После него (ЛП) - Рор Найки

— Сначала ты поёшь Тайлор Свифт, а теперь предлагаешь провести день за покупками…

— Я стараюсь быть милым.

— Ты всегда такой милый.

Я приблизился к ней, взял за руки и предложил ей обнять меня. Пруденс так и сделала, прижав своё ухо к моей груди.

— Ты когда-нибудь была в Орландо?

— Нет, а что?

— Ты могла бы сопровождать меня на Пробоул.

Пруденс подняла на меня взгляд.

— Но кто едет на Пробоул…

— Это значит, что он не попал в Супербоул, я знаю. Но есть и такая возможность, просто хочу быть готовым. В любом случае положи в чемодан красивый наряд. У меня будет пара дней отдыха после игры, и я подумал…

— Харди, а что если мы слишком забегаем вперёд?

— Я знаю, куда хочу пойти, и хочу туда бежать. Может, ты предпочитаешь прогулочный шаг?

— Возможно, я немного колеблюсь.

— Насчёт меня? Ты мне нравишься, Пруденс.

— Ты мне тоже нравишься.

— Так?

Она улыбнулась и погладила меня по спине.

— Я не знаю, как быть с кем-то, понятия не имею, как обставить дом и каково это — ходить с парнем по магазинам в субботу днём.

— Для шопинга нужно просто переступить порог магазина, чтобы обставить квартиру, достаточно повесить несколько картин и, может быть, несколько фотографий, а что касается встречаться с кем-то… тебе нужно просто оставаться такой, какая ты есть.

— Всё получится, даже если я не люблю футбол?

— Всё будет замечательно, если ты придёшь на стадион. Мне нравится знать, что ты рядом со мной.

— Я постараюсь, даже если мне будет не по себе после того, что случилось позавчера.

— Позавчера было всего лишь падение, и как после всех падений, ты снова встаёшь. — Я приблизился к её губам, мне нужна была только Пруденс. Я поцеловал её, прижимая к себе и медленно подталкивая к спальне, но остановился, когда мы дошли до кровати. Я отстранился от её губ и распахнул халат, чтобы взглянуть на тело. На ней была простая майка и трусики. Пруденс никогда не носила кричащей одежды, если не считать тех проклятых кожаных брюк, которые я видел на ней во время вечеринки в клубе Center и которые до сих пор вспоминаются мне. Как часто возвращались ко мне и комментарии, что отпускали другие игроки.

Пруденс была сексуальна самым естественным образом: длинные светлые волосы, всегда внимательный взгляд и нежные манеры выделяли её среди множества зелёных травинок, как красочный цветок. Ещё у неё была красивая грудь, и меня радовало, что она скрывает свои изгибы во время работы, потому как знал, что может вырваться из уст обитателей раздевалки, и это наложило бы на меня определённый груз опасений.

— Ты снова наденешь для меня кожаные брюки? — спросил я.

— У меня целый шкаф кожаных брюк. — Пруденс улыбнулась, затем повернулась, чтобы отодвинуть покрывало; в этот момент я наклонился к её шее и начал ласкать её попку членом, который тут же восстановился. Я полностью стянул с Пруденс халат, положил руки ей на грудь и спустился ниже, к трусикам. Снова вошёл в неё пальцем и обнаружил, что она до сих пор горячая. Ощущение того, что она такая податливая, такая близкая, отправило мой мозг в тильт. Я немного приспустил спортивные брюки, освободил эрекцию, пару раз потёрся о её попку, а затем раскатал презерватив.

Пруденс встала на четвереньки на край кровати. Я входил в неё медленно, мне хотелось, чтобы это длилось как можно дольше. В ответ она вздыхала, двигала бёдрами и стонала.

Я закрыл глаза, пытаясь усмирить нахлынувшее возбуждение.

— Ты хоть немного скучала по мне? — спросил я.

— Немного.

Я наклонился, чтобы прикусить мочку её уха.

— Вернись и трахни меня, — прошептал ей. Она насадилась на мой член и оставалась неподвижной, когда убедилась, что он весь в ней. — Ещё, — снова прошептал я.

Наслаждаясь, Пруденс начала медленно двигаться. Она крепко обхватила моё предплечье и задвигалась с ещё большей силой. Она действительно начала меня трахать, пока я оставался неподвижным и терпел эту пытку. Я сжал её грудь, стал дразнить сосок, пока не почувствовал, как тело Пруденс напряглось. Она положила голову мне на плечо, и я был уверен, что она кончила. Пруденс полностью остановилась; я уделил ей немного внимания, целуя шею и плечо, а затем настала моя очередь. Слегка надавил ей на затылок, приглашая опуститься на матрас, а затем, удерживая за бёдра, начал с силой входить в неё. Как и я, Пруденс наслаждалась от каждого толчка. Отчётливо слышались звуки наших тел, наши смешанные стоны. Я хотел её всем своим существом, и с каждым толчком моё сердце билось всё чаще. Я трахал Пруденс так, словно это единение могло стереть прошедшие пять лет. Я трахал с намерением всегда быть благодарным судьбе за то, что помогла мне найти Пруденс снова.

Я хотел, чтобы Пруденс Хэрродс была в моей жизни, хотел, чтобы она сидела на моём диване и шила, болела за меня на трибунах, была в моей машине, пока везу её домой летом, и хотел видеть, как она краснеет, когда представлю её своим родителям.

Я также хотел, чтобы она лежала в моей постели, обнажённая и уставшая после целой ночи траха, хотел снова увидеть её в тех кожаных брюках и, возможно, в красивой майке Ravens с моим именем.

Сходил ли я с ума? Нет, вовсе нет: за всё время своего существования я никогда не чувствовал себя таким ясным и решительным. И пока я кончал, снова погружаясь в неё, я впервые почувствовал себя целостным. Футбол был важен, моя карьера была важна, но находиться в этой комнате с Пруденс Хэрродс, пока я всё ещё был в ней, стало просто необходимо.

Глава 22

Он

Get naked (i’ve got a plan)

Я припарковал свой внедорожник у входа в ресторан Preset в центре Балтимора и вошёл внутрь. Владелец ресторана, заядлый болельщик Ravens, после обычного похлопывания по спине и комплиментов указал мне на забронированную мной отдельную комнату. Подойдя к столику, я увидел там Алекса.

— Динамит! — воскликнул он. Мне не нравилось, когда кто-то из членов семьи обращался ко мне, как фанат, о чём Алекс прекрасно знал, и указывать на это в миллионный раз было бессмысленно.

— Привет, — ответил я, садясь напротив него.

— Как проходят тренировки?

— Отлично.

— Мы выиграем это кольцо?

— Не знаю.

— Могу я быть честным? Даже Пробоул подойдёт. Я имею в виду, ты покажешь себя ещё лучше.

— Как скажешь.

Алекс перестал улыбаться. Я доверил ему управление контрактом в моей карьере, потому что он был хорош, действительно хорош. Как агент он сделал себе имя в НФЛ и уже имел дюжину игроков под своим крылом, но я не был одним из новичков в его агентстве, и его обаяние сукиного сына на меня не действовало.

— Не-а, мне знаком этот тон, и уже знаю, что ты хочешь мне сказать.

— Если ты знаешь, почему тогда мне пришлось отвлечься от моих драгоценных тренировок, чтобы оказаться здесь, Алекс?

— Харди, ты мой приоритет, помимо того, что ты мой двоюродный брат. Ты игрок с лучшими показателями в команде, мы не можем просто подписать договор о продлении контракта и повышении зарплаты, понимаешь? Мы должны задрать цену и поторговаться.

— Ты всегда был волен торговаться, но не дёргать за верёвку. Я не хочу расстраивать ни клуб, ни тренера. Ты в курсе, что на драфте будет три центральных лайнбекера?

— Никто не силён так, как ты.

— Никто не является незаменимым, даже я. Ravens будут играть в следующем году в любом случае, со мной или без меня, и я не хочу, чтобы играли без меня.

— Тогда нет проблем, ты останешься. Однако нехорошо постоянно давать все эти гарантии. Cardinals…

— Я не хочу в Cardinals и не хочу переезжать в Аризону.

— Ты можешь мне объяснить, какого хрена тебе нравится в Балтиморе?

— Ravens.

Алекс хмыкнул, покачав головой.

— Мы можем забрать домой лучший контракт из возможных, мы говорим о десяти процентах по сравнению с Балтимором.

— Я хочу Балтимор, ты можешь гарантировать мне ещё два года здесь? — вклинился я.