Между семьей - Вэнди Джинджелл

class="p">Штукатурка и краска посыпались, когда буньип наконец оторвал свои когти от стены. Я прикрыла глаза рукой, чтобы защититься от крошек и пыли, но довольно быстро убрала её при первом же перемещении обломков, что означало движение руки.

Буньип уже отводил назад руку в локте, от неё тянулись обломки потолка и стены. Не знаю, что у него там за сустав, но он использовал локоть как опору, чтобы замахнуться на меня своими когтями. Я перепрыгнула через этот замах, но один из когтей зацепился за тонкий каблук моего ботинка, и мой прыжок вперёд превратился в ещё одно падение, на этот раз лишь чуть более обдуманное, чем первое, прямо мимо волосатого локтя, который находился там, где должен был находиться обеденный стол.

Я вскочила на ноги, осыпая штукатурку и краску, и встретила новую атаку, скрестив клинки. Я позволила повалить меня на пол, не задев острием когтей, похожих на лезвия, и выскользнуть из-под моей защиты, чтобы развернуться на месте и нанести удар в мускулистую часть руки.

Буньип высоко и дико взвыл, как дикая кошка, и отбросил ликантропа, чтобы ударить меня другой рукой. К счастью для меня, он ударил тыльной стороной ладони, а не когтями, отчего я покатилась по полу на спине.

Блин. Будь добрее к заднице моих штанов.

Я перекатилась из последних сил и услышала голос Морганы из гостиной, слишком низкий и гортанный, чтобы принадлежать человеку.

— Пэт, — сказал он. — Ты жива?

— Я в порядке! — крикнула я, кашляя от пыли. — Но надеюсь, что рваные джинсы скоро снова войдут в моду, потому что я собираюсь стать модной впервые в жизни и не хочу упускать такую возможность!

— Мне нужно на кухню к Шантель! Ты можешь меня прикрыть?

— Дай мне секунду! Приготовься!

Я снова перепрыгнула через локоть буньипа, избегая острых клиньев, развернулась на месте, чтобы нанести ещё один удар прямо в плоть и мышцы, и выдернула меч как раз вовремя, чтобы уклониться от новой атаки, вызванной этим действием. Пригнувшись и вся в пыли, я поползла к выходу из гостиной и повернулась лицом к буньипу. Впервые с тех пор, как я вошла в комнату, у меня появилась возможность увидеть его морду, а не просто сосредоточиться на его неуклюжих руках, и явная, тупая злоба на его морде заставила меня похолодеть, чего не могли бы сделать острые лезвия его когтей.

Тупость — это хорошо. Злоба — нет. Злоба обычно означала, что кто-то продолжает колоть что-то, что выглядит мёртвым, хотя оно и было мёртвым. Мне не понравилось, что это означало для раненых ликантропов поблизости. Шантель была не в таком уж плохом положении, но Кайл — или это был Кевин? — его положению не позавидуешь. У нас было достаточно людей, чтобы вынести с поля боя только одного ликантропа, и Шантель, несомненно, была жива. Мне не нравилось ни от кого отказываться, но чем скорее мы сможем увести Шантель с линии огня, тем лучше; Мне оставалось только надеяться, что Кайл жив и что буньип не пришёл в такую ярость, чтобы ещё раз напасть на него.

Буньип снова замахнулся на меня; я встретила его натиск и перенаправила его, вонзив когти в то, что осталось от стены между столовой и гостиной.

— Вперёд, вперёд, вперёд! — закричала я.

Моргана проскочила мимо меня и влетела прямо на кухню, слишком быстрая для человека, а я вскарабкалась на кухонный островок как раз вовремя, чтобы отбить ещё один не совсем точный удар, который пролетел над головой и снёс верхние кухонные шкафы, расположенные у той же стены, что и окно.

Я потянулась и поставила ногу в ботинке на противоположную скамью, рубанув по запястью, как по лозе в тропическом лесу, и чуть не упала, когда буньип отдёрнул руку, отчего дверцы шкафа слетели с петель и разлетелись по другим комнатам. Я хорошенько провела им по нижней стороне руки, когда эта рука прошла у меня над головой, и оттолкнулась вытянутой ногой, чтобы снова отступить вдоль кухонного островка.

У меня не было времени посмотреть, но я услышала, как кто-то скребётся позади и подо мной, когда Моргана пыталась сдвинуть Шантель с места, услышала тихий стон, вызванный этим движением. Ликантроп под окном зарычал на это, глубоко и свирепо, и зашевелился. Он, пошатываясь, поднялся на ноги, как новорожденный ягнёнок, шкурка на его левом плече обвисла слишком сильно, чтобы быть нормальной, и обильно покраснела.

— Притворись мёртвым! — закричала я на него, испытывая облегчение от того, что он жив, но мучительно сознавая, что любые признаки жизни снова привлекут внимание буньипа. Походу, ему нравилась живая добыча.

У него не было возможности прикинуться мёртвым: прежде чем я успела спрыгнуть со скамейки, буньип протянул к нам одну из своих смехотворно длинных рук и схватил Кевина или Кайла.

Я закричала, пытаясь привлечь его внимание, и, возможно, он решил, что ситуация становится слишком напряжённой, чтобы с ней можно было справиться. Он посмотрел на меня своими глупыми карими глазами, а затем, вцепившись в ликантропа, выпрыгнул обратно в окно, и его волосы, похожие на тростинки, ударились о перекошенную оконную раму. Когти скользнули за ним, как ртуть, и мгновенно растворились в темноте, а я спрыгнула с кухонного стола, но сделала это слишком поздно, чтобы услышать что-либо, кроме оглушительного лязга последнего когтя.

Я вцепилась в оконную раму, мои ботинки были покрыты пылью от разрушений, а правой рукой я ухватилась за оставшуюся стену над пространством. Отсюда я могла видеть только буньипа, который пытался выплыть и погрузиться в темноту, словно в воду плотины, а за ним вился хвост, извилистый и смертоносный.

— Пэт! — кричала Моргана.

Я бросила взгляд через плечо и встретилась с кроваво-красными глазами, которые должны были бы пугать, но были слишком печальными, чтобы по-настоящему испугать меня. Моргана укачивала ликантропа, в виде нечто среднего между волком и девушкой-человеком, дрожащую, с раной в боку, из которой сильно текла кровь. Но там, в темноте за окном, в лапах буньипа был быстро исчезающий ликантроп, и ему некому было помочь.

Блин. Похоже, я могла подчиниться только одной из команд Зеро: Обеспечить Безопасность Остальных или Не Делать Ничего Поспешного.

— Присмотри за остальными, — сказала я Моргане; затем, ухватившись за последнюю искорку сущности Кевина или Кайла, которая почти мгновенно погасла между размышлениями и прыжком, я выпрыгнула в холодную, смертельную темноту.

Глава 6

Я сказала, что за окном было темно, но за окном было ещё хуже. Темнее. Менее реально. Больше похоже на пребывание внутри сферического, упругого