Охота на миллиардера (СИ) - Мельникова Надежда Анатольевна

— Разбери эту баррикаду, Вера, впредь защищаться тебе не придется. Больше я общаться с тобой не намерен. Всего доброго.

Он не смог взглянуть на нее еще раз. Так и смотрел на автомобили, снующие туда-сюда. Будто муравьи, стремящиеся к муравейнику, они двигались по заранее запланированной траектории. Впереди ждал ужин с деловыми партнерами. Но вот с кем конкретно Полянский, хоть убей, не помнил.

Глава 33

Два месяца спустя.

После того, как Полянский узнал о «Дамском клубе», я старалась забыть и не думать о нём. Но это оказалось невозможным. Чувство вины перед ним грызло душу, не отпуская ни на секунду. Мне было стыдно за обман. Конечно, мое отношение к олигарху никогда не было меркантильным, но он, разумеется, не поверил мне. Я старалась вытянуть свою семью, но платить за это должен был не Полянский. Первое время обижалась на него за то, что с легкостью поставил перед фактом обмана и легко ушел. Затем ругала себя, ибо так сильно расстроилась, что почти разрыдалась, когда он объявил, что больше не желает со мной общаться.

Жизнь была бы гораздо проще, если бы люди знали, отчего выбирают того или иного человека. Руслан мне нравился своим упорством, властью, умением брать в оборот, порочностью и силой. Да мало ли что могло привлечь в Полянском? Миллион странных, дерзких причин, которые невозможно объяснить словами. И, стыдно признаться, очень хотелось, чтобы это было взаимно.

Я металась от тоски по несносному олигарху, совершенно сбитая с толку. Он снился мне почти каждую ночь. Я вскакивала на постели и долго не могла отдышаться. Во сне он был также настойчив, как и в жизни. Всегда дерзкий и наглый, но я снова и снова просыпалась в поту и в слезах, и не могла справиться с дрожью. Очнувшись, проваливалась куда-то глубоко и уже ничего не ощущала. Помнила лишь его губы, напоминавшие по цвету спелую малину, а на вкус мятные и тёплые. Как можно было так быстро влюбиться в надменного олигарха? Этот вопрос оставался без ответа. Но только Полянский мог одним лишь взглядом бить меня током. Вот тебе и «железная Вера», гроза тотализатора. Попалась, как молоденькая девушка, испытавшая страсть впервые.

Размышляя, я снова забываю, что нахожусь на совершенно другом свидании. Скучном и безрадостном, как манная каша на воде.

— Верочка, милая, ты уверена, что хочешь остаться именно здесь? Мне кажется, этот ресторан наполнен напыщенными идиотами. И здесь очень дорого.

Едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться вслух. Моя новая «жертва» по имени Борис владеет частным буксиром «Янтарь». Он любит ругаться с официантами из-за сдачи и экономить на входных билетах. Немного мелочный, но довольно состоятельный вдовец, рано оставшийся без жены.

— Это элитный ресторан, Борь. Здесь собирается высшее общество. Давай, хоть один вечер почувствуем себя «белыми» людьми.

А еще это место принадлежит ЕМУ. И я очень хочу, чтобы ОН знал, что я здесь с другим мужчиной. Полянский не солгал. Мы больше не общаемся. Но с тех пор мне как будто чего-то не хватает. Временами я испытываю странную неудовлетворённость. Дело Полянского завершено, и больше нет его запаха, близости и огня. В новых мужчинах, с которыми я знакомлюсь благодаря клубу, нет его дерзости, пылкости, властности, несдержанности и чего-то горячего, что объяснить невозможно.

В общем, как это не прискорбно и жалко звучит, я скучаю по гаду Полянскому. По вечерам, когда особенно тошно, вполголоса признаюсь себе в этом, сидя в тишине собственной квартиры. Олигарх всегда был исключительным. Мой белый лев, что едва не перегрыз глотку, оставив памятные шрамы на груди.

Сидя напротив Бориса, тайком смотрю на часы. Очень хочется спать. Меня завалили работой в библиотеке, и в последнее время я совсем не высыпаюсь. Но не время зевать. Нужно очаровательно улыбаться и хлопать ресницами. Ничего завораживающего и дурманящего мозги в этой встрече нет. С некоторых пор мужчины снова интересуют меня исключительно как предмет спора. Ничего не шевелится и не дрожит внутри. Я специально берусь за новые дела, вдруг повезет, и знакомая змейка опять поползет по позвоночнику.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но пока, глядя на владельца буксира, я вижу каждое пятнышка на лице Бориса, все изъяны и прыщики. Даже запах раздражает. Вряд ли этот мужчина поможет забыть олигарха. С тех пор как я побывала в постели с одним несдержанным хамом, я так и не смогла побывать там с другим мужчиной. Дно ты, Вера Образцова, иначе и не скажешь.

Вот так я и живу, постоянно думая о нём. Не было ещё такого дня, чтоб он не приходил в «гости» ко мне в голову. Злюсь на себя, ругаю, а иначе не выходит.

Мы наслаждаемся тщательно выбранной, самой недорогой и выгодной по соотношению цена — качество едой из меню ресторана. Борис в третий раз рассказывает одну и ту же историю. Он часто так делает, но я на этом внимание не акцентирую. Наверное, случай из жизни кажется ему забавным.

Вместе со счетом официантка приносит конверт с золотыми вензелями. Сердце наполняется теплом. Я широко улыбаюсь, расцветая, даже дышать перестаю. Это плохо для моей карьеры в «Дамском клубе» и, скорее всего, с Борисом мы больше не увидимся. Но меня греет мысль, что Полянский все еще помнит обо мне. Письмо вложено в кожаную книжечку.

Олигарх со мной не разговаривает, но регулярно портит жизнь вот такими, раскрывающими мою продажную натуру признаниями. Глядя на то, как Борис пробегается по тексту глазами, я улыбаюсь… Но вот опять.

Мой грозный и мстительный олигарх. Никак не может успокоиться. Видимо у него совершенно нет других дел. Мучил бы своих моделей и балерин, чего только привязался?

Борис бледнеет, на лбу выступает испарина. Он достаёт из кармана платок и протирает пот.

— «Дамский клуб?» — удивляется Борис. — Ты что поспорила на меня? Что происходит, Вера? Я не понимаю, что все это значит? Это что шутка какая-то?

Вздыхаю. Третий раз подряд Полянский «портит мне всю малину». Я закрываю глаза, мотаю головой, и стараюсь не вслушиваться в то, что сейчас несет Борис, оскорбившись. Конечно же это Полянский, больше просто некому. Он мстит мне. Не знаю, кто прислал анонимку ему, но олигарх никак не может простить меня нанесенную обиду. И каждой моей новой «жертве» он сообщает, что на нее поспорили.

Первый раз нам с владельцем популярной розничной сети спела об этом певица, подошедшая к нашему столику в ресторане. Второй раз, напротив рабочего окна хозяина крупного торгового центра, растянули транспарант про Веру Образцову. А сейчас вот письмо в кожаной книжечке для счета и сдачи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

И вот не лень ему? Развлекается богатый гад. «Дамский клуб» он не тронул, но мне работать не дает. Как только я сближаюсь с «жертвой», он устраивает очередной перформанс.

— Борь, — выхватываю листик из его рук, — ерунда это все. Кто-то шутит, завидуя нашему счастью. Ладно тебе, пойдем лучше потанцуем. В соседнем зале празднуют свадьбу. Там так весело.

Я ласково обнимаю своего спутника, продолжая шептать, словно змей искуситель:

— Это чушь какая-то, не верь. У нас все отлично.

Глава 34

— Извините!

Услышал Полянский знакомый голос. Судя по приближающемуся звуку, она заглядывала в соседние VIP-кабинки. Сам он ужинал в самой последней, у большого панорамного окна. Компанию ему составляли инвесторы. Но голос Образцовой заставил отвлечься от бизнеса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Бесцеремонно ворвавшись в разговор взрослых и состоятельных мужчин, красивая девчонка поздороваться не удосужилась. Оказывается, он скучал. Взгляд скользил по ней, наслаждаясь.

— Может хватит? — резко спросила она, повернувшись в сторону Полянского.

Научить бы ее хорошим манерам, перегнув через колено и тщательно отходив ладонью по белоснежной заднице. Но Полянский опасался, что застывшие со столовыми приборами в руках пожилые инвесторы шоу не оценят.