Леди Смелость - Сюзан Робинсон

— Вы знакомы с моим кузеном с севера?

— И перед всем двором к тому же, — продолжала она, не слушая его.

— Куда он делся? — Кристиан вытянул шею, ища своего спутника среди толпящихся в зале придворных.

— Она готова была положить руки на ваш… на ваше…

Кристиан махнул молодому человеку, с которым он пришел, и вновь повернулся к Норе.

— Тело, моя драгоценная. Слово, которое ты ищешь. Тело. Этого будет вполне достаточно, так как я знаю, ты никогда не скажешь «член».

Нора вздернула подбородок и процитировала ему Библию:

— «Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу — о духовном. Помышления плотские суть смерть».[13]

Кристиан откинул голову назад и захохотал. Нора бросила на него полный ярости взгляд и открыла было рот, чтобы высказать ему все, что она о нем думает, но к ним подошел д’Атека.

— Мы как раз беседовали с госпожой Бекет, когда вы ворвались сюда, — произнес испанец, слегка поклонившись Кристиану.

В этот момент появился и молодой кузен с севера. Нора окинула взглядом незнакомца, обратив внимание на его блестящие темно-каштановые волосы, стройные ноги и глаза, которые, несмотря на его молодость, казалось, принадлежали умудренному жизнью старику. Кристиан представил:

— Мой кузен, лорд Ричард Фицуолтер.

Услышав свое имя, молодой человек слегка приподнял брови, однако в следующее же мгновение на лице его вновь появилось скучающее выражение, и с вежливым равнодушием он поклонился Норе и д’Атеке. Плащ его, небрежно накинутый на одно плечо, при этом распахнулся, и на боку блеснул кинжал. Он засверкал так ярко, попав в полосу солнечного света, что глазам Норы стало больно, и она выдохнула:

— Блейд!

— Черт! — воскликнул Кристиан. — Ты вспомнила. — Он выхватил у нее из рук корзинку, взял обе ее ладони в свои и запечатлел на щеке поцелуй, шепнув при этом: — Пожалуйста, дорогая, успокойся.

Способная в эту минуту думать лишь о том, как бы оказаться как можно дальше от Блейда, Нора быстро обошла Кристиана и встала подле него с другой стороны, тогда как д’Атека подошел ближе к молодому разбойнику. Кристиан схватил Нору за руку.

— Мы недаром прозвали нашего кузена Блейдом, — проговорил он, обращаясь к д’Атеке. — Идемте со мной, друзья. Мы попросим его продемонстрировать нам свое искусство.

Продолжая крепко держать Нору за руку, Кристиан вышел из дворца и направился к растущему неподалеку на лужайке старому дубу. Д’Атека с Блейдом последовали за ними. Когда они туда пришли, Кристиан отыскал в Нориной корзинке золотую нить и, сорвав с ближайшего куста розу, привязал ее к стволу дерева. После чего он, Нора и д’Атека отошли в сторону, а Блейд зашагал назад ко дворцу. Вскоре он был уже так далеко, что у Норы на мгновение даже мелькнула мысль, что он решил их покинуть. Наконец Блейд остановился и повернулся к ним лицом, держа в руке кинжал.

Д’Атека пожал плечами.

— Он никогда не попадет в цветок с такого расстояния. Я не отказался бы взять над вами верх, милорд, но не на таких условиях.

— Миледи? — обратился Кристиан к Норе. — Вы не против пари? Если Блейд попадает в цель, я требую поцелуя.

Нора подняла на него глаза. Она испробовала на себе искусство молодого разбойника и знала, на что тот способен. Прекрасно понимая это, Кристиан смотрел на нее как коршун, ожидая ответа.

— Я принимаю пари, — ответила она тихо и, пораженная собственной смелостью, быстро отвела взгляд от Кристиана.

— Ну, так как, сеньор? — спросил тот д’Атеку. — Неужели дух ваш слабее, чем у дамы?

Испанец мгновенно весь напрягся, и мужчины обменялись быстрыми взглядами. Нора ничего не поняла, но в воздухе явно чувствовалось напряжение. В каждой фразе, с которой они обращались друг к другу, за внешней веселостью таилась угроза, и это ее безмерно пугало.

Взгляды Кристиана и д’Атеки вновь скрестились как два клинка, и Нора уже подняла руку, собираясь дотронуться до Кристиана, как вдруг раздался крик Блейда, и это несколько разрядило атмосферу. Отвернувшись от испанца, Кристиан махнул юноше, чтобы тот приблизился.

— Прекрасный кузен, — произнес он, когда Блейд подошел, — наш друг здесь настолько не верит в твое искусство, что даже отказывается заключать пари.

Молча Блейд снял шляпу и его блестящие темно-каштановые кудри рассыпались по плечам, засверкав на солнце. Бросив шляпу на землю, он вытащил из-за пояса кинжал и, не сводя глаз с д’Атеки, начал проверять на своей ладони остроту лезвия. В первый раз за это время он приковал к себе все внимание испанца. Несколько мгновений д’Атека наблюдал за тем, как скользит взад-вперед на ладони Блейда блестящее лезвие. затем поднял глаза, и на его губах появилась плотоядная улыбка.

— Если ты попадешь в розу, прекрасный Блейд, я подарю тебе целый вечер в лучшей таверне города. Вряд ли ты видел что-либо подобное у себя на севере.

— Он не видел, — быстро ответил Кристиан.

Вгляд д’Атеки был по-прежнему прикован к лицу Блейда.

— А я и не знал, что у англичан имеются дуэньи мужского пола.

— Я обхожусь без нянек с четырехлетнего возраста, — бросил Блейд, коснувшись кончиком лезвия нижней губы. — Я согласен на пари, кузен.

— Задиристый маленький петушок, — проговорил Кристиан, — мне надоело защищать твою добродетель. Заботься отныне о себе сам, если можешь.

— Я не нуждаюсь ни в чьей защите, — ответил Блейд, повышая голос.

— Пожалуйста, — сказала Нора, увидев мгновенно вспыхнувшую ярость в глазах Кристиана, и мужчины обернулись к ней. — Пожалуйста, милорды, это ведь дружеское состязание, не так ли?

Настроение Кристиана тут же изменилось.

— Ладно, кузен, давай. Госпожа Бекет, надеюсь, простит нам нашу резкость, если ты ее развлечешь. К тому же в случае твоей победы я смогу ее поцеловать.

Блейд повернулся, собираясь отойти.

— Подожди, — остановил его Кристиан. — Чтобы победить, ты должен попасть не в цветок, а в стебель.

— Так нечестно! — возмутился д’Атека.

— Не тревожьтесь, милорд, — подал голос юноша, — это легкая задача.

Д’Атека перевел взгляд с лица Кристиана, на котором застыло напряженное выражение, на Блейда. На губах молодого разбойника появилась томная улыбка, и испанец согласно кивнул.

— Возможно, Господь одарил тебя, как и твоего кузена, не только красотой, но и мастерством.

Блейд вновь отошел почти к самому дворцу. Норе с трудом верилось, что он сумеет на таком расстоянии попасть в стебель. Хотя, надо признать, этот разбойник мастерски владел своим оружием. Внезапно Блейд повернулся и, на мгновение отведя руку назад, тут же выбросил ее вперед. Клинок со свистом разрезал воздух и вонзился в кору дуба.