Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2 - Арина Цимеринг

шире, – на сей раз подействовал на него успокаивающе. Доу был прав: за каждым кошмаром, созданным демоном, стояла цель. Иллюзия – это расход энергии, и ни одно существо не расходует энергию просто так.

Лицо Надин породили не силы возмездия, явившиеся из прошлого, чтобы наказать Нормана. Его породили демонические уловки.

– Это не объект экстремального класса угрозы, Доу, – пробормотал Норман. – В отличие от всего, с чем мы имели дело, он… он намного более… продуманный. Играет с нами в игру, правила которой знает только он. Слишком осознанный. Слишком изобретательный.

Норман поднял голову к ветвям. Ему показалось, что небо слегка посерело, но это могло быть игрой света: все вокруг оставалось таким же черным. Все вокруг отбрасывало длинные тени от костра: Доу, греющийся у самой кромки, деревья, узловатая вязь корней. Норман бы поежился от страха, если бы у него остались силы бояться.

Он поднял руку, чтобы почесать лоб, но тут же отдернул, вспомнив, что на него могут гаркнуть. Сцепив ладони перед собой, он начал размышлять вслух:

– Если ты ставишь вопрос так, то давай продолжим эту цепочку. Зачем ему тратить силы на иллюзию фальшивого Купера? Зачем заставлять ту… то создание нападать на тебя? Это ведь невероятный расход энергии. А он запечатан, и, значит, это конечный ресурс.

Доу ничего не ответил, но ответ и не требовался. Впервые после ночи, когда они отправили Джемму к Куперу в голову, у Нормана появилась возможность выдохнуть и подумать. Теперь навалившиеся на него догадки бессвязно шелестели в ушах.

– Я пытаюсь связать это с тем, что говорила Мойра, – желая разобраться в многоголосье собственных мыслей, пробормотал он. – Про ход солнца. Про ключ… Про то, как его надо повернуть… И это ее «я отведу тебя»!..

Норман сжал виски руками. У него было ощущение, что ответы, как пазлы, раскиданы прямо перед глазами, но он никак не может собрать их воедино.

– Тебе она хоть что-то говорила, – хмыкнул Доу с другой стороны костра. – Любимчик призраков, да?

Норман вскинул голову, раздраженно встречая его взгляд:

– Несмешно.

Ухмылка тут же пропала с лица Доу, будто он понял, что ляпнул. Он отвел глаза, возвращаясь к куртке и снова ее переворачивая.

– Я не это… Неважно.

Ого, да он скорее язык себе проглотит, чем скажет «извини». Впрочем, Норман с этим смирился.

Любимчик призраков. Если бы Доу только знал…

– Она не была призраком, – сказал Норман, прерывая воцарившееся молчание. – Я ведь ее… я ее ударил. Она была из плоти и крови, как и Купер.

– Мне другое не дает покоя. – Доу поднялся на ноги, ежась от холода и скрещивая руки на груди. – Почему она тебя отпустила?

– Это было не «отпустила». – Норман покачал головой. – Она меня искала. Стояла прямо надо мной и пыталась найти. Просто… не увидела.

Он вспомнил, как лежал там, ни живой ни мертвый от страха, и смотрел вверх. Надин стояла прямо над ним, так близко, что не могла не заметить. Не могла же ракета отвлечь ее от тела прямо у ее ног.

Доу задумчиво протянул:

– Не увидела.

– Что тебе не…

– Ты сказал, что распорол лоб, когда упал и поранился, – перебил он, дотронувшись до своего лба в том месте, где у Нормана натужно пульсировала рана. – Это случилось после того, как Брадан тебя позвал?

– Да. – Норман поморщился, едва-едва дотрагиваясь до горящей под пластырем кожи. – Я бросился к нему, но там была вроде бы яма, и я распорол лоб об какое-то бревно…

– И после этого она тебя не увидела? – настойчиво, к удивлению Нормана, уточнил Доу. – Сразу после этого?

– Да, она… я… – Норман попытался понять, что такого тот нашел в этих словах, но сдался. – Да, почти сразу. К чему ты это?

Лицо Доу снова стало задумчивым. Он продолжал смотреть на Нормана, в кои-то веки без скепсиса или заносчивости, а так, будто пытался сложить что-то в уме. Волосы его обсохли, и он рассеянно запустил в них пальцы, не торопясь с ответом. А когда ответил, то совсем не так, как Норман ожидал.

– Библиотекарь… – Он снова помолчал, прежде чем спросить: – Там, в лесу, когда этот Брадан появился, ты думал, он хочет тебе помочь?

Норман издал жалкий смешок:

– Зачем спрашиваешь? Чтобы сказать, что я легкомысленный идиот?

– Ты легкомысленный идиот, – закатил глаза Доу. – Но сейчас подумай и скажи: когда Брадан появился, ты посчитал, что он собирается тебе помочь?

Честно? Норман не помнил, что он там посчитал. Он бежал, он спасался, Надин его настигала, и ему было совершенно не до обдуманных и взвешенных поступков. Он просто увидел Брадана – и побежал к нему, как мотылек на свет костра.

– Да, наверное, – признался Норман, чувствуя себя горемыкой. – Да, я так подумал. Это было глупо. Только не начинай, я и сам знаю…

– А может, ты и правда любимчик призраков, – медленно сказал Доу, и Норман снова уставился на него с укором, но тот был на удивление серьезен. – Потому что он действительно тебе помог.

От удивления Норман даже растерялся:

– Он заманил меня в ловуш…

– Нет, – все так же медленно и все так же задумчиво покачал головой Доу. – Не думаю, что это была ловушка. Он тебе помог.

Его взгляд поднялся выше, останавливаясь на лбу Нормана.

– Помог спрятаться от Самайна.

Затем Доу поднялся и пересел к нему, продолжая смотреть на его лоб так, будто Норман – Гарри Поттер и в его шраме спрятаны все ответы.

– Деревенские вели себя странно ровно два раза, – выставил два пальца Доу, а затем поправился: – Нет, они всегда вели себя странно, но два раза – особенно. Первый, когда ты навернулся в овраге и мы привели тебя в деревню. Второй – когда Махелона распорол висок при обвале шахты. И оба раза…

– Мы были все в крови, – подхватил Норман, внезапно понимая, что тот имел в виду.

Доу кивнул:

– Оба раза ни Брадан, ни старуха, ни шахтеры не подали даже вида, что что-то не так. Мне тогда показалось… Не знаю. Я подумал, что они намеренно игнорируют вас обоих. Но они не игнорировали.

Вблизи, белое и угловатое, лицо Доу казалось… странным. В этой игре света и теней, сузившей его зрачки, с вытянутым лицом и до странного острыми скулами, в нем снова угадывалось что-то нечеловеческое. Но именно это почему-то сейчас и успокаивало.

– Они вас не видели.

Норман приложил пальцы к своему лбу. Он помнил, как оттуда хлынула горячая, соленая кровь, заливая глаза и попадая в рот.

Самая универсальная валюта. Самый энергетически сильный