался Джонни, чтобы узнать обстановку.

— Всё очень плохо, мы взорвём линкор и попытаемся прорваться к храму!

— К храму? — переспросил Уолли.

— Да, к вам идут гости! Оттуда, кстати, есть выход?

Уолли лишь произнес едва слышное: «Угу, есть», — а после переглянулся с медведем. Они кивнули друг другу и одновременно выкрикнули новую команду подчиненным: «Держать оборону, ждать людей!».

31

Иметь прозвище «обаятельный» среди пиратов – то ещё удовольствие. Все, кто видел этого парня не дадут соврать – он являлся таковым. Его улыбка влюбляла людей вне зависимости от возраста и пола, всех пришельцев, даже тех, что ненавидели людей и считали их кормом, и даже животные смотря на этого сукина сына довольно урчали. Помимо выдающейся внешности он имел много качеств, узнавая которые люди переставали быть пленниками его чар, но лишь до момента пока тот снова не улыбался.

— Мы не подписывались на войну, Серебряный! — возникал какой-то пират.

Серебряный молниеносным движением выхватил из кобуры отцовский кольт, а после разукрасил стену мозгами трусливого салаги. Несмотря на то, что в большинстве мест во вселенной пользовались бластерами, в вопросах убийств Джонни предпочитал старый-добрый мозговышибатель, а именно «Colt Python». Во-первых, по его мнению — это эффектно, а во-вторых, запах пороха напоминал ему о детстве, когда отец читал истории про старых морских пиратов, а после они шли стрелять по банкам и бутылкам.

— Его долю получит жена, а теперь живо, по кораблям! — рявкнул он так, что сердца пиратов ушли в пятки и каждый, кто хотел что-то сказать проглотил язык, ведь мозговышибатель внушал страх.

Линкор находился на последнем издыхании. Славные щиты уже не выдерживали. Становилось сложно добраться до ангара с кораблями. Взрывами пиратов выкидывало наружу, их крик заглушало жужжание мух-истребителей, жаждущих крови.

Серебряный не спеша шёл, покуривая сигару и напевая что-то, приободряющее:

Боги смерти в нас стреляли,

Мы в ответ хером мотали

Ла-ла-ла, ла-ла-ла

Не умрем мы никогда!

По правую руку от него точно так же невозмутима шла его помощница, по совместительству возлюбленная - Кейт. Он любил её не только из-за того, что она так же тверда и непоколебима в решении вопросов, но и конечно же из-за упругих ягодиц, чей вид мог радовать его часами напролёт. Однако, Серебряный знал, что не время любоваться задницей, нужно её спасать.

Те, кто не уместились в истребители прыгнули на борт корабля, который Джонни отнял у пиратов с планеты Оникс. Когда кто-то крикнул, что все поднялись на борт, Серебряный взял слово:

— Среди вас полно детей космо-портовых шлюх, но сегодня мы исповедуемся в том, похожем на унитаз храме! И если выживем, то выйдем из очищающего пламени чистыми, безгрешными, героями, которые расскажут эту байку своим внукам!

Под улюлюканье толпы Джонни смачно поцеловал Кейт, та растаяла в его крепких объятиях. Он оторвался от её губ с легким чувством досады от того, что этот миг не длится вечность.

Унийцы удивлялись рою кораблей. Они в отличии от остальной вселенной знать не знали сколько людей в себя вмещает «Победоносец». Серебряный собрал всевозможных авантюрных ублюдков используя свою знаменитую улыбку и фразу про четыре миллиарда. Он понимал, что вряд ли вернётся добрая половина, поэтому хватит и двух обещанных Уолли. Линкор же летел прямиком в стройные ряды, где уместились десятки неповоротливых дредноутов и несколько сотен эскадрилий истребителей, бросившихся врассыпную. В момент взрыва унийцы поняли, что это отвлекающий маневр, но их понимание ровным счётом не значило ничего. Мертвецам плевать и нечего понимать.

Единственная мысль, которая преследовала во время полёта Серебряного – та, что придётся оставить такой славный корабль, добытый честным, пиратским трудом. «Обман» сделал ему имя. Он любил каждый сантиметр его корпуса, впрочем, корпус Кейт он любил не меньше. И всё же, всему хорошему когда-то приходит конец.

Расстроенный скорой разлукой с капитаном, корабль на прощание направил струи пламени выжигать унийцев подступающих к храму, а после двигатели сожгли тех, до кого не добрались бластеры. В воздухе повис запах жженой плоти, крови и тоски по легендарному кораблю. Отдав приказы, Серебряный на несколько секунд задержался на мостике. Он поводил рукой по своему штурвалу, а после по штурвалу корабля.

— Прощай, старик… — обратился он к кораблю сжимая штурвал.

— Нам пора, Джонни!

Едва сдерживая слезы выдавила Кейт, смотря, как её возлюбленный сжимает свой штурвал, чтобы не разрыдаться, как малое дитя у которого отнимают любимую смертоносную игрушку. Действительно пора: с неба сыпались обломки, среди которых, не скрывая своего презрения к сентиментальным прощаниям по-прежнему находился флот унийцев. Наступила их очередь поливать все огненными струями,