Я не дам тебе упасть - Балнохи

– Теперь я больше никогда не буду с тобой холодным, – прошептал он. Она подняла голову и потянулась к его губам. Он улыбнулся и слился с ней в нежном поцелуе. – Я ведь тоже влюбился в тебя, как мальчишка моя дорогая Калли. Не обращайся больше ко мне на "вы", – закончив поцелуй, сказал Кол.

– Хорошо, Кол, – улыбнулась она, и он снова поцеловал её, а руки вернулись в заветное местечко. – Стоп.

– Что-то не так? – лениво спросил Кол затуманенный похотью.

– Мы будем заниматься любовью здесь? На кухне?

– Да, – Кол скинул со стола все тарелки на пол.

– Ты разбил их, – с грустью произнесла Калли.

– На счастье, – улыбнулся он и уже страстно впился в её губы. Он не стал снимать с неё платье и сам раздеваться. Он так дико желал стать единым целым с ней, что просто расстегнул брюки и задрал её платье. Мгновение и он внутри неё, победная улыбка на его лице и громкий стон на весь дом от Калли. Он вошёл в неё сзади и поэтому не видел её лица искажённого похотью. – Держись, детка, – прошептал Кол и положил её на стол, крепко схватив за бёдра. Теперь он не нежен, теперь он жесток. Какая чарующая животная похоть…

Бешеный ритм Кола ничуть не ранил Калли, она ничуть не меньше желала своего спасителя. Этот жестокий, животный секс, то, что оказалось им обоим необходимо… Какая ирония…

Сладкие стоны срывались с её губ, теперь она не стеснялась своих чувств, своего тела. Теперь она настоящая. А Кол с довольной улыбкой вонзался в неё и смотрел, как она кусает губы в кровь.

Подходя к пику, он поднял её к себе, тело к телу. Его рука прошлась по ее горлу, захватила подбородок и запрокинула ее голову.

– Моя, – зарычал он, вдалбливая себя еще глубже, а она уже обмякла. Калли была в его объятьях с прикрытыми глазами, растрёпанная и с улыбкой на губах.

Несколько минут, и он тоже достиг пика. Кол поцеловал её в висок и взял на руки. Он принёс её в спальню, положил её на холодные простыни, снял чёрное, неприметное платье, разделся сам и лёг рядом. Кол бережно обнял своё сокровище и укрыл одеялом.

– Никогда не оставляйте меня, – прошептала Калли сквозь сон. Он прижал её к себе ещё крепче и поцеловал в висок.

– Никогда.

– Я так ревновала вас к этой Мелинде, – закрыв лицо одеялом, прошептала она.

– Я ревновал тебя к каждому столбу, – усмехнувшись, прошептал Кол.

– Всё будет хорошо? – по-детски спросила Калли.

– Обещаю, – он поцеловал ее, и они уснули.

Часть 15

Что ты знаешь о боли?

Ты думаешь истинная боль – физическая?

Истинная боль та, которую нельзя ни чем заглушить. Истинная боль – моральная, душевная, сердечная, называй, как хочешь смысл всё равно один и тот же. Лекарством на эту боль, всегда была и будет её причина. Забавно, не правда ли? То, что нас убивает, нас и воскрешает. Ведь умираем душевно мы от потери чего-то светлого, чего-то любимого, чего-то родного. И мы воскрешаемся только после того, как потерянное возвращается к нам вновь.

Хм… Как несправедливо, не правда ли?

Чтобы унять зубную боль нужно всего лишь принять таблетку или сходить к врачу, а чтобы унять боль разорванного сердца ничего не поможет, пока оно само не зарастёт и только тогда боль исчезнет, только тогда можно полюбить вновь.

А если твоё сердце и душа не восстанавливаются? Что тогда? Ты ведь жить полноценно не можешь, любить не можешь, в тебе только боль живёт! Что это за жизнь? Это даже жизнью назвать нельзя…

Теперь ты понимаешь, что такое настоящая боль? Понимаешь, я вижу это по твоим печальным глазам. Дорогая, мы ведь оба не справились с этой болью. Мы не нашли выхода, зациклились на потере и слепо верили в то, что потерянное к нам не вернётся. Оно вернулось бы, оно возможно и вернулось, только мы не заметили, потому что мы всё плакали и плакали. Потому что мы слабые глупцы! Дорогая, нужно найти силы и идти к свету, у тебя ведь ещё есть шанс…

Видишь, насколько трагична истинная боль… Так зачем же зацикливаться на физической боли, если она не вредит морально?

Прошло несколько месяцев с последней нашей встречи с героями. На дворе был март. Идиллия царила между ними, теперь они любовники. Но, Кол не прекратил уроки и психологические разговоры. Теперь они счастливые, напряжение и холод исчезли в этой паре. Однако, ничто не вечно.

Утро. Какое всё-таки замечательное утро – солнышко светит, птички поют, ясное небо… Одним словом – весна. Всё вокруг ожило, весна открыла миру тайны природы, но и может тайны человечества. Кол и Каллиста пекли блинчики на кухне. Лучи утреннего солнца освещали и заполняли кухню мягким светом. Калли сидела на столе растрёпанная в рубашке Кола и ела блины. Он же стоял у плиты в брюках и пёк блины, насвистывая какую-то мелодию.

– Вкусно? – спросил Кол, подходя к ней и полив её блинчики соусом.

– Да, я такая голодная, – проговорила Кали, взмахнув вилкой в воздухе с набитым ртом.

– Тебе нужно хорошо питаться, – прошептал Кол и поцеловал Калли в лоб. Он сел за стол и принялся поедать блинчики в клиновом сиропе.

– И буду такой же, как мадам Блюмстрит, – Калли засмеялась и села напротив тарелки Кола.

– Ты меня отвлекаешь. Сядь на стул, – Калли послушно слезла со стола и села на стул. – Спасибо, – улыбнувшись, прошептал Кол, – ты никогда не будешь такой, как Агнес, – что-то омрачило радужное настроение Кола, и он уже ушёл далеко-далеко в себя, закрыв за собой дверь в своё мрачное подсознание. Однако Калли ещё плохо понимала психологию Кола. Она только могла разобрать его на пиках эмоционального состояния, поэтому она спокойно продолжила разговор.

– Я подумала, что хорошо было бы провести ужин в беседке, – мечтательно произнесла она.

– Готовка и место проведения полностью в твоих руках. – Какая готовка спросите вы? Какой ужин? Я отвечу – семейство Блюмстрит опять заявиться на ужин к нашей паре, по случаю дня рождения Каллисты.

– Я всё сделаю по высшему разряду, – мягко произнесла Калли.

– На ужине будь в том фиолетовом длинном платье, – Калли кивнула. Он встал из-за стола, поставил посуду в мойку и подошёл к ней вплотную.

– Что-то не так? – спросила Кали, доедая блины.

– Мне нужна рубашка, – с озорством произнёс он.

– Ты собираешься идти в ней на работу?– Калли была немного шокирована. Ведь, в этой