Между семьей - Вэнди Джинджелл

и когда они быстро скрылись из виду в декоративной каменной нише в живой изгороди напротив, я уже знала, что сейчас произойдёт.

Кевин остановился, зарычал, его шерсть встала дыбом. По дорожке рядом с нами трусцой пробежал маленький стройный волк, прижав нос к земле и навострив уши. Я увидела ухмылку фейри-мужчины; увидела блеск скрытой магии, которая скрывала их запах.

— Так не пойдёт, — пробормотала я. — Он всего лишь ребёнок!

Двое фейри обменялись взглядами, и женщина закатила глаза. С таким же успехом она могла бы повторить слова «Лишь ребёнок!» но в её эмоциях было больше презрения, чем жалости, и чем ближе подходил маленький волчонок, тем более презрительным становилось её выражение.

Два фейри набросились на волка как один, прежде чем я была к этому готова, а Кевин зарычал и прыгнул на ближайшего близнеца. На этот раз я не пыталась подавить свой инстинкт; я вжалась в живую изгородь, надеясь, что это сработает точно так же, как сработало, когда я добралась до логова буньипа.

Тогда-то я и обнаружила, что не могу пробраться сквозь живую изгородь, когда между ними нет мерцания Между, указывающего на проход. Ветки хлестали и кололи меня, заставляя пятиться, и Кевин, который был совсем рядом со мной, упал на землю, запутавшись в конечностях и хвосте, разбрызгивая кровь.

— Ладно, успокойся, — сказала я, положив руку ему на бок, чтобы удержать его на месте. — В любом случае, уже слишком поздно. Чувак мёртв.

Я увидела первый и последний удар, даже когда пыталась протиснуться сквозь живую изгородь; у бедного парнишки не было ни единого шанса. Один из близнецов снёс его голову одним ударом — они даже не остановились, чтобы проверить, мёртв ли он, а просто продолжали шагать по дорожке. Второй близнец отпихнул тело в сторону, и они ещё раз быстро обошли переулок, пока Кевин рычал и, шатаясь, поднимался на ноги, а женщина-фейри резко остановилась, резко повернув голову. Она уставилась на изгородь — смотрела почти прямо на нас, — её брови заострились от сосредоточенности, и это продолжалось слишком долго. Я поймала себя на том, что затаила дыхание. Она действительно могла нас видеть?

К моему облегчению, мгновение спустя она отвела взгляд и зашагала прочь, чтобы догнать своего брата. Они снова прошли взад и вперёд по дорожке, на этот раз медленнее, и я поняла то, чего не замечала раньше.

— Они кого-то ждут, — сказала я, и страх пробрал меня до костей. — Патрулируют то же самое место, где, как они знают, кто-то должен пройти. Кажется, Зеро?

Ответа, конечно, не последовало, да я его и не ожидала. Сейчас Кевин казался ещё более разбитым, чем раньше, несмотря на свои травмы и опасность, в которой он находился, но мне не хотелось пытаться поднять ему настроение, напоминая, что мёртвый парнишка, вероятно, попытался бы убить нас обоих, если бы пытался стать королём. В этом не было никакого смысла, и я не была уверена, что это правда.

В том, что его убили как животное, тоже не было бы никакого смысла.

Кевин пошатывался, его бока тяжело вздымались, когда мы вернулись к тому месту, где я обнаружила, что пробираюсь через изгородь. Я бы, возможно, и не догадалась, что начала оттуда, если бы он не остановился, не сел и слегка не заскулил.

Я тоже остановилась и только тогда заметила слегка потемневшие края листьев и слабое очертания Между на них.

— Мы можем пойти в ту сторону, — с сомнением в голосе сказала я Кевину. — Но не обещаю, что смогу на самом деле доставить нас обратно в дом.

Буньип справился с этим достаточно хорошо, но я была почти уверена, что это сработали инстинкт и голод, и даже если я чаще всего действовала инстинктивно, чем нет, снова смело возвращаться в эту темноту было не тем, чего я действительно хотела.

Кевин, должно быть, согласился, потому что он снова тихонько заскулил, почти взвизгнул, и снова побежал по тропинке. Мы прошли ещё несколько метров, пока я не нашла один из тех участков, которые выглядели так, будто можно было выбраться из живой изгороди, если очень постараться; место, где всё было немного в Между, но не затенено.

Я окликнула Кевина, который, казалось, был полон решимости бежать впереди, и на пробу просунула руку сквозь ветви. Это получилось легко — и, к моему облегчению, вернулось целым, что означало, что снаружи не было фейри-близнецов, которые просто ждали, чтобы отрезать конечности, — и когда я втащила её обратно, слабый след Между на мгновение задержался, серебристый в темноте живой изгороди.

— Вот наше место, — сказала я, кивнув головой в сторону веток.

Кевину не очень понравилось, когда я схватила его за шкирку, но, вероятно, ему бы это понравилось ещё меньше, если бы я оставила его здесь, поэтому я не позволила его обиженному рычанию слишком сильно меня потревожить.

На этот раз, вместо того чтобы получать удары и царапины, когда мы продирались сквозь живую изгородь, мы ощутили на своих лицах нежнейшее прикосновение листьев, которые уже не были совсем твёрдыми, но и не были совсем бестелесными. Однако нахождение по ту сторону изгороди принесло с собой опасное ощущение открытости и опасности, и Кевин, должно быть, почувствовал то же самое, потому что его морда опустилась, шерсть встала дыбом, и он подозрительно оглядел переулок, на котором мы оказались.

— Не парься, — сказала я, как мне казалось, бодрым голосом, но получилось слишком громко. — Я знаю дорогу отсюда.

Дело было не столько в том, что я знала дорогу, сколько в том, что я могла чувствовать её. У Кевина и других ликантропов было своё обоняние; у меня было своё ощущение Между и дома. Есть что-то очень успокаивающее в том, что у вас есть дом, который притягивает вас к себе, когда вы тоже пытаетесь его найти.

Кевин издал какой-то хлюпающий звук, который мог означать либо пренебрежение, либо чихание, но всё равно последовал за мной, и, возможно, он учуял наш вчерашний запах, потому что его уши и хвост слегка приподнялись, когда мы подошли.

Думаю, мы оба чувствовали себя так, словно бежали домой, и, чувствуя острую опасность позади, мы не сбавляли скорости, хотя цветы, растущие на краю следующего поворота, должны были предупредить нас о том, что на нашем пути нас поджидает что-то неприятное. Это должно было быть всего в паре поворотов от нашего заднего двора, поэтому мы обошли пролом в живой изгороди, который вёл в новую часть лабиринта, не проверив предварительно, что там находится.

Что