Я не дам тебе упасть - Балнохи

просто так, из-за прихоти фрицев, из-за жажды заключённых. Она провела по лицу, щека сильно болела от вчерашнего удара. Из-за чего она его получила? Из-за того что хотела спасти невиновного, из-за того что любила и верила. Она стояла под напором воды и размышляла, что будет после того, как она выйдет из ванной комнаты. Он будет стоять на коленях или опять скажет, что она сама во всём виновата? Она размышляла над тем, как ей реагировать на него. Быть холодной или же попытаться простить и отпустить?

Она проплакала так ещё минут пять и решила выйти, пусть что будет, то будет. Она обвернулась в одно полотенце и замотала волосы в другое. Пора выходить.

Он думал над речью, как дверь отворилась и Каллиста оказалась в миллиметре от него.

– Выслушай меня, пожалуйста, – смиренно произнёс Кол, но Калли уже знала, что это сторона монеты может быстро смениться второй.

– Я хочу одеться.

– Конечно. Я подожду в гостиной?

– Хорошо, – они разошлись по разным комнатам. Она вошла в спальню и не узнала её – кровать была перевёрнута, тумбочки опрокинуты, шторы оборваны, трюмо опрокинуто, вещи на полу. Каллиста надела первую попавшуюся вещь – халат. В таком бардаке мало, что можно было найти. Она спокойно выдохнула и пошла в гостиную, где всё тоже было разбросано. Когда она входила, Кол поднимал последний стеллаж. – Что тут произошло? – удивлённо спросила она.

– Я думал, что ты ушла… – садясь в кресло, проговорил Кол.

– И поэтому тут всё разворотил. Что ж, пока будем убираться, будем разговаривать.

– Хорошо, – ответил Кол, но ему эта идея не понравилась. Он хотел видеть её глаза, хотел чувствовать её. А так? Ничего не понятно, но уже радует то, что она не ушла. – Прости меня за всё…

– За что простить? – подбирая книги, нарочито спросила она.

– За то, что ударил тебя. За то, что был груб с тобой. За те мои поганые слова. За то, что я убил его.

– Твои извинения ничего не стоят. Риккардо не вернёшь. Мой синяк пройдёт, но когда-нибудь в скором времени или через лета ты ударишь меня вновь. Ты снова наговоришь мне гадостей. Ты снова будешь швырять меня, как игрушку, – со слезами на глазах чуть ли не шипела Каллиста.

– Тогда почему ты до сих пор здесь? – спокойно спросил Кол, встав перед ней и подняв её лицо, так чтобы видеть её глаза. «Раз я такой плохой, почему ты не ушла?», – спрашивал про себя Кол.

– Потому что я люблю тебя, – ни скрывая ничего, ответила она.

– Я тоже люблю тебя, Каллиста, – он хотел обнять её, но она отстранилась, – Я всё понял, я больше так не буду. Обещаю, верь мне! Ты не знаешь, какую боль я испытал, когда не нашёл тебя дома и увидел отварённый ворота. Я так боюсь тебя потерять, мой лучик света. Каллиста, я больше не причиню тебе боли. Прости меня, – как провинившийся ребёнок шептал Кол, на что Каллиста засмеялась, а он потерянно стал смотреть на неё.

– Хочешь услышать о моей боли? Который раз я слышу от тебя красивые слова, после которых ты "убиваешь меня", – отошла от него Калли и со злобными глазами полными слёз говорила. – В самый первый день ты сказал, что никогда не обидишь меня, но потом ты истязал мои руки и поцеловал меня, а потом бросил на сутки одну в страшной серой комнате! И ты это сделал не, потому что я пыталась тебя убить. Потом ты извинился передо мной и отвёз в больницу к этому скотине! Не успел ты покинуть стены больницы, как он начал меня мучить! Ты забрал меня, спас, сказал много слов! Да, ты долго держался в роли хорошего доктора, "отца", но ничто не долговечно. У тебя сорвало крышу, и ты изнасиловал меня! А потом, снова запер в той чёртовой комнате! Ты увёз меня оттуда и вот последний случай, ты убил человека, ударил меня, наговорил гадостей! И всё это в мой день рождения! И опять ты просишь прощения?! Говоришь, что больше такого не случиться?! – она началась биться в истерике.

– Каллиста, – он хотел успокоить её, но она отбила его руку.

– Не прикасайся ко мне, – прорычала она. Её потряхивало из стороны в сторону от рыданий. – А знаешь, что забавнее всего? Я ведь действительно тебя люблю, поэтому всё прощала, поэтому всё принимала, поэтому не сбежала. Мои чувства всегда были искренними. Я люблю тебя и боюсь! Я боялась и боюсь! Ты самое дорогое, что у меня есть, но и самое губительное для меня. Я люблю тебя! Я безумно тебя люблю! Но и ненавижу тоже! Что ты из меня сделал?! Мой спаситель и мой убийца, – тихо плакала она, опускаясь на пол.

– Тише, тише, – шептал Кол садясь рядом с ней на пол.

– Я ненавижу тебя! Я ненавижу тебя! – в рыданиях кричала Калли, ложась в позу эмбриона, Кол тихо лёг рядом и обнял её. Она начала толкаться и пинаться, а он лишь крепче её обнял.

Часть 17

"Обида – удел слабых…"…

Эти слова принадлежат мудрому человеку. И я согласен с ним, как ни странно…

Обида сама по себе представляет собой слабость. Ведь с ней ты зацикливаешься на проблеме, на боли, на негативе, на человеке. Ты мучаешься и не можешь отпустить. Кислота, внутри тебя, медленно прожигает изнутри. В лучшем случае обида пройдёт, не оставив и следа. А в худшем? Она перерастёт в нечто большее, что как паразит будет убивать тебя. Ненависть, злоба, не способность двигаться дальше и ты теперь, как парализованный шагаешь по жизни. Обида и её последователи тянут тебя вниз, поэтому ты слабый. Потому что не отпустил обиду, потому что вцепился в злобу, будто это смысл твоей жизни. А ведь на самом деле, это невероятная тяжесть и только сильный человек способен отпустить обиды и с лёгкостью идти вперёд…

Я всё всем простил – всю боль и все обиды. Знаешь, мне и вправду стало легче, но не так чтобы очень… Понимаешь, на мне и без "обид" лежит слишком тяжкий груз…

Отпусти обиду и её последователей, и тебе станет легче. Просто поверь мне и прости их. Отпусти боль и тебя будет ждать покой…

Твоя душа избавиться от оков…

На полу, в глубине всего бардака лежали наши герои. Каллиста прижавшись щекой к прохладному паркету, всё ещё плакала. Кол аккуратно обнимал её сзади. Она всё плакала и плакала, а он лишь смотрел