Я не дам тебе упасть - Балнохи

начитался газеток и теперь во всех подозрительных людях видит шпионов. Кол засмеялся и резко подошёл к нему вплотную.

– Ты и вправду побежишь в министерство?

– Да! – он ещё и грудь выставил вперёд, вы поглядите на него! Индюк не общипанный!

– Тогда я убью тебя, – совершенно спокойно сказал Кол. И тут глупец побежал, но было поздно. Кол настиг его у противоположно стороны дома. От слов Кола у Калли выступили слёзы, она не хотела зла, она не хотела снова бежать в другую страну. Они скрылись в сумраке, и она побежала за ними, она хотела помешать Колу.

Каллиста завернула за угол, на земле лежал Риккардо, а на нём сидел Кол и бил его кулаками в лицо.

– Кол! Прошу тебя! Не надо! – она потянула его за рукав, но он отшвырнул её. Калли не унималась, и он встал с места, пнув глупца прямо в лицо, и подошёл к ней.

– Зачем ты лезешь? – прорычал Кол и схватил её за грудки.

– Не убивай его, – плакала Калли.

– Нет, – прошептал он и ударил её по лицу. Он бросил её на землю и снова принялся за мальца, рыча проклятья. – Принеси лопату! – крикнул он Калли, а маленькая девочка лежала на земле и плакала от боли. Этот удар заставил её вспомнить. Теперь рядом с ней не Кол Майколсон, а генерал Гейн Хален из концлагеря. Как-то он тоже так жестоко избил её, но перед этим был ласков и добр. После его кулаков, она и потеряла веру в доброту людей.

Кол крикнул ей ещё раз, но она его не слышала. Он поднялся, схватил её за шею и потащил в дом. Она рыдала и царапала его руку, но он будто не чувствовал боли. Он отпустил её в гостиной и пошёл за лопатой. Она лежала на полу и не шевелилась, несколькими минутами ранее они любили друг друга, а сейчас…

Он взял лопату и, насвистывая какую-то мелодию, пришёл на то место, где оставил садовника, но его там не оказалось. Кол выругался и пошёл искать беженца, благо уйти он должен был недалеко. У дорожки к воротам, Кол его нашёл.

– Так, так, так… вот я тебя и нашёл, – прошептал Кол зловещим голосом. Он пнул мальца и тот перелёг на спину и тут последовал роковой удар. Кол занёс лопату над его горлом и что есть силы, ударил. Железо пронзило кожу и аорту, алая кровь брызнула на Кола. Риккардо умер быстро.

Кол закопал его на заднем дворе и со спокойной душой вернулся в дом, только сейчас он стал чувствовать боль. Его кисти были избиты в кровь, так что он даже не мог пошевелить пальцами.

– Калли! – крикнул он, заходя в гостиную, а она уже вжалась в угол между диваном и креслом. Но в больший ужас она пришла, когда увидела его. Всё его лицо и рубашка были в крови. От испуга она вскрикнула, но тут, же закрыла рот руками и слёзы полились из глаз. И в этом образе она увидела не Кола, а одного из заключённых концлагеря. В один из дней её пребывания, один из заключённых сошёл с ума от голода и набросился на другого. Это был первый случай каннибализма, и рот, и грудь первого были в крови.

– Не подходи ко мне, – прошептала Каллиста, но разве он послушает… Кол стал подходить к ней, а она стала кричать и забиваться в угол.

– Мне нужна твоя помощь. Посмотри на меня! – крикнул Кол, запястьями развёл её руки в стороны. Она медленно подняла голову и заглянула в его глаза – они остались всё теми же. – Я не могу пошевелить пальцами. Помоги мне вымыться и обработать руки.

– Хо… хорошо, – прошептала Калли и, трясясь, как осиновый лист пошла в ванну.

Она быстро наполнила ванну, он стоял позади и молча, наблюдал за ней.

– И раздеть? – не оборачиваясь, спросила она.

– Да, – ответил он. Калли робко подошла, не поднимая на него своего взгляда, расстегнула окровавленную рубашку, сняла её, сняла брюки, боксеры и носки. Он, молча, залез в ванну и стал изучать её лицо.

– Наклони голову, – и она умыла его лицо, подбородок и шею. Вода медленно становилась красной и Калли не смогла сдержать слёз.

– Почему ты плачешь? – спокойно спросил Кол, пока она намыливала губку.

– Потому что мне больно, – прошептала она и села на колени перед ванной.

– Ты сама виновата, – прошептал он.

– Разумеется, – шоркая спину, ответила Калли.

– Ты не должна обижаться.

– Ты не должен был его убивать, – отозвалась она, в то время как бережно смывала кровь с пораненных рук.

– Он сам виноват.

– Все вокруг виноваты, только не ты, – усмехнулась Калли, он наклонился и хотел поцеловать её, но она оттолкнула его. – Нет. Сейчас я могу сказать тебе – нет.

– Сейчас? Как будто я к тебе никогда не прислушиваюсь, – Кол начинал злиться.

– Когда тебе, что-то сильно нужно, ты всегда это берёшь, – она встала за одеждой и полотенцем, оставив Кола одного со своими мыслями. Через несколько минут она пришла, но для Кола прошло гораздо больше времени…

– Ты обязана мне всем. Своей жизнью, если бы не я ты бы сгнила в стенах той лечебницы. Своим благополучием, конечно за исключением нескольких эпизодов, как этот, например. Своею образованностью, если бы не я ты даже читать не умела бы. Без меня, ты пропадёшь. Ты обязана мне всем, а я прошу взамен просто любить меня… А тут оказывается, я принуждаю тебя спать со мной и целовать меня. И ты меня не любишь, лицемерная тварь, – он сидел в ванне и смотрел в одну точку. Калли молча, проглотила его слова и стряхнула слезу.

– Вставай, – он вышел из ванны и встал напротив неё. Она быстро вытерла его и одела. – Пойдём, я обработаю твои руки.

Он, молча, прошёл за ней. Каллиста привела его в спальню, на кровати уже лежала аптечка. Кол сел на кровать, а Калли почему-то опустилась на пол и встала на колени около него.

– Тебе нечего мне сказать? – она бережно обрабатывала его кисти и дула на раны, когда заливала их перекисью.

– Почему так происходит, Кол? Час назад, я была счастливее всех живых, а сейчас я раздавлена. Почему так? – она перешла ко второй руке. – Ты меня не правильно понял, ты никогда не принуждал меня спать с тобой. Только тогда в первый раз и всё, – она расстелила постель. – Ложись, – он послушно лег, она его накрыла одеялом. – Почему всё не может быть радужно, как в книгах? Почему мы испытываем