Игры Богов - Ирина Гартман

Принцесса быстро оправилась от испуга и шутливо заверяла обеспокоенного брата, что с ней все в порядке. Тот насторожено косился на лошадь, не доверяя показавшему норов животному, но уже не был так мрачен, как раньше. Зато Виллиам резко порястерял былую веселость и разговорчивость. Король Аддиды раздраженно кусал губы и хмурился, почти не участвуя в общем разговоре. Айт мысленно задал себе вопрос: был ли он полностью в курсе планов своей фаворитки или та действовала по собственному умыслу? Ответ последовал незамедлительно.

Виллиам спешился и, перебросив поводья слуге, обжег вышедшую навстречу Фиону яростным взглядом. Та недоуменно подняла бровь, а затем, нахмурившись, посмотрела на «принца», усиленно делавшего вид, что его не интересует ровным счетом ничего, кроме подпруги своего коня. Учитывая, что их поездка была закончена, это был в высшей степени странный интерес. Ничего не сказав, женщина последовала за своим королем.

Ужин прошел спокойно. Айт непринужденно болтал о пустяках с медленно зеленеющим в его присутствии лордом Эшли, стойчески игнорируя внимательный взгляд его сестры. Несколько раз к нему обращался Бриан, прося прояснить тот или иной вопрос, связанный с торговлей, и, как и было условлено, в довольно резкой форме уличил «принца» в невежестве. Это вызвало негромкие смешки гостей и удивленные взгляды Фалька и Катарины, не замечавшие ранее за монархом склонности к грубостям. Айт извинился, сохраняя невозмутимое выражение лица, и только дрогнувшие пальцы выдали глубоко запрятанные чувства.

Подняв глаза, он наткнулся на прямой и чуть насмешливый взгляд Фионы. Уголки ее губ приподнялись, скорее обозначая, чем показывая улыбку. "И ради чего ты это терпишь?" — как будто говорила она, и Айт резко разорвал зрительный контакт, уткнувшись в свою тарелку. Все было очень хорошо.

После ужина он отправился к себе в комнаты и, растянувшись на постели, принялся ждать. Курт куда-то испарился, и никто не мешал еще раз прокрутить в голове всю многоходовую комбинацию, каждый этап которой был по-своему важен. Сегодняшний демарш был явной провокацией, призванной наглядно продемонстрировать, что ему нельзя выкручивать руки и запугивать. Шантаж провалился с треском, Айт показал противнику, что тоже умеет играть грязно и не гнушается любых средств. Теперь в ход должен был пойти подкуп.

Фиона не обманула его ожиданий: ровно в двенадцать в дверь постучали. На пороге Айт обнаружил девушку из свиты фаворитки. Та быстро сунула ему в руку клочок бумаги и, не оглядываясь, зашагала прочь, посчитав свою миссию выполненной. Айт развернул послание.

"Жду", — гласило оно. Рыжий уважительно усмехнулся — характер фаворитки импонировал ему все больше. Притворив дверь, он направился на встречу.

— Кажется, вы не выполнили наш уговор? — вместо приветствия поинтересовалась женщина. Она выглядела очень недовольной и заметно нервничала, очевидно, получив неслабую взбучку.

"Значит, все-таки он был в курсе", — догадался Айт. — "Что ж, теперь счет равный, миледи".

— Неужели? — скрестив руки на груди, отозвался он. — Кажется, король Виллиам сегодня получил прекрасную возможность проявить себя с лучшей стороны. Он вел себя как герой, спася возлюбленную в лучших традициях любовных сказаний.

— Прекратите паясничать, — одернула его Фиона. Она машинально теребила веер, едва не ломая изящную вещицу. — Что вы устроили там, на прогулке?!

— Маленький тамалский фокус, — широко улыбнулся Айт. — Каждый уважающий себя объезчик знает их парочку, а я всегда любил лошадей. Хотите, расскажу?

— Оставьте себе, — огрызнулась женщина. — Итак, вы не намерены помочь мне?

— Кто вам сказал такую глупость? — покачал головой Айтеши. Фиона удивленно посмотрела на него. — Просто хотел показать, что не надо на меня давить и тем более — трогать моих близких. Гораздо проще договориться со мной.

— Вот как, — усмехнулась женщина. — Вчера вы строили недотрогу.

— У меня было время подумать, — кивнул Айт и, не спрашивая разрешения, уселся на узкий диванчик. Фиона поджала губы, но ничего не сказала. — Я не хочу быть подстилкой. Я не желаю прозябать, довольствуясь подачками со стола короля. Деньги, которыми меня снабдил отец, подходят к концу, а потребности не спешат уменьшаться. Кроме того, у меня есть Грег, которого я не хочу терять. Видите, я говорю с вами начистоту.

— Вы хотите денег? — деловито поинтересовалась фаворитка.

— Для начала, — кивнул Айт. — Потом же, когда вы добьетесь своего, я хочу перебраться в Аддиду. С Грегом, разумеется.

Фиона задумчиво забарабанила пальцами по полированному столу, осмысляя услышанное.

— Это вполне возможно, — наконец сказала она. — Вы получите щедрое вознаграждение, когда Катарина согласится принять предложение нашего короля, а впоследствии определенная сумма будет регулярно пополнять ваш карман. Поверьте, вы не останетесь внакладе. Чему вы улыбаетесь?

— Гарантии, миледи, — напомнил Айт с усмешкой. — Мне нужны гарантии, что вы не надуете меня, когда все будет сделано. Деньги вперед, иначе я не пошевелю и пальцем.

— У вас деловая хватка, — с явным облегчением в голосе ответила Фиона. Напряжение заметно отпустило ее, ведь теперь она играла на хорошо знакомом поле. Продажность и алчность были более понятными ей проявлениями человеческой натуры, нежели верность идеалам. — Хорошо, с вами расплатятся по прибытии в замок. Но если вы решите меня обмануть…

Айт в притворном испуге выставил руки ладонями вперед.

— О, вы немедленно продемонстрируете королю мое грязное белье, я помню. Не волнуйтесь за меня, миледи, пока вы соблюдаете свою часть договора, я соблюдаю свою. Что ж, с вашего разрешения, я откланяюсь, меня давно уже ждет Его Величество.

— Не смею нарушать ваши планы, — ответила женщина, и на ее губах заиграла улыбка, больше подходящая сытой тигрице.

Бриан, к его удивлению и разочарованию, уже крепко спал, по всей видимости, изрядно переволновавшись в течении дня и выдержав не один спор с сестрой по поводу взбунтовавшейся лошади. За ужином эта тема была подняла вновь, и жаркая дискуссия закончилась полной и безоговорочной капитуляцией короля. Айт осторожно, стараясь не разбудить, присел рядом, сожалея, что нельзя погладить гладкие черные пряди, разметанные по подушке.

— Как тиран и самодур, — негромко произнес король, не открывая глаз, — я требую отчета о каждой минуте твоего времени, проведенного после ужина. Но это завтра. А сейчас… может уже разденешься?

— Изверг, — с трудом пряча довольную улыбку, проворчал Айт, быстро выполняя требуемое. — За ужином ты обошелся со мной совершенно по-свински!