История первого дракона - Дарья Кузнецова

А потом вздрогнула и рывком села, в полном шоке разглядывая обнимавшего меня мужчину, на груди которого я, собственно, только что спала.

— Что… как… ТЫ?!! — растерянно выдохнула я, чувствуя, что вот-вот попросту рухну в обморок от удивления.

— Ну, кажется, я — это всё ещё я, — с сомнением проговорил он, приподнимаясь на локтях и неуверенно оглядываясь по сторонам. — Только какое-то очень странное ощущение… вроде бы, я, но не совсем…

— Вася! — на лесную полянку из кустов выскочил встревоженный Серёга. — Перуновы стрелы! — выскочил, и замер статуей. — Ты… как?!

— Уф, кажется, точно здесь! — откуда-то сбоку послышался голос Зойра. — Не понял… а это кто такие? Я, вообще-то, Василису искал.

Мой сероглазый сон, по какой-то необъяснимой причине явившийся во плоти, легко и пружинисто поднялся на ноги, протягивая мне руку.

— Вот вы меня и нашли, — хмыкнула я, принимая предложенную помощь. — А что не так-то?

Но я уже и без их ответа знала, что так удивило моих товарищей.

Это была я. В своём родном, человеческом теле, без шерсти и хвоста. Со своими растрёпанными коротко остриженными тёмно-рыжими волосами, торчащими во все стороны. Со своим курносым носом, зелёными глазами, веснушками и заразительной улыбкой. Я не красавица, но как же я рада была обрести собственную внешность обратно!

Но, как выяснилась, от родного тела я успела отвыкнуть. Благо, Стерх никуда не ушёл, и успел подхватить пошатнувшуюся на собственных ногах меня. Вновь оказавшись у него в объятьях, я вдруг смутилась, и тут же растерялась от столь неожиданной собственной реакции.

С чего мне краснеть как светской девице восемнадцатого века оттого, что не вполне знакомый мужчина слегка меня приобнял? Вполне в рамках любых приличий, чуть выше талии. Я всё-таки взрослая женщина из другой эпохи и другого общества.

Прислушавшись к себе, я нашла ответ на этот вопрос. Объятья и близость Стерха вызывали в памяти те ощущения, что передал мне дракон. Близость до полного слияния и наслаждение до потери иных чувств. Слишком они похожи были на эмоции любовников в постели, хотя и происходили из другого источника. Из разделённой на двоих безграничной свободы полёта и целого мира, сжавшегося в тёплый комочек за грудной клеткой.

Подтянувшиеся спутники о чём-то спорили, что-то спрашивали у сероглазого воина, у меня. Он даже отвечал — спокойно, иногда с лёгкой ироничной улыбкой, — и явно не спешил выпускать меня из объятий. А я долго, недоверчиво вглядывалась снизу вверх в его лицо, отчего-то знакомое до каждой чёрточки. Настолько, насколько нельзя изучить человека за две коротких встречи. Можно только придумать этот упрямый подбородок, горькие ранние морщинки в уголках губ, глубокую хмурую складку между бровей…

— Ты… дракон? — очень тихо спросила я наконец, с трудом скидывая оцепенение. Стерх прервался на полуслове, опустил глаза на меня и легко, задорно улыбнувшись, подмигнул. После чего невозмутимо продолжил разговор с Сержем. Точнее, кажется, он просто подкалывал взволнованного историка.

Живая мальчишеская улыбка столь неожиданно смотрелась на лице закалённого бесконечными боями, уставшего и очерствевшего воина, на которого Стерх походил больше всего, что я не нашла слов настоять на ответе. Потому что боялась, что улыбка эта мне привиделась, и, если я наберусь упорства, она сотрётся даже из моей памяти.

А потом стало поздно, — мы заговорили о другом.

— Василиса, скажи, пожалуйста, своим друзьям, что я не враг, — обратился ко мне воин, размыкая руки. Я вздрогнула и отпрянула, быстро оборачиваясь к остальным.

— Ребята, да всё нормально, — я окончательно стряхнула наваждение и взяла себя в руки. — Он действительно не враг. Правда, я ещё не до конца уверена, что он друг.

— То есть, ты его всё-таки знаешь? — совсем уж ошарашенно проговорил Серж, опуская, однако, меч.

— Немного, — честно призналась я. — Пару раз виделись.

— Когда только успела? — хмыкнул Зойр.

— Честно? Во сне.

— Вот так роман, — мой друг детства растерянно поскрёб макушку. — Так, может, представишь его? Раз сам он не желает называть себя. А ещё попроси его объяснить, как он вернул тебе человеческий облик и как притащил нас сюда. И куда именно — сюда.

— Насколько я понимаю, это Стерх. Тот самый бог-громовержец, — пожав плечами, сообщила я всё, что знала о сероглазом наваждении.

— Не стоит столь злобно на меня коситься, молодой человек, — вдруг, пресекая мирную беседу, проговорил упомянутый, пристально глядя на Михаэля. Тон был леденяще-мёртвый, совершенно не вяжущийся со всем, что я успела узнать об этом типе. Не злость, не раздражение, не приказ; бесстрастный голос машины. Но на молодого воина, пребывающего в шаге от трансформации, этот голос произвёл сильное отрезвляющее воздействие. — Вы прекрасно знаете, что к вам и вашей семье я не имею никакого отношения. Кроме того, я теперь вполне смертный, как и вы все.

— Почему? — опередил меня с вопросом Серж.

— Вся моя сила ушла на разрушение того портала, который создал ваш товарищ, и на несколько мелких побочных эффектов, — пожал плечами Стерх.

— Какого ещё портала? — я окончательно перестала что-либо понимать, и вопрос прозвучал жалобно.

— Так. Стоп, — оборвал разговор Зойр. — Нехороший у нас разговор получается на пустой желудок. Давайте, что ли, разведём костёр, сядем поудобнее и всё обсудим в спокойной обстановке. Возражения есть? Возражений нет.

Лошади, живые и здоровые, вместе со всеми вещами (главное, ура-ура, моими любимыми кроссовками; перспектива босиком добираться до ближайшего жилья меня не радовала), были обнаружены Стерхом неподалёку; я так поняла, что он прекрасно помнил, где они находятся, так что проблем с поисками не возникло. Животные были удивительно спокойны, чего сложно было ожидать в свете свалившихся на них впечатлений.

Рассказ бога вкратце сводился к следующему. Ганс Та'Лер по поручению собственного начальства…

Впрочем, нет. Эта история началась гораздо раньше.

Война богов за господство над миром длится уже несколько веков, подогреваясь одним простым фактом: все силы любого убитого бога и все обращённые к нему мольбы "переадресовывались" убийце. Вначале эта возня не предвещала ничего столь уж страшного, но теперь стало окончательно ясно: из-за этого вечного противостояния мир катился в Хаос, всё быстрее и быстрее. Потому что ни один из этих мелких местечковых богов не имел власти над душами смертных, а объединить достаточные для решения проблемы силы уже не могли: слишком глубоко в них засела вражда.