Отговорила роща золотая… Новокрестьянская поэзия - Антология

сладкоголосый,

Чужой весны камнистого откоса

И песенки тоскующей Айше.

«Стучит мороз в обочья…»

Стучит мороз в обочья

Натопленной избы…

Не лечь мне этой ночью

Перед лицом судьбы!

В луче луны высокой

Торчок карандаша…

…Легко ложится в строку

Раскрытая душа…

И радостно мне внове

Перебирать года…

…И буковками в слове

Горит с звездой звезда…

И слова молвить не с кем,

И молвить было б грех…

…И тонет в лунном блеске

Собачий глупый брех…

1929

«Ты умирать сбираешься так скоро…»

Ты умирать сбираешься так скоро,

И я с тревогой слушаю тебя.

Страшусь я смерти, как ночного вора,

Во всех, во всем златую жизнь любя.

И жду я, – вот в ночи придет громила

С отмычкою от тела и души,

И смеркнет облик дорогой и милый,

И я остануся один в тиши.

Меж тем, глянь, утром против на погосте,

Как в молоке, в цвету плывут кусты,

И гонят из-за них лихую гостью

Руками распростертыми кресты.

1922

«У меня в избенке тесной…»

У меня в избенке тесной

Пес лохматый гложет кость.

Я ж пою со страху песню,

Что придет чудесный гость.

Верба шапку ниже клонит,

За прясло выходит ель.

За рекой к вечерне звонят,

За рекой поет свирель.

Да пройдет он только мимо,

В окна стукнет только раз

В одинокий, в нелюдимый,

В огневой вечерний час.

Не войдет он, не прогонит

Непозванную беду —

Только на ходу уронит

Под окно мое звезду.

От звезды свечу затеплю,

За вечерье сяду с ней:

И вода ли, песня, хлеб ли

Станут слаже и вкусней.

Буду я сидеть за свечкой;

Вспоминать и не жалеть.

Будет петь сверчок за печкой

И в избе моей светлеть.

Посветлеет моя хата,

Потеплеет мой кафтан,

И не страсть, что пес лохматый

Воет у ворот в туман.

1922, 1923

«Улюсь, Улюсь, лесная речка…»

Улюсь, Улюсь, лесная речка,

Ты увела меня в леса,

С одной веревочной уздечкой,

С луконцем звонкого овса.

Вчера коня ловил-ловил я:

Хотел с полос возить снопы —

И вот набрел по чернобылью

На невозвратные тропы.

Меж кочек шуркнули дорожки.

И я один и не боюсь.

Ой, сколько пьяники, морошки

По мху разбросила Улюсь.

И словно манит тонкой кистью

Черемухи росяный куст,

И слышится мне шорох листьев

И шопот человечьих уст:

Останься здесь, сбери бруснику,

Малину в сумку собери

Да помолись златому лику

Неугасающей зари.

Здесь на тебя былые предки

Глядят, склонивши седины,

И в думы их вплелися ветки,

И в быль несгаданные сны.

Здесь до зари у тихой речки

Горит всю ночь звезда-огонь,

А для твоей простой уздечки

Пасется золотистый конь.

Здесь сквозь туман синеют села,

Пылает призрачная Русь.

Останься ж здесь в плену веселом,

В лесу у голубой Улюсь.

1922

«Упрятана душа под перехват ребра…»

Упрятана душа под перехват ребра…

Душа – как торба, снаряженная в дорогу,

И разной всячинки в ней понемногу —

И медной мелочи, и серебра…

Один пешком, другой трясется на возу,

Всю жизнь, как по столбам, отсчитывая по дням.

И золото любви у всех в исподнем,

На самом дне завернуто внизу!

Равно мы все плохи… равно все хороши!

И часто человек лишь потому хороший,

Что за душою у него ни гроша,

А может, даже нет совсем души?

И потому есть люди, добрые со зла,

В себе того не замечающие даже:

У сердца нашего, как у поклажи,

Есть два конца от одного узла!

Упрятано оно под перехват ребра,

Как торба, взятая в безвестную дорогу.

И разной всячинки в нем понемногу:

И зла про всех, и про себя добра!..

1929

«Уставши от дневных хлопот…»

Уставши от дневных хлопот,

Как хорошо полой рубашки

Смахнуть трудолюбивый пот,

Подвинуться поближе к чашке…

…Жевать с серьезностью кусок,

Тянуть большою ложкой тюрю,

Спокойно слушая басок

Сбирающейся за ночь бури…

Как хорошо, когда в семье,

Где сын – жених, а дочь – невеста,

Уж не хватает на скамье

Под старою божницей места…

…Тогда, избыв судьбу, как все,

Не в диво встретить смерть под вечер,

Как жницу в молодом овсе

С серпом, закинутым на плечи.

1928

«Ушла любовь с лицом пригожим…»

Ушла любовь с лицом пригожим,

С потупленной улыбкой глаз, —

Ты прожила, и я жизнь прожил,

И не для нас вверху луна зажглась.

Красуяся венцом в тумане,

На облаке луна лежит,

Но ни тебя она не манит,

Ни больше мне она не ворожит…

Прошли веселые отжинки,

На стражу встал к воротам сноп,

И тихо падают снежинки