Мой ангел-хранитель - Барбара Картленд

— Спасибо, спасибо тебе, Господи! — шептала она.

Мариетта была уверена, что нужно благодарить и святого Антония, который показал им еще один клад, когда они очень в этом нуждались.

Девушка услышала, как граф прошел в свою комнату.

Она была рада, что джентльмены не засиделись и маркиз сможет хорошо отдохнуть. Этот день был особенно напряженным, потому что он посетил еще две полуразрушенные фермы в своем поместье. Обеим требовался серьезный ремонт, прежде чем в них снова можно будет жить.

«Так много дел, — думала Мариетта, — и все же каждый день — это вызов отчаянию и неверию в собственные силы и маленькая победа этих сил».

Девушку одолевала дремота, и она начала было засыпать.

Но внезапно услышала, что кто-то поворачивает ручку ее двери.

Замок не работал, когда Мариетта приехала сюда, а потому она попросила новую служанку, Марию, поставить на дверь засов.

Не то чтобы боялась, что кто-то может войти в комнату, просто дверь могла сама собой распахнуться ночью от сквозняка.

Единственный засов, какой Мария смогла найти в доме, был очень маленьким, и она поставила его прямо над замком. Каждую ночь, ложась спать, Мариетта запирала дверь на засов.

Когда Леон закончит с гостиной, она попросит его отремонтировать все ручки на этом этаже — он справится с этой работой лучше других.

Теперь кто-то пытался открыть дверь.

Мариетта села на постели.

— Что… что такое? — испуганно крикнула она.

— Откройте дверь, прекрасная леди, — ответил голос снаружи.

Девушка поняла, что это граф, и поспешила возразить:

— Я почти уснула. Уходите!

— Мне нужно с вами поговорить. Впустите меня!

— Нет! Нет! — закричала Мариетта. — Сейчас слишком поздно для разговоров. Я хочу спать.

— Вы нужны мне. Нужны! — завопил граф.

Он снова загремел дверью, а потом приложился к ней плечом, и Мариетта по звуку поняла, что он пытается ее высадить.

Ей стало страшно.

Она соскочила с кровати, а граф в это время снова ударил в дверь плечом.

Мариетте показалось, будто засов треснул, и, вскрикнув, она бросилась вон из комнаты.

Девушка распахнула дверь, ведущую в смежную с ее комнату Мейвис, и, поскольку на окнах все еще не было занавесок, увидела, что малышка мирно спит в обнимку с Жако.

Едва успев затворить за собой дверь, Мариетта услышала, как дверь в ее спальню с силой распахнулась. И тут она побежала так быстро, как не бегала еще никогда в жизни, из спальни Мейвис в соседнюю комнату.

В этом крыле несколько спален соединялись друг с другом и, как знала Мариетта, к главным спальням обычно примыкал будуар.

Девушка пробежала еще две комнаты и потом вынуждена была открыть дверь в коридор.

Она оглянулась, но коридор так тускло освещался двумя свечами, что она не разглядела бы графа, даже если бы тот все еще стоял у входа в ее комнату.

Мариетта быстро повернула налево. До апартаментов хозяина дома оставалось совсем немного.

Девушка открыла дверь, как поступала каждую ночь, когда лечила плечо маркиза.

Даже не задумываясь, а просто стремясь к единственному месту, где она наверняка будет в безопасности, Мариетта побежала к кровати.

Только тогда она поняла, что в комнате не так уж темно. На столе у кровати горела одна свеча.

Маркиз не спал, просматривая какие-то бумаги.

Мариетта запыхалась, когда добежала до него. Она в отчаянии бросилась на кровать, чтобы взять его за руку.

— Спасите меня! Спасите! — выдохнула девушка.

— Что случилось? — потребовал ответа маркиз.

— Граф… в моей… комнате, — запинаясь, произнесла Мариетта.

Разговаривая с маркизом, девушка почувствовала, что его руки обнимают ее.

— Мне… так… страшно, — едва дыша, прошептала Мариетта.

Маркиз притянул ее ближе.

В следующий миг, глядя в испуганные глаза девушки, он нашел губами ее губы.

Он поцеловал ее.

Сначала нежно, а потом, когда Мариетта в изумлении затаила дыхание, его губы стали более властными.

Маркиз так крепко прижимал ее к себе, что она едва могла дышать.

Это было самое прекрасное мгновение в ее жизни!

Маркиз продолжал ее целовать.

Мариетте показалось, что звезды осыпались с неба и сияли теперь в ее груди.

Свет, которого она просила у Господа, чтобы исцелить маркиза, теперь окутывал их обоих.

Он целовал ее снова и снова.

Только подняв голову, Жан-Пьер увидел при свете единственной свечи, что Мариетта смотрит ему в лицо.

В глазах и во всем облике девушки было сияние, которого он не видел в ней прежде.

— Как смеет эта свинья тебя оскорблять! — воскликнул маркиз.

— Мне было… так страшно, — пробормотала Мариетта.

— И ты пришла ко мне, — отозвался маркиз. — Ты знала, что я смогу тебя защитить.

— Я не знала, — не слыша его, сказала Мариетта дрожащим голосом, не похожим на ее собственный, — что… поцелуй может быть таким… прекрасным. Я думала, что будет… но это гораздо… больше.

— Я люблю тебя, — страстно прошептал маркиз. — Я безумно люблю тебя с того самого момента, как впервые увидел. Но я боялся, что отпугну тебя, если скажу об этом.

— А я люблю… тебя, — прошептала Мариетта. — Я не знала, что такое любовь, но когда я лечила тебя… у меня было чувство, как будто ты… часть меня самой.

— Так и есть, и вместе мы — одно целое. О, моя милая, я нашел тебя! Я никогда не думал, что найду в этом мире женщину, подобную тебе. Ты — ангел, посланный мне с небес!

Маркиз не стал дожидаться ответа и вновь начал ее целовать.

Теперь он целовал ее неистово, жадно, как будто боялся потерять.

Мариетте казалось, что все ее тело тает и сливается с его телом.

Это было блаженство, которого она не могла себе даже представить.

— Я… люблю тебя, — снова прошептала она. — Я люблю тебя, люблю, люблю! И нет других слов рассказать тебе, что я чувствую.

— Я не хочу, чтобы ты говорила об этом иначе, — сказал маркиз, — вот только, дорогая моя, случай с графом не должен повториться.

К этому времени Мариетта успела забыть о графе, и сейчас по ее телу пробежала легкая дрожь.

— Ты не… позволишь ему… ко мне приближаться?

— Неужели ты думаешь, что позволю? — ответил маркиз. — Моя любимая, чем скорее мы поженимся, тем лучше. Потому что я знаю, это повторится вновь, и не один, а много раз, ибо каждый мужчина, увидев тебя, подумает, что ты прекраснее всех, кого он видел раньше, и попытается забрать тебя у меня.

— Никто никогда этого не сделает, — с жаром ответила Мариетта.