Локки. Потомок бога. Книга 7 - Евгений Валерьевич Решетов

меч. Он двинулся через сочные заросли, рубя их клинком. Зелень разлеталась во все стороны, капли сока попадали ему на лицо и руки, а перепуганные насекомые со стрекотом и шорохом крыльев шарахались кто куда.

Я пошёл за асгардцем по вырубленной им просеке, порой отмахиваясь от надоедливой мошкары. Древние и её сюда подселили. А кусалась она весьма больно, словно в меру сил защищала первозданный вид этих джунглей.

Но вскоре выяснилось, что тут живёт кое-кто пострашнее мошкары.

— Локки, слева среди кустов, — негромко произнёс Хеймдалль, продолжая пробиваться сквозь джунгли как ни в чём не бывало. Его меч всё так же мерно со свистом рубил гигантский папоротник и лианы, мешающие нам пройти.

Я продолжил идти мерным шагом, как и прежде крутя головой по сторонам. Но на этот раз мой взор на пару мгновений метнулся в сторону, указанную асгардцем. А там практически слился с зеленью изумрудного цвета прямоходящий ящер, похожий на человекоподобного крокодила с сильно уменьшенной челюстью. В его холодных жёлтых глазах мелькал интеллект. А копьё в трёхпалой лапе окончательно убедило меня в том, что ящер разумен.

Да ещё подле него вдруг бесшумно возник второй крокодил. Такой же высокий, почти под два метра, и практически лишённый плеч. Но зато его вытянутое тело защищала крепкая на вид чешуя, а из-за спины выглядывали колчан со стрелами и лук.

— Пора трубить противоящерью тревогу, — еле слышно пробормотал я.

Мои слова почти заглушил шум бурной реки, к которой мы заметно приблизились.

— Нападём на них первыми, — воинственно прошептал Хеймдалль. — Хватит уже убегать, как трусливые смертные.

— Это тебя так вдохновило то, что их всего двое? А если рядом стоит ещё десяток ящеров с луками? Представляешь, какую они тебе сделают акупунктуру своими стрелами? А может, они вообще не собираются атаковать? Надо попробовать с ними поговорить.

— Все вы, потомки Локи, горазды поговорить, когда надо действовать, — презрительно процедил бог и внезапно ринулся в сторону ящером со скоростью камня, пущенного из пращи.

— Ой дурак, — болезненно скривился я, когда джунгли взорвались многоголосым кровожадным шипением.

Глава 14

Джунгли изрыгнули с десяток стрел с белым оперением и стеклянно поблескивающими чёрными наконечниками. Они со свистом устремились в сторону Хеймдалля. А тот ловко извернулся, прям как уж на сковородке, пропустив часть мимо себя, а часть отбив вжикнувшим мечом.

Правда, две стрелы всё же хищно угодили в его левое плечо, чавкнув плотью. Стеклянные наконечники вошли глубоко, кажется с хрустом задев кость. Рука бога сразу же отнялась, покрывшись горячей кровью, побежавшей по коже. Рубашка мигом пропиталась красным, а с пальцев закапало.

Ящеры же восторженно зашипели, всё так же прячась в сочной зелёной листве джунглей.

— Локки, отходим в сторону реки! — хрипло выпалил бог и ринулся обратно в мою сторону.

Он бежал как-то боком, дабы контролировать то, что происходило за его спиной. А то ведь ящеры могли снова угостить его стрелами.

— А как же твоё желание начистить зелёные рыла? Передумал? Внезапно захотел искупаться? — ехидно выдал я, помчавшись через заросли туда, где грохотала река.

— Не время для твоих жёлчных шуточек! — яростно выпалил асгардец, забрызгав слюной подбородок.

— Ещё как, млять, время! Я же тебе говорил, чтобы ты не бросался с мечом наголо на этих милых созданий! Ненавижу дураков, подвергающих опасности мою драгоценную жизнь!

Громов-младший был со мной полностью солидарен. Он злобно проклинал бога, глядя на него нашими общими глазами.

— А я ненавижу быть трусом, удирающим от всех! — жарко выпалил асгардец. — Если тебе это по нутру, то мне нет! Даже без отнятой Башней магии я готов сражаться с врагами!

— Не путай трусость с осторожностью! Лучше быть осторожным, чем воинственным и мёртвым! — пафосно выдал я, памятуя еще и о том, что мне нужно достичь источника энергии всего за два часа. Так что не хочется тратить время на драки. Если бы в Башне можно было пользоваться магией, то мы бы мигом всех завалили, а без нее врагов уже не так просто одолеть.

— Архг! — неожиданно выдохнул Хеймдалль, совершив резкий перекат, чтобы не встретиться с новым десятком стрел, вылетевших из-за деревьев и папоротников.

На сей раз он избежал ран, а просто вывалялся в грязи и прелых листьях.

— Вот теперь тебе точно надо искупаться! — крикнул я богу и ломанулся в густые кусты, выставив перед собой руки и нагнув голову, чтобы побеги не били меня по глазам.

Асгардец же прямо на бегу сломал древки стрел, торчащих из его плеча. Наконечники он извлекать не стал, зная, что после этого кровь из ран побежит ещё быстрее, лишая его сил.

— Они преследуют нас! — зло бросил бог, скрежетнув зубами, словно я не слышал, как сквозь джунгли с шорохом листьев и лёгким хрустом веток мчатся десятки тел, издающих азартное шипение.

— Да ты что⁈ А я, млять, думал, кто это там бежит за нами? Грешил на голых баб, — саркастично выплюнул я и вырвался из зелени на крутой, обрывистый берег.

Мелкие камешки посыпались из-под моих ног, полетев прямо на скалы, торчащие из пенящейся серой воды, с грохотом несущейся прочь. Я еле успел затормозить, а то бы вверх тормашками рухнул следом за камешками, разбившись о влажные клыки скал.

— Хеймдалль, тормози, тут обрыв! — выпалил я, обернувшись.

Бог с шумом выметнулся из джунглей, как дикий лось. Его клинок уже был в ножнах, а правая рука придерживала левую, обагрённую кровью. Благо, что он, повинуясь моему воплю, сбросил скорость, иначе бы точно полетел на скалы.

— Твою душу мать! — гневно выдал асгардец, глянув янтарного цвета глазами на реку. — Надо искать другое место, чтобы сигануть в неё. Она узкая, хоть и быстрая. Но я переплыву её даже с одной рукой.

— Ты слышал поговорку смертных «не зная броду, не суйся в воду»? Я бы в неё добавил ещё пару слов — «не зная броду и того, что в реке живёт, не суйся в воду». Да, звучит не очень, но смысл передаёт точно. Мы же в доисторических джунглях. Вдруг в речушке обитают какие-нибудь пираньи, охочие до плоти? — на одном дыхании отбарабанил я и помчался по крутому берегу, заросшему деревьями.

Ветки, словно живые, злорадно пытались сбросить меня в пенящуюся воду, закручивающуюся в буруны.

— А что ты