Мадемуазель травница (СИ) - Алексина Наталья

Да что же это такое! В эту минуту друид мне совершенно разонравился. Как отрезало.

Я кое-как все собрала, более или менее успокоилась. И за три часа смогла разобрать две корзины. Даже залюбовалась ровными рядами травок и пучков. Не зря корпела.

В дверь лавки забарабанили, и я опять чуть не опрокину всю работу. Если это друид!..

— Ан-Мари? — дверь медленно открылась.

«Жиро» — разочарованно поняла я и вяло помахала.

— Хорошо, что не спишь.

— Так уже обед…

— Вот и я говорю. — Стражник прошел внутрь и огляделся в поисках стула. — У меня к тебе важный разговор. Надо бы обсудить трупы.

— Конечно, — чему удивляться, еще ни один мой день не прошел без разговора о трупах.

— Может, пройдем в дом? — Жиро без стеснения направился к внутренней двери. — Нальешь чего-нибудь, а то я с утра бегал, как собака. Язык уже на плече.

Я вздохнула и пошла за стражником. Он быстрее меня попал в комнату и даже успел отыскать морс. Хваткость в действии.

— Ты хотел обсудить трупы, — напомнила я, когда поняла, что он собирается выпить весь морс прямо из кувшина.

— Да. — Жиро вытер губы рукавом. — Ты же нашла два трупа у своего дома?

— Два.

— Плохо, — загрустил Жиро.

— А сколько надо было? — уточнила я и даже не смогла разозлиться, только усмехнулась.

— Хорошо, чтобы все трупы были у тебя. Понимаешь, тогда бы я все преподнёс так, что виновата прошлая травница. Версия такая: она для чего-то убивала людей, скорее всего имея с этого какой-то доход (не спрашивай), у нее был некий подельник, пока неизвестный нам. Он в какой-то момент разозлился на травницу и упокоил ее там же, где и других до этого… Но сейчас трупы в разных местах, даже вон в городе…

— Надуманно как-то все.

— Может и так, но капитан согласился бы и на такую версию. Он сейчас на все согласен.

Мы с Жиро вздохнули одновременно.

— А что там, с прошлой травницей?

— Мертва. Тело было у тебя за домом, как и говорил Жан. Я сам выкапывал.

— Спасибо, — наконец я нашла повод поблагодарить. — Это ты рассказал ансульцам, что я в тюрьме, да?

— Без них ты бы не вышла так скоро, даже с найденным трупом, — пояснил Жиро и осмотрел полки у печки, как раз в этот момент в животе у Брюна забурчало. — А мэр их побаивается еще после прошлого пикета. Никакой стражи не хватит на эту толпу! Они же заводные, к ним сразу половина города присоединяется. Ансульцы и наливают бесплатно, и песни красивые поют.

С этим поспорила бы, но я, возможно, ничего не понимаю в музыке.

— А вообще плохо всё, Ан-Мари, — признался Жиро и сцапал последнюю черствую пышку.

— Меня все-таки посадят? — сердце закололо при воспоминании о тюрьме.

— А? Нет. — Брюн помотал головой и тяжело вздохнул. — Но все плохо. У нас опять, считай, нет подозреваемого. Даже несмотря на то, что в доме алхимика были следы проклятия. Служитель поговорил с этим месье Фуаскалем и оказалось, что у него и, правда, имелся браслет. Остался от покойной жены. В ее семье он считался реликвией, потому что когда-то принадлежал единственной в роду колдунье. То, что вещица проклята, алхимик не знал, но подозревал, что с ней не все просто. Потому как она отпугивала из дома крыс, но сами хозяева брали браслет свободно… И Фуаскаль подтвердил, что тот браслет, который принесла ты, принадлежит ему.

— Разве это не доказательство его вины?

— Тут не так все просто. Служитель проверил Фуаскаля и выдал, что «его руки не пахнут проклятием». Иными словами, в последние несколько дней, алхимик точно не брал браслет.

Приплыли. Есть хозяин браслета с проклятием, но он ни при чем. Я тяжело вздохнула и села на табуретку. Усталость давала о себе знать.

— Фуаскаль утверждает, что мальчишка Робен мог его стащить, когда алхимик составлял для него список покупок.

— Или Фуаскаль врет и сам попросил посыльного передать мне браслет.

— Может быть. — Брюн заглотил остатки пышки и опять сунул нос на полки. — Поэтому пока мы следим за алхимиком… Кстати, посыльного Робена так и не нашли.

— Выходит, он еще не вернулся от бабушки? — я до сих пор надеялась, что парень уехал именно к ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не знаю, куда он запропастился, но в городе его нет. И пока капитан считает его основным подозреваемым, — пояснил стражник и переставил тарелки в поисках еды. — Во всяком случае, пока мы не нашли его труп.

Час от часу не легче! Мое сердце только перестало сходить с ума, а тут всякие хваткие стражники пророчат еще одного мертвеца. Я встала и взяла настойку пустырника. Наверное, не стоит его разбавлять. Выпью так.

Жиро дважды прошел вдоль моих пустых полочек и поджал губы.

— Ан-Мари. Не в обиду будет сказано, но из тебя плохая хозяйка. Для уставшего мужчины, случайно заглянувшего в дом, у тебя только черствая пышка. — Стражник сокрушенно покачал головой, как бы говоря: «и вот кто же на тебе после такого женится».

Я ничуть не обиделась, кивнула и хлопнула пустырника.

— Знаешь, даже ту пышку готовила мадам Бернар, — покаялась я и одновременно с Жиро протяжно вздохнула.

Чтобы больше не было соблазна критиковать, я увела Брюна на улицу. Он долго рассказывал, как тяжело ему было в одиночку откапывать труп, потом, как он героически созывал народ и просил взять факелы. Мои глаза по мере рассказа все увеличивались, а чувство благодарности росло с каждой секундой. На душе становилось хорошо от осознания что, такие люди «сражаются» на моей стороне. В общем, пустырник подействовал.

И когда Жиро уже не знал, чем бы еще меня поразить, пришла мадам Бернар. Она и мой охранник Лер выглядели до безобразия отдохнувшими и сытыми.

— Месье Брюн! Неужели и вы всю ночь провели с мадемуазель Морель? — игриво спросила женщина.

— К сожалению, нет…А что значит «и вы»? — Брюн нахмурился. — Лер, и почему ты не охраняешь нашу свидетельницу?

— Чего это не охраняю? — возмутился Лер. — Ты на нее посмотри! Она жива! Если бы не я…

— Померла бы во цвете лет, — закончила я и улыбнулась. Настроение отчего-то (хотя понятно, что от пустырника) сразу улучшилось.

Мадам Бернар рассмеялась и повыше подняла корзину. Я почувствовала запахи ветчины и свежего хлеба. Сегодня у нас праздник какой-то! Или все же мадам рассчитывала на мужчин и потому принесла мясо. М-да, а платить придется мне…

— Милая, — обратилась ко мне тихонько женщина, когда Жиро отвел в сторону Лера. — А я вас вчера, случайно, не с другим мужчиной оставляла?

Я посмотрела на мадам Бернар и поняла, что она разглядывает Жиро и, похоже, действительно сомневается.

— С другим, но он дурак.

— Раз вы так считаете, верю. Пожалуй, отдам его бутерброд месье Брюну, — согласилась она и поспешила позвать стражников в мой дом.

Нежданные гости по-хозяйски ушли внутрь, а я осталась на пороге. Солнце сегодня грело не так яростно, и день казался теплым и приятным. То ли пустырник помог, то ли и правда погода расслабляла. Но я вдруг вдохнула полной грудью и успокоилась. Только сейчас осознала, что на свободе! Потом еще вспомнила, что мне все еще двадцать, а значит жизнь впереди. И мир стал почти прекрасным… несмотря на странности друида.

Я несколько минут стояла на пороге, рассматривая пустую деревенскую улицу, и улыбалась. И не сразу приметила фигуру, стремительно приближающуюся ко мне. В сторону леса я принципиально не смотрела. Но когда услышала шуршание шагов, резко повернулась.

Друид остановился в метре от меня и стянул с головы капюшон. Он привычно хмурился, но настроен, кажется, был решительно. Сверкал глазами, сжимал что-то в ладонях… Я же выжидала. Сложила руки на груди и старалась не ляпнуть: «ну и где цветы?».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Странно вчера все вышло, — Жан вздохнул и замолчал.

Он держал в руках небольшой холщовый мешочек и сейчас смотрел в основном на него.

— Это тебе, — друид сунул его в руку.

Подарок?

Я неловко хмыкнула. Судя по весу в мешочке лежало что-то наподобие перьев. Но вот запах выдавал, как минимум мяту. Мой нюх не мог распознать еще одного ингредиента, примешанного к травке.