Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

мне говорили, что почтовой каретой на дорогу сюда уходит тринадцать дней, — добавил он.

— Зачем же ты уехал?

— Чтобы стать свободным. Я сбежал. Шахтеры в Шотландии — рабы своих хозяев.

— То есть как черные на Ямайках?

— Кажется, ты больше знаешь о Ямайке, чем о Шотландии.

Ей не понравилась критическая интонация в его словах.

— А с чего мне знать о ней больше?

— Хотя бы потому, что Шотландия ближе, вот и все.

— Уж это даже я знала.

Девочка наивно врала, как сразу понял Мак. Она оставалась все еще ребенком, несмотря на напускную браваду. Что-то шевельнулось у него в душе.

— Ты в порядке, Пег? — донесся запыхавшийся женский голос.

Мак поднял взгляд и увидел перед собой молодую женщину в платье апельсинового оттенка.

— А, привет, Кора, — отозвалась Пег. — Меня спас красавец принц. Познакомься с Джоком. Хотя на самом деле он просто шотландец по фамилии Макнок или что-то в этом роде.

Кора улыбнулась Маку и сказала:

— Спасибо, что выручили Пег. Надеюсь, эти синяки вы получили не в драке из-за нее?

Мак помотал головой:

— Нет. Это со мной сделала другая скотина.

— Позвольте мне угостить вас джином.

Мак хотел отказаться, всегда предпочитая пиво, но вмешался Дермот:

— Очень мило с вашей стороны. Благодарю.

Мак наблюдал за женщиной, когда она направилась к стойке бара. Ей было на вид лет двадцать. Почти ангельское лицо и густая копна огненно-рыжих волос. Ему показалась крайне неприятной сама мысль, что столь молодая и красивая особа, как она, вынуждена заниматься проституцией.

— Значит, это она так растрепала того мерзавца, который погнался за тобой?

— Она хитрая. Ей обычно даже не приходится отдаваться мужчинам, — объяснила со знанием дела Пег. — Она просто бросает их где-нибудь в темном переулке со спущенными штанами и стоячим членом.

— А ты успеваешь скрыться с кошельком, — подытожил Дермот.

— Кто, я? Не надо грязи. Я — фрейлина при дворе королевы Шарлотты.

Кора уселась рядом с Маком. От нее густо пахло терпкими духами с преобладанием запахов сандала и корицы.

— Чем ты занимаешься в Лондоне, Джок?

Он не сводил с нее глаз. Девушка оказалась действительно на редкость хороша собой.

— Ищу работу.

— Нашел что-нибудь?

— Пока не очень получается.

Она покачала головой.

— Зима в этом году выдалась отвратительная. Холодно, как в могиле, а цены на хлеб подскочили до небес. Слишком много здесь развелось таких, как ты.

— Вот почему моему папаше пришлось два года назад стать вором, — вставила реплику Пегги. — Только у него для этого ловкости не хватило.

Мак с неохотой отвел взгляд от Коры и посмотрел на Пег.

— Что же с ним случилось?

— Сплясал танец с галстуком шерифа на шее.

— То есть как?

— Она хочет сказать, что его повесили, — объяснил Дермот.

— О, прости за глупый вопрос. Мне очень жаль, — сказал Мак.

— Не смей меня жалеть, шотландская деревенщина. Меня от тебя тошнит, — окрысилась на него Пег.

Девочка оказалась крепким орешком.

— Хорошо, хорошо, я больше не стану жалеть тебя, — умиротворяюще промямлил Мак.

Снова заговорила Кора:

— Если вам нужна работа, я знаю кое-кого, кому требуются крепкие парни на разгрузку угля с кораблей. Там так тяжко, что только молодые мужчины справляются, и нанимать предпочитают приезжих, чтобы поменьше жаловались.

— Я возьмусь за что угодно, — сказал Мак, сразу же вспомнив об Эстер.

— Бригадами угольных грузчиков командуют владельцы таверн в Уоппинге. Я знакома с одним из них. С Сидни Ленноксом из заведения под названием «Солнце».

— Он хороший человек?

Кора и Пег дружно рассмеялись.

А Кора выдала:

— Он лживый, вороватый, уродливый, вонючий, как свинья, и вечно пьяный. Но они все такие, так что тут ничего не поделаешь.

— Вы отведете нас в это его «Солнце»?

— Отведу. Но учтите. Вы сами напросились, — ответила Кора.

* * *

Теплый туман от потных тел и угольной пыли заполнял душный трюм в деревянном корпусе судна. Мак стоял на вершине горы угля, орудовал широкой лопатой, кидая с ее помощью груды крупных черных кусков антрацита и работая в размеренном ритме. Труд оказался действительно адски тяжелым, и он обильно потел, но при этом чувствовал себя отменно. Он был молод и силен, зарабатывал приличные деньги, но не стал при этом ничьим рабом.

Его бригада — в просторечии именуемая бандой — состояла из шестнадцати человек, тоже склонившихся над своими лопатами, постанывая от усталости, потея, но порой отпуская шутки. Большинство его новых товарищей были мускулистыми молодыми бывшими фермерами из Ирландии — для подобной работы не годились изнеженные уроженцы крупных городов. Дермоту едва исполнилось тридцать, а он оказался самым старым в банде.

Маку начало казаться, что вся его жизнь неизбежно оказывалась связанной с углем. Но ведь и целый мир держался исключительно на угле. Не прерывая взмахов лопатой, он размышлял, куда направят, например, вот этот уголь, думал обо всех лондонских гостиных, которые он обогреет, о тысячах кухонных очагов, о печах в булочных и на пивоварнях, где ждут топлива. Этот город испытывал такой громадный аппетит к углю, что его невозможно было раз и навсегда удовлетворить.

Субботний