Леди Смелость - Сюзан Робинсон

— Я не испугал вас, госпожа Бекет? — спросил он, приблизившись.

Она присела перед ним в реверансе и покачала головой.

— Хорошо, — сказал он, — потому что мне хотелось бы поговорить с вами.

Он предложил ей руку, и Норе ничего другого не оставалось, как, оперевшись на нее, последовать за испанским грандом. Он привел ее в зал, отведенный для игры в карты. Там уже сидело за столом несколько придворных, которые не обратили на них никакого внимания. Нора опустилась на скамью в оконной нише, после чего д’Атека, прислонившись плечом к стене, склонился над ней, полностью отгородив от собравшихся в зале. Нора молча ждала, когда он заговорит, моля небеса, чтобы это было поскорее, так как времени у нее оставалось в обрез.

— Банкет у графа был великолепен, не правда ли? — начал наконец д’Атека. — За исключением, разумеется, обычного для англичан отсутствия декорума.

Д’Атека говорил с сильным акцентом, и Нора мгновение помедлила с ответом, боясь что-либо перепутать. Но, разобрав слова «банкет» и «великолепен», она тут же поспешила согласиться. Она согласилась бы с чем угодно, чтобы не вызывать раздражения одного из самых могущественных приспешников короля Филиппа. Д’Атека улыбнулся, и Норе пришло на ум сравнение с роскошно одетой ящерицей. Клинообразное лицо испанца походило на дольку апельсина, тело было гибким и худощавым. Прямые светлые волосы, голубые глаза и бледная кожа придавали ему вид аскета, чему, однако, противоречила роскошь его одежды и висевшая у него на груди цепь из оправленных в золото рубинов.

Нора смотрела на д’Атеку, с каждым мгновением все более холодея от страха. Никогда прежде испанец не обращал на нее особого внимания, а сейчас с его лица не сходила улыбка, улыбка палача, которая словно говорила, что он был бы счастлив держать в эту минуту в своей руке топор, дабы иметь возможность перерубить им ей шею.

— Клянусь распятием, госпожа, — нарушил затянувшееся молчание д’Атека, — весь двор жужжит, подозревая, что великолепный Кит воспылал к вам страстью.

— Это неправда, милорд. Все это одни только глупые разговоры.

— Я так не думаю. Будь они глупыми, вы не покраснели бы сейчас, как маков цвет, и не опустили бы глаза с девичьей скромностью. — Д’Атека окинул взглядом Нору с головы до ног. — На лорда Монфора это совсем непохоже, эта страсть к девицам.

— Он не пылает ко мне страстью, милорд.

— И, однако, он называет вас перед всем двором прекраснейшей дамой и даже сражается за право быть в вашем обществе.

— Все это было не более чем игрой, игрой и пари между лордом Монфором и Роджером Мортимером.

— Я так не думаю, — повторил д’Атека.

Нора, не зная, что на это ответить, продолжала молча глядеть на испанца.

Пальцы д’Атеки коснулись рубина на его груди.

— Огромное несчастье может постичь женщину, связавшуюся с таким необузданным человеком, каким является лорд Монфор. Его никогда не будет волновать ни ее доброе имя, ни то, что с ней случится потом. Будьте осторожны, госпожа.

— Но я ничего не сделала… — начала было Нора, однако д’Атека ее уже не слушал.

Взгляд его был прикован к кому-то в зале. Нора увидела, как мгновенно расширились и тут же сузились его глаза и рука нервно затеребила звенья цепи. Однако, сделав над собой невероятное усилие, он в следующее же мгновение овладел собой и убрал руку за спину. Только тогда Нора повернула голову, ища объект, приведший испанца в такое волнение.

Кристиан де Риверс шел по залу в компании какого-то молодого человека, представляя его то одному, то другому по мере своего продвижения. Подле карточных игроков он остановился и, склонившись, поцеловал руку женщине, перед которой лежала на столе самая большая кучка золотых монет. Когда он выпрямился, дама вскрикнула, так как золото исчезло. Кристиан со смехом вытянул руки, показывая, что в них ничего нет.

— Уверяю вас в своей невиновности, леди Марджори. Вы можете даже обыскать меня, чтобы в этом удостовериться.

Одна из дам воскликнула:

— Клянусь честью, Марджори, если ты откажешься, я сама это сделаю. Ну-ка, иди сюда, негодник, чтобы я могла тебя обыскать. Обещаю приложить к этому все свое старание.

Но леди Марджори, похоже, не нуждалась ни в чьей помощи. Мгновенно поднявшись, она принялась быстро ощупывать молодого человека. Его спутник стоял рядом, наблюдая за этой сценой со скучающим видом, но даже он, казалось, был шокирован, когда рука леди Марджори скользнула меж ног Кристиана.

Внезапно д’Атека быстро подошел к Кристиану, схватил его за рукав камзола, потряс, и оттуда дождем посыпались золотые монеты. При приближении испанца Кристиан застыл, и взгляды мужчин скрестились на мгновение, как два клинка. Но тут же игроки все разом закричали, и рывком Кристиан сбросил с себя руку д’Атеки.

— Не расстраивайся, Марджори, — сказал один из джентльменов со смехом. — Я готов снова украсть твои деньги, если ты пообещаешь искать их с таким же старанием.

Нора смотрела на происходящее, вся кипя от возмущения. Она была уже готова запустить в леди Марджори своей корзинкой, когда д’Атека направился вдруг к этой бесстыдной парочке. Ярость, вспыхнувшая в ней в тот момент, когда эта распутница прикоснулась к Кристиану, была столь огромна, что все, даже недавняя тревога по поводу опоздания в садик, было ею мгновенно забыто. Не понимая, что с ней происходит, она негодовала на всех, кто так легко относится к подобному разврату, и больше всех на Кристиана де Риверса. Как смеет он соблазнять женщин своим телом?! Кто мог винить эти бедные создания, если они были не в силах сопротивляться соблазну? Она сама знала, как трудно было удержаться от того, чтобы не прикоснуться к нему.

Внезапно гнев совершенно ослепил Нору. Не помня себя, она вскочила на ноги, стиснула в руке корзинку и зашагала через зал прямо к Кристиану. Они встретились посредине: заметив ее, он отошел от Луиса д’Атеки и направился к ней.

Когда они оказались рядом, Кристиан поклонился и шагнул к ней, намереваясь запечатлеть на ее щеке поцелуй.

— Здравствуй, мой нежный марципан.

— Бесстыдство не заслуживает приветственного поцелуя.

Склонив набок голову, Кристиан облизал губы и присвистнул.

— Да она заметила! А я-то думал, мне придется проехаться по залам дворца голым на коне, чтобы это проверить.

— Позволить этой женщине так вас лапать!

— Вы знакомы с моим кузеном с севера?

— И перед всем двором к тому же, — продолжала она, не слушая его.

— Куда он делся? — Кристиан вытянул шею, ища своего спутника среди толпящихся в зале придворных.