Мой ангел-хранитель - Барбара Картленд

Он потянулся было за колокольчиком, стоявшим на письменном столе, но Мариетта вскочила и позвонила сама.

Девушка считала, что сейчас не время принимать гостей, поскольку нужно привести в порядок все комнаты, прежде чем их кто-нибудь увидит.

Она уже составила список всего, что для этого требовалось. Желательно было также отремонтировать один-два парадных зала.

Совершенно случайно несколько предметов обстановки, украденных из замка, остались в поселке, и теперешние владельцы были готовы продать их маркизу.

Впрочем, торопиться было некуда по той простой причине, что работы по отделке здания не продвинулись дальше первого этажа.

Явившись на звук колокольчика, месье Мало получил соответствующие указания.

Когда за дворецким закрылась дверь, маркиз обратился к гостю:

— А теперь, Лендир, давайте поговорим об акрах, которые вы хотите у меня купить.

— Их всего лишь десять, и, как я понял, вы сейчас в трудном положении. Я подумал, что вы будете рады от них избавиться, а мне они пригодятся.

Гость говорил так, будто оказывает маркизу честь, и в то же время Мариетта была убеждена, что графу не просто так нужна эта земля…

К облегчению девушки, маркиз засомневался.

— Я должен очень серьезно об этом подумать, Лендир. Я прекрасно сознаю, в каком плачевном состоянии находится мое поместье. С другой стороны, земли, изначально принадлежавшие моим предкам, были и так значительно урезаны. Я не хочу продавать что-либо, если не будет в этом острой необходимости.

— Всего десять акров, — продолжал настаивать граф. — Я готов предложить вам за них высокую цену, просто потому, что они граничат с моим поместьем, не думаю, что они представляют для вас какую-то особую ценность.

«Он лжет. Я знаю, он лжет», — подумала Мариетта.

Девушка стала отчаянно придумывать способ, как уберечь маркиза от продажи земли. Она знала, о чем он думает, так как сама подумала о том же.

Если удастся получить от графа достаточную сумму, маркизу не придется продавать картины.

Вслух Мариетта произнесла:

— Я думаю, месье маркиз, что очень неучтиво с нашей стороны не предложить гостю чего-нибудь выпить.

— Конечно, — согласился маркиз. — Уверен, Лендир, вы не откажетесь от стаканчика вина.

— Выпью с удовольствием, — ответил граф.

Маркиз поднялся и подошел к двери.

— Я выясню, чем мы располагаем, — сказал он, — однако наши запасы вина на сегодняшний день весьма ограничены.

Жан-Пьер покинул комнату.

Не успела за ним захлопнуться дверь, как граф склонился к Мариетте.

— Вы очень красивы, — проворковал он, — и ваш французский безупречен. Я слышал, что вы были той самой волшебной феей, которая нашла сокровища.

— Мне посчастливилось их обнаружить.

— И вы живете здесь с маркизом одна? — игриво осведомился граф. — Должен предупредить вас, прекрасная леди, что у него плохая репутация в том, что касается женщин.

Мариетта поднялась на ноги.

— Думаю, — сказала она, — я должна показать, куда поместили вино, чтобы оно оставалось прохладным.

— Нет! Постойте! — воскликнул граф.

Впрочем, он опоздал, Мариетта уже дошла до двери.

Он протянул руку, чтобы остановить девушку, но она выскочила в коридор и побежала.

Увидев в дальнем конце маркиза, Мариетта замедлила шаг и к тому времени, как они встретились, шла уже нормальной походкой.

«Было бы ошибкой, — сказала она себе, — признаться, что мне не нравится граф и что меня пугает то, как он на меня смотрит и как со мной разговаривает».

В конце концов, маркиз долго пробыл на войне, ему важно сейчас найти друзей, тем более в лице ближайшего соседа.

Маркиз разговаривал с месье Мало и Густавом и удивленно повернулся к Мариетте, когда та подошла к ним.

— Я боялась, что вы могли забыть, — запыхавшись, проговорила Мариетта, — о двух бутылках шампанского, которые принес в качестве подарка месье Коти.

Маркиз улыбнулся.

— Я действительно забыл, — согласился он, — уверен, что граф будет рад бокалу шампанского.

Мариетта сказала месье Мало, где хранится шампанское, и дворецкий отправился за ним.

Маркиз вернулся в кабинет.

Мариетта заколебалась, но потом очень тихо, чтобы только Густав мог расслышать, шепнула ему:

— Разузнай у слуги графа, зачем тот хочет купить десять акров земли, принадлежащей маркизу.

— Так вот что ему надо! — протянул Густав. — Он делает это из милости или у него есть какая-то более веская причина?

— Вот это я и хотела бы узнать.

Девушка, не сказав больше ничего, побежала за маркизом и догнала его перед самой дверью кабинета.

— Как некстати гости, — сказал он, — мы, по большому счету, не готовы к этому.

— Я как раз думала об этом, — отозвалась Мариетта, — может, он не станет надолго задерживаться.

Тем же вечером, во время ужина, девушка стала желать этого еще больше.

Поскольку на стол накрыли поздно, Руперт поел отдельно и отправился спать пораньше. Мальчик не возражал против этого, так как после завтрака маркиз брал его с собой осматривать двух коней, которых привели в замок для продажи, и один из них, жеребец, оказался превосходным. Руперт пришел в дикий восторг, когда маркиз купил коня после короткого торга.

Когда они возвращались в замок, Руперт сказал:

— Отличная покупка, месье.

— Полагаю, ты уже с нетерпением ждешь случая на нем покататься, но я намерен объездить его первым, а ты дождись своей очереди. Ты слышал, у того человека есть еще одна лошадь под стать этой.

Руперт, шагавший рядом с маркизом, подпрыгнул от радости.

— Лошадь, чтобы мы с вами могли ездить вместе! — с восторгом сказал он. — И, конечно, нам понадобится еще одна для Мариетты.

— Да, для Мариетты, — тихо подтвердил маркиз. — Я уверен, она будет прекрасно держаться в седле.

— Она очень-очень хорошо ездит, — отозвался Руперт. — В Глостершире, где мы жили, все говорили, что никогда не видели лучшей наездницы.

— Тогда, конечно, она должна ездить на самой лучшей лошади.

— Если вы скажете это Мариетте, она будет в восторге, но я думаю, раз лошади ваши, вам и должна достаться лучшая.

— Ты мыслишь справедливо, — улыбнулся маркиз.

Заходя в дом, Жан-Пьер думал, что очень хотел бы увидеть Мариетту верхом на лошади. Он был уверен, что ее маленький брат прав и она окажется великолепной наездницей.

Ужинали при свечах и с цветами на столе.

Мариетта доедала превосходную острую закуску, приготовленную мадам Мало, когда заметила, что граф не только покончил с бутылкой шампанского, но и почти допил бутылку красного вина, которую маркиз велел подать к ужину.