Локки. Потомок бога. Книга 7 - Евгений Валерьевич Решетов

тогда предлагаешь⁈ Договориться с ящерами⁈ — прокричал бог, ринувшись за мной.

— Договориться? Ха-ха. Момент уже упущен. Будем прыгать, но имей в виду мои слова о пираньях! И если мне кто-то из них что-нибудь отгрызёт, то я, твою душу мать, буду просыпаться по утрам не от будильника, а от жажды мести. И догадываешься, какому драчливому герою я буду мстить⁈

— Ящеры бы всё равно напали на нас, — пробурчал асгардец, не желая признавать свою вину.

— Ты не похож на знатока поведения ящеров, — бросил я в ответ и обернулся, заметив фигуры крокодилов.

Те, уже не скрываясь, бежали за нами, потрясая оружием и быстро сокращая расстояние. В их глазах горело плотоядное желание откушать нами в дружеской атмосфере возле костра, травя байки и друг перед другом бахвалясь тем, как они загнали нас точно двух оленей, хотя среди нас был только один олень.

Кто-то из ящеров уже вскинул лук с натянутой стрелой, готовясь на бегу выпустить её. И чутьё мне подсказывало, что они могут и попасть, а моё тело совсем не желало получить украшение в виде стрелы, а потом быть съеденным.

— Да вот хрен вы сожрёте меня! — гневно выпалил я, оттолкнулся от берега и сиганул в воду.

Ветер засвистел в ушах, дёрнув за волосы. А убийственно-твёрдые скалы приближались с ошеломляющей скоростью. Я ухнул в реку прямо между ними, идеально рассчитав траекторию. Тёплая вода накрыла меня с головой, попав в рот. Ноги же коснулись дна. Я оттолкнулся и мощно заработал руками, быстро выбравшись на поверхность, где сразу же поплыл в сторону противоположного берега, успев отметить, что Хеймдалля нигде не было видно.

А вот ящеры разочарованно зашипели, выстроились вдоль берега и принялись пускать в меня стрелы. Да и не только в меня…

На поверхности вдруг появилась башка асгардца с вытаращенными глазами. Он с шумом хватал ртом воздух, орудуя одной рукой.

— Плыви, разорви тебя Фенрир, пока твою задницу не украсили хвостом из стрел! — мотивировал я бога как умел и нырнул, чтобы твари не видели меня, а то уж больно близко от моего тела входили в воду их стрелы.

Однако даже под водой одна из стрел вскользь попала в моё предплечье, но кожаный наручник не пробила. Меткие гады!

Что же будет, если ящеры рискнут сигануть в реку? Такие стрелки точно рано или поздно прибьют нас. А эти мрази наверняка рискнут. Тут и к гадалкам не ходи.

Вынырнув, когда закончился кислород, я увидел, что ящеров на берегу стало заметно меньше, а в реке появились их зелёные головы. Вот же!

К счастью, я уже был у противоположного берега, оказавшегося не таким крутым, как предыдущий. Мои ноги коснулись каменистого дна, а вода доходила едва ли до середины груди.

Да и Хеймдалль, несмотря на одну рабочую руку, лишь ненамного отстал от меня. Всё же он бог, а не хрен собачий.

Асгардец следом за мной выбрался на берег, дыша ровно и без хрипов, будто всё это время восседал на кресле перед камином, а не удирал от ящеров. А у моего смертного тела уже порядком болели мышцы, наливающиеся тупой усталостью.

— За мной! — махнул я рукой богу и принялся взбираться по берегу, орудую и руками, и ногами.

Ящеры с того берега не успокоились и начали пускать в нас стрелы. А те, млять, втыкались в жирную раскисшую землю в опасной близости от нас. Одна из них опять чиркнула по мне, но не по предплечью, а по рёбрам. Однако доспех и здесь не поддался на провокацию.

— Вот же упёртые твари, — прорычал бог, когда мы выбрались на берег. Около его подножия показались ящеры, переплывшие реку. И эти гады снова бросились за нами.

— Надо будет подчинить их себе, — решил я и оглядел лежащие передо мной джунгли. Над ними чуть-чуть возвышался каменный кончик пирамиды. Вот в её сторону я и помчался, приглашающе махнув рукой Хеймдаллю.

Мы вломились в зелёные дебри, распугивая птиц и насекомых. Даже мелкие животные спешили уступить нам дорогу, как и змеи, стремительно уползающие прочь. Только мошкара храбро накинулась на нас, пытаясь забраться в уши, ноздри и рот.

— Я здесь всего полчаса, но уже ненавижу эти проклятые джунгли, — страстно выругался асгардец и с остервенением прихлопнул очередного комара, возжаждавшего его крови. А тот, надо сказать, был чуть ли не с кулак размером.

— А мне нравится. Природа, свежий воздух. Опять же, интересные знакомства. Ящеры ведь не отстали?

— Нет. И кажется, их стало больше, — мрачно выдал бог, глянув за спину, где среди зелени раздавалось разъярённое шипение. — Скоро они нас нагонят. У тебя есть план?

— Ага. Спрячемся в пирамиде! — выдохнул я и выскочил из зарослей, оказавшись перед покрытым лианами, зеленью и трещинами древним строением из чёрных грубо обработанных блоков. — Вот, собственно, и она.

— Хм, мы сможем держать тут оборону, — обрадовался бог, бросившись к каменной двери, а затем не без злорадства напомнил: — Правда, ты, как я и говорил, не сумеешь за два часа привести нас к источнику энергии.

— Ой ли? — усмехнулся я и навалился на дверь. Бог помог мне, и мы с противным каменным скрежетом сдвинули её с места.

— Тебе поможет только чудо, — бросил асгардец и прошмыгнул во тьму, скрывающуюся внутри пирамиды.

— Чудо? Нет, мне помогут планирование, логика и острый, пытливый ум, — оскалился я в ответ и снова навалился на дверь. Теперь чтобы закрыть её.

Бог мне снова помог, после чего дверь встала на место.

Мы оказались в шевелящемся мраке, пропитавшем спёртый тёплый воздух, пахнущий влагой и камнем.

— Локки, прекращай делать хорошую мину при плохой игре, — высокомерно посоветовал асгардец и сумел зажечь один из факелов, которые до сих пор таскал на своей мускулистой спине. Да, конечно, они промокли, но не очень сильно. Пламя всё же разгорелось, пусть и несильно, шипя от влаги и изрядно чадя.

— А ты лучше перестань меня недооценивать, — проронил я, глядя на стены, освещённые светом горящего факела.

Тут и там были изображены Древние: в профиль, в анфас, воюющие с кем-то и занимающиеся наукой.

Бог слегка сбледнул и проронил, начав догадываться:

— Нет, эта пирамида не может быть местом хранения источника энергии.

— А чем оно хуже других? — пожал я плечами и пошёл по коридору, старательно