Схрон. Дневник выживальщика. Книга 4 - Александр Сергеевич Шишковчук

— Тьху, балбесы! — проворчал Егорыч. — Вам же говорено было!

Хлопцы с повязками на рукавах молча забрали стволы. Странно, почему Вован позволил так легко разоружить? Или он в шоке, от того, что прозевал засаду. Пахомыч, ехидно посмеиваясь, целился с двух рук. В одной он держал Глок, а в другой… мой револьвер! Теперь меня ничего не остановит, надо только выждать нужный момент.

— Ну-ка, к стеночке, быстро! Да руки за башку! — велел старый мафиозник.

Рядом с ним появились Маша и Даня, подлый школяр. Вся банда в сборе.

— Разочаровал ты меня, Саня, Саня… забыл про наш уговор… — прокряхтел Пахомыч.

— Че ты базаришь, папаша, какой, нах, уговор? — спросил Вован.

— Поскудник клятый! — Лесничий смачно харкнул на пол.

— Замолкни, Егорыч! — топнул ногой крестный отец. — Я ж тебе говорил, переходить на нашу сторону надобно!

— Пахомыч, — я решил схитрить. — Ты же видел, что на стадионе творилось! Мы тут вообще не при делах.

— А мне энтот вегасранец другое поведал!

Маша раскрыла сумку, старик вытащил голову сектанта в обрывках зеленого балахона. Да, попали, так попали… я почувствовал все нарастающее давление в заднем клапане. Бля, только бы не прорвало. Не самая героическая смерть, да и перед Машей будет неудобно.

— Подожди, Пахомыч, — быстро заговорил я. — Дай нам только из города выбраться, и мы тут больше не появимся. Слово даю.

— Да из-за вас полгорода в огне! Я каждую минуту несу убытки из-за вас, проходимцы! — стволы в его руках опасно дрожали.

Интересно, я обосрусь до или после выстрела? Да, интрига…

— Давай договоримся! Решим этот вопрос!

— Да шо тут договариваться? Шлепнуть вас и дело с концом, кхе-кхе!

Неожиданно вмешалась Маша:

— Но, деда! Ты не сказал, что будем их убивать!

— А шо не так, внученька? Отвернися пока.

— Эй! — воскликнул Даня. — А чо. С моими. Автографами?!

Вован ухмыльнулся:

— А ты поди сюда, малой, я те такой автограф оформлю, нах!

— Так! Замолчите все! — брызжа слюной, возопил Пахомыч.

— Ладно, твоя взяла… — тяжко вздохнул я. — Можно только последнее желание тогда уж?

— Чего ж нельзя? Можно! — подобрев, разрешил глава теневого мира. — Говори!

Я сказал. Все, опешив, уставились на меня. Маша, покраснев, улыбнулась. Даже Вован посмотрел с недоумением, а потом дико захохотал.

Глава 24

Что можно пожелать в последние минуты жизни? Да, можно сказать, что кто-то захотел бы попрощаться с близкими, кто-то выкурить крайнюю сигарету, а кто-то выпить бутылку текилы и станцевать макарену. Неважно, что делать, главное, чтоб длились, длились эти бесценные мгновения, чтобы насладиться каждой уникальной крупицей собственных песочных часов жизни перед прыжком в Вальгаллу, а может, обратно, в Колесо Сансары, страну Вечной Охоты или в бесконечное черное Ничто. Но я же хотел только одно — срать!

Пахомыч не спускал с меня наполненный подозрительностью взгляд.

— Ладно. Ступай, — решил, наконец, он. — Только быстро!

— Ну, это уж как получится. — Я пожал плечами.

Чудовищная волна, цунами, извержение вулкана набирали мощь в моих кишках. На лбу выступил холодный пот. Минутку, еще минутку дай мне, мысленно обратился я к предательской жопе. Тактические портки оставались чистыми только лишь благодаря моей железной воле, которой должен обладать каждый выживальщик.

— Держи, братка, — Вован протянул сигарету. — С дымком, епта, чтоб лучше сралось, гыгы!

— Вы двое, пойдете с ним, — кивнул Пахомыч своим архаровцам. — Но смотрите, ежели упустите, шкуру спущу!

— Не волнуйтесь, шеф, не сбежит, — усмехнулся один из верзил. — Давай, засранец, ступай!

— Стойте! — воскликнул я.

— Йокарный бабай! Чего ешо?! — взъярился Пахомыч.

— Эмм… а бумажка есть у кого-нибудь? — спросил я. — Ну, что вы все молчите, негодяи? Вам жалко кусочек бумаги? Да что ж вы за люди такие?

— На, держи! — Маша кинула маленький рулончик.

— О, благодарочка! — радостно воскликнул я.

— Сюды давай, — велел командир, толкая меня из комнаты в боковой проход.

Я прошел по коридорчику, слыша недовольное сопение за спиной. Может, удастся съебаться от этих ушлепков? Но лихорадочная надежда рассосалась, как только мы свернули за угол. Тупик. Стена из замшелого кирпича преграждала путь к свободе. Блин, что за мысли, Саня, ты все равно не бросишь своих друзей. Да и не побегаешь с полными штанами говна. Днище может выбить в любую секунду. Я ведь не блефовал…

Но как бы ни велика была сила, рвущаяся наружу из моего нутра, расстегивать штаны я начал нарочито медленно, не спеша.

— Давай быстрее, гад! — прикрикнул один из конвоиров.

— Ты не видишь, у меня тактические брюки? — возразил я, хотя, наверно, уже весь позеленел от натуги, сдерживая извержение своего Йллоустоуна. — Или хочешь помочь мне с молнией? Ну, давай.

— Да пошел ты, говнюк! — громилы вскинули автоматы.

Ладно, не стоит над ними издеваться, а то еще словлю пулю раньше времени.

Наконец, спустив штаны и труселя до колен, я уселся на корты. Еще не успел прикурить, а жопа, почуяв свободу, принялась срать. Нет, не так. Не просто срать, а СРАТЬ! Итицкая сила, как сказал бы Егорыч. Звуки, которые при этом раздавались, были просто чудовищны. Надеюсь, остальные не слышат.

— Парни, вы, может, отвернетесь? — выдавил я, когда миновал первый накат.

Мордовороты переглянулись.

— Хрен с вами, нюхайте тогда! — мой голос заглушил рев горного дракона, издаваемый обезумевшей сракой.

— Ну, его нахуй, Колян, меня щас вырвет, — пожаловался охранник, тот, что был ниже ростом.

— Ты прав, Пахан, здесь некуда бежать.

Оба козла, сморщив рожи, скрылись за углом.

Ништяк. Теперь можно и пофилософствовать, так сказать. А воняло действительно, будь здоров. Я закурил. Табачный дым малость перебивал, режущую глаза запашину. А говорят, свое не пахнет. Что за придурок это сказал? Тут бы помог противогаз с мощными фильтрами, да и то не факт.

— Ну, чего он там? — донесся скрипучий голос Пахомыча.

— Серит, собака! — ответил один из бандитов.

— Пусть закругляется!

В этот момент я дюзнул с такой мощью, что стены застонали рокочущим эхом. Видимо, это так напугало врагов, что они, наконец, заткнулись и больше не отвлекали от священного действия.

Думаю, у каждого в жизни случались такие моменты, когда коварный организм заставал врасплох? Когда бежишь сломя голову, с вытаращенными глазами в поисках укрытия, где можно совершить это грязное дело. У меня случалось по молодости. Тогда я еще не был таким продуманным выживальщиком. Не буду вдаваться в подробности, но ни разу не доходило до полного фиаско. Всегда удавалось в последний момент найти кусты или строения, за которыми можно укрыться от осуждающих взглядов толпы. Эти случаи стали для меня уроком. И сейчас, каждый раз собираясь