Игры Богов - Ирина Гартман

Ирина Гартман

Игры Богов

Предупреждение: данное произведение относится к категории слеш, что подразумевает гомосексуальные отношения между персонажами. Рейтинг: R.

Скука убивала. Нет, не в буквальном смысле — убить бессмертного бога было не так просто, но Айтеши уже склонялся к мысли, что хотел бы поискать способ. "Могли бы ведь и усыпить", — в миллионный раз подумалось ему, и, усмехнувшись, он сам себе ответил: "Нет, это было бы слишком милосердно. А боги не знают милосердия".

Прозрачный голубоватый кристалл, в который было заключено его тело, не позволял набирать силу. Неподвижность, беспомощность сводили с ума, заставляя мысли бродить по давно уже истертому кругу. Не было возможности даже закрыть глаза или повернуть голову в другую сторону. Одно и тоже зрелище из часа в час, из года в год. Со своего места Айтеши мог видеть только темный проход, теряющийся за поворотом. Сперва он изучил каждую тень, ложащуюся от призрачного света кристалла, каждую трещинку в камне стен, каждую песчинку на полу. Потом злился, молча, страшно, напрасно призывая давно оставившую его силу. Теперь же он просто смотрел перед собой, не отрывая взгляда от темного пятна прохода…

— Смотри и жди спасителя, — рассмеялся тогда Эйштар, накладывая последние заклинания. — Только вряд ли кто-нибудь решит спасти бога лжи. Так что, готовься к одинокой вечности, братец.

Айтеши мысленно зарычал, пытаясь усмирить собственное бешенство — вот еще, подпитывать бога войны! Воспоминание всколыхнуло застарелую тоску и обиду, разъедающие подобно отраве, но сил, чтобы сделать хоть что-то не было. Еще бы, его выпили досуха, лишили перед заточением всей былой мощи, а особый материал кристалла не давал ему ощущать ручейки энергии, текущие от людей. Сегодня он почти забыл, какого это — быть богом.

Черный проход оставался пуст уже многие десятилетия. Сперва Айтеши вглядывался в него с надеждой, но потом она медленно угасла, не выдержав испытания временем. Иногда ему казалось, что он сходит с ума от бездействия и неподвижности, так не свойственных ранее непоседливому и деятельному богу. Он был подобен огню: жалящий, опасный, стремительный. Волосы цвета темной меди окутывали его плечи, зеленые глаза смотрели насмешливо и дерзко, будто предвкушая каверзу. Он подталкивал людей на обман, дурил головы, плел интриги, свергал правителей и выигрывал войны — просто ради удовольствия от игры. Он и не заметил, как все больше хмурились Верховные боги, недовольные его проделками и растущей силой. Айтеши куда больше интересовали люди, которых он тасовал как карты в колоде, разыгрывая собственные комбинации. Он так увлекся, что приказ явиться пред светлые очи Эйтерри — Матери мира — застал его врасплох. Однако ослушаться Айтеши не осмелился.

— Ты зашел слишком далеко, — сказала ему Мать перед всеми собравшимися богами. Айтеши огляделся по сторонам, загоняя поглубже дурное предчувствие, и отвесил Эйтерри церемонный поклон.

— Я не понимаю о чем говорит Великая, — ответил он. — Смертные предназначены для наших игр, не так ли?

— Но из-за тебя варвары разрушили пять моих храмов! — возмутилась Эйлаи, взмахнув тонкой, изящной рукой, пальцы которой были унизаны кольцами. — Они лишили невинности всех жриц!

— Как могут девственницы служить богине любви? — усмехнулся Айтеши, вспоминая удавшуюся шалость. Как жарко стонали жрици под мощными телами степняков… Кажется, несколько из них даже решили покинуть храмы вслед за кочевниками, наверное, именно поэтому так бесится прекрасная Эйлаи. Стало смешно.

— Ты заслуживаешь наказания! — совершенно не величественно завизжала обиженная богиня, и ее поддержал нестройных хор голосов.

— Я два года готовил эту войну, а он заставил правителей поженить детей!

— Торговая компания, по его милости, обманула своих вкладчиков!

— Король вопреки всем законам передал трон своему любовнику!

— Он надоумил человека похитить душу своей возлюбленной из Подземного мира!

— Хватит! — звучный голос Матери перекрыл шум, и остальные боги почтительно замолчали. — Айтеши, выслушав все обвинения в твой адрес, я приняла решение. Ты будешь заточен в кристалле на пять тысяч лет и лишен силы. Твое влияние на мир людей стало слишком существенным, чтобы мы могли оставить все как есть. Прости, но это необходимо.

— Пять тысяч лет?! — изумился Айтеши, а затем его затрясло от ярости, — Вы просто боитесь, что я стану сильнее вас! Люди с удовольствием лгут, обманывают и предают, подпитывая меня, а не вас, не так ли? Они делают это сами! Где же твоя хваленая справедливость, Мать?

— Бог лжи требует справедливости? — расхохотался Эйштар, чью военную компанию Айтеши разрушил так изящно, подкинув двум правителям идею о браке наследного принца и красавицы принцессы. — Что, даже твои штучки срабатывают не всегда?

— Мои как раз безупречны, — огрызнулся тот, чувствуя как прокатывается по телу жаркая волна. Он сопротивлялся изо всех сил, но не мог ничего противопоставить превосходящей мощи. Его выпили, иссушили до капли, а затем, беспомощного и едва не теряющего сознание от слабости, приволокли в эту пещеру.

— Смотри в этот проход и жди своего спасителя, — с издевкой сказал Эйштар, накладывая связующие чары. — Только вряд ли кто-нибудь решит освободить бога лжи…

Айтеши усилием воли прогнал воспоминания. Что ж, случались у него и более славные времена, когда он был могуч и силен. Люди лгали, люди предавали, напитывая его своей энергией. Интересные игрушки, такие хрупкие, но выносливые. Они быстро учились, перенимая все полученные у богов знания. Иногда они даже пытались бунтовать, диктуя свою волю — и это нравилось Айтеши больше всего. Он любил играть с сильным противником. Он всегда много времени проводил в нижнем мире, интересуясь их нравами, обычаями, мыслями. Боги были куда менее любопытные создания.

— Скучаешь? — внезапно услышал он, но даже не обратил внимание на появившегося перед кристаллом мужчину. Его часто посещали подобные видения, вызванные уставшим разумом. Обычно через несколько минут они развеивались, как дым. Сегодняшнее, однако, продемонстрировало упрямый характер.

— О, Айт, только не говори мне, что не узнаешь своего дорогого брата? — рассмеялось оно противным каркающим смехом, и Айтеши внезапно понял, что это не сон. Всю его апатию как рукой сняло. Он, мгновенно подобравшись, молча наблюдал за действиями Эйштара. Тот, подмигнув пленнику, начал деловито снимать охранные заклинания. Айтеши не верил своим глазам.

— Ну вот! — провозгласил бог войны, и кристалл неожиданно раскрылся, выпуская наружу свою жертву. Айтеши тяжело повалился вперед, едва успев подставить руки, и застонал от боли в ушибленных коленях. Эйштар снова засмеялся.