Цитадель - Вячеслав Грацкий

— Заказывать еще будем что? Если нет, мне нужно идти, — холодно заметил хозяин.

— Обожди! — Проклятый сощурился, глядя на приближающихся воинов.

Он хлопнул корчмаря по плечу, и тот бухнулся на лавку. Попытался было возмутиться, но, увидев взгляд Проклятого, тотчас проглотил язык. Он вдруг с ужасом осознал, что этот одноглазый головорез сейчас ограбит его так же, как и та чертова девица!.. Мелькнула мысль позвать племянника, работавшего у него вышибалой, но разве тот управится? Он только и может, что пьяных крестьян разнимать да нищих выпроваживать.

Увидев Дитриха, корчмарь растянул в усмешке губы. Давайте-давайте, пустите друг другу кровь, злорадно подумал он и огляделся, раздумывая — как бы незаметно улизнуть.

Пятерых наемников, пялившихся на него во все глаза, Проклятый заметил давно. Выглядели они потрепанными, словно только что вырвались из лап демонов, и явно горели желанием поправить свои дела за его счет. Поэтому, когда подошли трое из них. Проклятый ничуть не удивился.

— Не одолжишь ли девочку, парень? — с улыбкой сказал Дитрих. — Вижу, с деньжатами у тебя даже хуже, чем у нас. Так, может, уступишь ее на пару часиков? Заплатим немного, но хоть подкормишь ее как надо, а то ведь одни ребра.

— Аксель! — испугалась Дина.

Проклятый и бровью не повел.

— Сколько?

Дитрих, уже предвкушавший схватку, нетерпеливо передернул плечами. Он немного жалел, что приплел девочку. Нешто одноглазый и впрямь уступит?

— Сколько-сколько?.. — Он сорвал с пояса мешочек с последними медяками и бросил на стол. — Бери все, что есть, за эту юную красотку не жалко!

Невозмутимость и неторопливость одноглазого воина начинала раздражать Дитриха. Что ему, новый повод выдумывать?

Проклятый развязал мешочек и ссыпал содержимое на ладонь. Именно в этот миг, заметив железную руку воина, в сознании Дитриха забрезжили какие-то смутные сомнения. Что-то ему ведь рассказывали про железную руку…

Железные пальцы впились Дитриху в нижнюю челюсть, и он взвыл от боли. Хрустнули зубы, обломки царапнули щеку, и рот стал заполняться кровью. А в следующий миг на Дитриха в упор взглянул единственный глаз воина. Глаз, в котором бушевала едва сдерживаемая ярость.

За спиной капитана лязгнули клинки, но Проклятый даже не посмотрел в ту сторону.

— Вырвать челюсть? — осведомился он, буравя взглядом перекошенное от боли и страха лицо Дитриха.

Наемники растерянно застыли, взгляды их забегали между Проклятым и Дитрихом. Но командир их явно был не в том состоянии, чтобы дать хоть какие-то распоряжения. Он мог только мычать и хрипеть. Проклятый стиснул пальцы, открывая наемнику шире рот, а затем высыпал туда все его медяки.

— Глотай.

Дитрих судорожно сглотнул и Проклятый с силой оттолкнул его. Наемник налетел на своих людей, и все они неуклюже попадали на пол.

— Ублюдок! Я заставлю тебя сожрать собственные кишки!

Дитрих подскочил с пола с выпученными от гнева глазами, вытащил меч и ринулся вперед. Его товарищи метнулись следом, а за их спинами спешили на помощь еще двое.

— На пол! — рявкнул Проклятый Дине.

Девочка нырнула под стол, где нос к носу столкнулась с корчмарем.

Проклятый схватился за рукоять меча, плащ слетел… и нападавшие открыли рот от изумления, но инерция уже вынесла их на расстояние удара, а затем Драконоубийца со свистом рассек воздух над столешницей. Фонтаном брызнула кровь, и на пол, роняя сизые кишки, рухнули расчлененные надвое Дитрих и один из его подручных. Третий чуть замешкался, и край меча разорвал ему брюшину. Схватившись за живот, он с воем рухнул на колени.

Драконоубийца, перерубив по пути одну из потолочных опор, завершил почти полный круг и вонзился в стену корчмы. Здание пошатнулось, хрустнула и просела поперечная балка, дождем просыпалась труха. Посетители с воплями бросились во двор, выскакивая в окна и двери, и харчевня вскоре опустела. Двое уцелевших наемников, округлив от ужаса глаза, подхватили воющего от боли раненого, по мнению Проклятого, смертельно раненного, и тоже поспешили убраться.

— Можно вылазить? — донесся из-под стола голос девочки.

— Только не смотри на пол.

Выбравшись, девочка послушно задрала подбородок. Корчмарь оказался менее предусмотрительным и, едва поднявшись на дрожащих ногах и взглянув на останки незадачливых вояк, немедленно сложился пополам, извергнув содержимое желудка.

Проклятый схватил его за шкирку:

— Тебе повторить мой вопрос?

Быстро вытерев рукавом рот, корчмарь с трудом простонал:

— Какой?.. Какой еще вопрос?

— Девушка и парень с посохом.

— Да-да, я видел их! Они были здесь! Забрали лошадь, деньги, все, что нажито… Хочешь, и ты забирай! Забирай все!

Проклятый тряхнул его, корчмарь клацнул зубами и замычал от боли, прикусив язык.

— Куда они уехали?

— В Торент, черти бы его побрали!

— Благодарю.

Проклятый отшвырнул его, и корчмарь, кувыркнувшись через стол, пополз прочь.

— Что будем делать? — спросила девочка, по-прежнему разглядывая потолок.

Проклятый не ответил. Подошел к убитым, собрал высыпавшиеся из разрезанного желудка монетки, затем опустошил кошелек второго вояки.

— Ты была в Торенте?

— Ура, мы идем в Торент! — закричала Дина.

Ее взгляд случайно упал на пол, она побледнела, и ее стошнило. Проклятый покачал головой, подхватил девочку под мышки и, перешагнув через трупы, пошел к выходу.

Глава 11

Говорят, что продвижение Хагена на север, да и вообще все его завоевания, не состоялись именно из-за Цитадели и демонов. Это поверхностное суждение. И все же оно верно. Вот только истинная причина лежит гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд…

Хаген подошел к окну, с улыбкой провел ногтем по прозрачному стеклу. Такие стекла в Армании могли позволить себе лишь двое. Король и граф Хаген.

Но если королевская казна трещала по всем швам, с трудом покрывая растущие день ото дня затраты на роскошь и армию, то казна Хагена непрерывно пополнялась. Если пейзане короля постепенно нищали, то подданные графа, напротив, едва не лоснились от достатка. Неудивительно, что потоки беженцев из Северной Армании росли с каждым годом. Во владения Хагена стекались все — пейзане, ремесленники, наемники, торговцы. На землях Хагена было сытно и безопасно, налоги были разумны, а взятки умеренны.

И пусть на юге свирепствуют демоны, но, в конечном счете, потери от них куда меньше, нежели от междуусобных войн, потрясавших северные провинции. Тем более что демоны не губят посевы, не грабят, да и разбойников отпугивают почище городской стражи.