Ловушка. Форс-мажор - Андрей Константинов

– …Ну, Лямка, дай Бог тебе счастья, здоровья и жену не ругачую. С меня пузырь, это если после зарплаты. А ежели прямо сейчас, то, извини, только пузырек.

– Да ладно, обойдусь. На пузырек я пока и сам в состоянии заработать.

– Как погуляли в субботу?

– С-супер! – оживился Иван. – Мы с Иркой первый раз на такой вечеринке. Красотища! Еда – просто обалдеть! Официанточки – блеск: прикинь, тут – все открыто, а тут – по самое не могу. Кругом сплошное «чего изволите?». Вилку уронишь – тут же два человека бросаются, поднимают. А гости – каждый второй VIPы: из Смольного чиновники, какие-то крутыши из Москвы, олигархи всякие, полубратки. А уж певцов известных, актеров-актрис – этих вообще как грязи. Между прочим, сам Селин был.

– А это кто?

– Ну ты даешь! Который в «Ментах» снимается. Дукалиса играет, помнишь?

– Подумаешь, суперзвезда… А Чака Норриса не было?

– Ой, да ты просто злишься, что сам не смог подъехать. Селин – нормальный мужик, мы с ним даже сфоткались на память. А еще, знаешь кто был? – С этими словами Лямка понизил голос до полушепота: – Сам Кумарин приезжал, правда, ненадолго. Поздравил, бокал вина выпил, немножко с Игорем пообщался и уехал. Охраны с ним было – человек десять, не меньше. И строго-настрого, чтобы никто, ни одного снимка… Там один папарацци пробрался, так они его тихонечко из зала вывели, пленку отобрали, да еще и по голове настучали. Несильно, конечно, но со стороны – довольно ощутимо.

– Смотри, как бы тебе такие вечеринки боком не вышли.

– В каком смысле?

– Узнают в ОСБ, что ты с бандитами за одним столом водку хлещешь, – и привет.

– Так а я-то что? Мы с Иркой вообще за другим концом стола сидели, – малость струхнул Лямка. – Мы, по большому счету, только с Селиным общались. И еще с одной теткой, тоже, между прочим, артисткой.

– А с Полиной?

– Ну и с Полиной, само собой.

– Так Полина как раз в ОСБ под колпаком. Как нежелательный, мягко говоря, контакт. По инструкции, тебе вообще давно следовало рапорт написать. Так, мол, и так: «В субботу, чисто случайно, я попал на юбилейную вечеринку, где вынужденно общался с бывшей сотрудницей ОПУ, о чем и спешу сообщить. Также особо акцентирую ваше внимание на зафиксированном мною личном контакте бизнесмена Ладонина с авторитетом Кумариным». Далее оформляешь это дело как инициативное сообщение, ставишь секретный исходящий и вперед – по инстанциям.

– Издеваешься, да? – возмутился Лямка.

– Напротив, совершенно серьезен.

– Все же знают, что Полина своя в доску. Наш человек…

– Ага, то-то этого «нашего человека» Мышлаевский со службы попер.

– А при чем здесь ОСБ? Она ведь сама рапорт написала.

– Наивный ты человек, Лямка, а еще в аналитиках числишься. Кстати, слышал, как у нас в гараже ваш отдел называют? «Пенаты» – «ПЕрсоНально-Анальный ТЫл».

– Ну знаешь… Я ему, блин, помогаю, фактически иду на должностное преступление, а он меня после этого еще и…

– Все-все, молчу. Не злись. Я ведь все это действительно из зависти говорю, – слукавил Козырев, разряжая обстановку. – Фотку-то, где вы с Иркой в компании Селина, подаришь?

– Посмотрим, – буркнул разобидевшийся Иван.

– Смотри, я ведь не забуду, напомню при случае… Все, спасибо, Ванька. Пойду я, пожалуй.

– Давай, ты-то уже отстрелялся, а у меня работы выше крыши. С этой «кражей века» все как с цепи сорвались. Прикинь, дали команду срочно просмотреть и найти в базе все задания, в текстовке которых хотя бы раз упоминается слово «Эрмитаж». Причем за последние пять лет. Представляешь себе объемчик?

– Если честно, нет.

– Да уж куда тебе – ты всегда бита от байта отличить не мог.

– Почему же? Я знаю биос, линукс, скрипт, оракл и много других… умных слов.

Покинув «контору», Паша, тренируя волю, нарочито неторопливо прогулялся до набережной. Примостившись на мокром от дождя гранитном парапете, он только теперь достал телефон и по бумажке набрал продиктованные Иваном семь заветных цифр.

Трубку снял мужик. Судя по начальственному тембру, видимо, тот самый Смолов.

– Слушаю.

– Екатерину будьте добры.

– А вы какую Екатерину имеете в виду?

– Ту, которая у вас работает, – уклончиво ответил Козырев.

– Ах эту? А вы, извините, кто будете? Кто ее спрашивает?

– Знакомый спрашивает.

– А имя-отчество у знакомого имеется?

– Имеется. Меня Павлом зовут.

– Уже кое-что. Ну тогда подождите немного, Павел. Пойду поищу…

Через пару секунд до Козырева донесся приглушенный голос «начальника»: «Катька, так твою растак!.. Сколько раз тебе говорить – не фиг раздавать служебные телефоны кому ни попадя…»

«А чегой-то вдруг я сразу и попа? А, дядя?» – обиделся Паша.

Глава шестая

Без связи служить нельзя! Без связей – тем более.

– …Алло, слушаю вас!

– Катя?

– Да.

– Это Павел говорит.

– Какой Павел?

– Помните, мы с вами в субботу в Кавголово познакомились?

– А, привет! Погодите-ка, разве я оставляла свой телефон?

– Нет, но я же предупреждал, что работаю в секретной организации с неограниченными возможностями.

– Ах да, как же: «ноги, ноги, а главное – хвост».

– Я тоже люблю этот мультик. Погодите, а разве я…

– Нет. Но наши возможности не менее неограниченны. Так что у вас стряслось, Паша? Опять машина не заводится?

– Машина в порядке. Просто я сегодня в кои-то веки рано освободился и решил попробовать позвонить, пригласить вас куда-нибудь. В общем, познакомиться поближе.

– А зачем?

– Честно?

– Желательно.

– Если честно, вы мне очень понравились.

– И чем же?

– Не знаю. Понимаете, у меня полушарие, отвечающее за логику, немного хромает. Как у Винни-Пуха: оно есть, но хромает.

– А что, в наружку с таким изъяном берут?

– У нас текучка дикая, так что всех берут. И все-таки, как? Принимаете мое приглашение? «Или мне потом, через год прибегать?»

– Павел, признаюсь, вы меня сразили. И своей откровенностью, и глубоким знанием отечественной мультипликации. Вот только у нас сегодня столько работы… Боюсь, мне будет просто не сбежать.

– А завтра?

– Ой, а завтра совсем жуткий день – у нас отчетный период начинается. Так что…

– Понял. Весьма распространенная отмазка, на все времена. Так бы прямо и сказали – рылом не вышел.

– Вот и нет. Отвечая на честность честностью: ваше рыло, Павел, мне очень даже приглянулось.

– Спасибо. Но раз уж мы с вами такие правдолюбцы, давайте сообща придумаем, как убедительно соврать вашему начальству, чтобы оно сегодня отпустило вас пораньше.

– Ну уж нет, своему начальству я предпочитаю врать самостоятельно, без помощников. Паша, скажите, а вы всегда такой упорно-настойчивый? Или только при знакомстве с женщинами?

– Только при знакомстве. С красивыми женщинами.

– Вы мне льстите, сэр. Впрочем, все равно приятно. Хорошо, будь по-вашему. В семь часов на «Горьковской», раньше я все равно не смогу. Устроит?

– Конечно. Считайте, что я уже там.

– Только один момент, Павел. Поскольку погода, к сожалению, не располагает к пешим прогулкам, нам придется где-то засесть. Так вот, предупреждаю сразу: все расходы – пополам. Не терплю гусарства со стороны малознакомых людей. Договорились?

– Слушаю и повинуюсь. Постараюсь как можно скорее перейти в разряд многознакомых.

– Ну-ну, надежды юношей питают. Кстати, Павел, а сколько вам лет?

– А вам?

– Ф-фу, разве вам не говорили, что подобный вопрос по отношению к женщине не вполне корректен?

– Извините.

– Да ерунда. Мне двадцать шесть.

– И мне тоже. Через два года будет. Вас это не смущает?

– Главное, чтобы это вас не смущало. Ну все, тогда до вечера. Кстати, я буду одета…

– Обижаете, Катя. Моя хромающая логика с лихвой компенсируется феноменальной зрительной памятью…

Улыбаясь, Востроилова положила трубку: «Ну что, старушка, сколь ни сопротивлялась, а служебного романа, похоже, все равно не миновать?» Звонок Павла застал врасплох, и теперь ее мучили сомнения, правильную ли она выбрала интонацию. Хотя что теперь-то терзаться? Что выросло, то выросло. Самое забавное, что сегодня Катерина действительно собиралась плотно поработать и на этом основании с утра по телефону отшила Виталия, который тоже имел на неё виды нынешним вечером. Причем отшила в довольно резком тоне. А тут, поди ж ты, объявился незнакомый коллега-наружник – и все, повелась-растаяла-забила. «Ой, блин! У меня же на голове черт-те что делается! Заскочить, что ли, в салон, хоть укладку на скорую руку сделать?»

– О чем задумалась, детина? – бесцеремонно прервал ее размышления Смолов. – Неужели о полугодовом отчете? Похвально. Одобряю.