Легион смертников - Саймон Скэрроу

Аякс сделал выпад, целясь противнику в лицо, но римлянин быстро отвел удар щитом и сделал ответный выпад. Лезвие меча ушло в сторону, скользнув по щиту Аякса. Уши заполнили звуки боя вокруг, но они не отвлекали Аякса. Он сосредоточил весь свой ум, силу и умение на поединке с Катоном. Снова толкнул щитом вперед — умбоны лязгнули друг о друга, — потом снова сделал выпад, но на этот раз по дуге, переводя его в режущий удар по плечу римлянину. Катон мгновенно развернулся вбок, опираясь на правую ногу, и меч, который должен был попасть ему в ключицу, просвистел в воздухе. Префект тут же рубанул по руке Аякса, вышедшей вперед на этом движении. Гладиатор едва успел повернуть меч кистевым движением и принять удар в плоскость меча. Полетели искры. Аякс сделал шаг назад и уважительно кивнул.

— Ты быстр, римлянин. Но на арене ты бы и мгновения не прожил.

— А ты много болтаешь! — парировал Катон, с размаху ударяя мечом по краю щита и сбивая его вниз, так, что у Аякса оказалось открыто горло. Катон тут же перевел рубящий удар в колющий. Отчаянный удар, холодно подумал Аякс, без труда поднимая щит и уводя вражеский меч вверх. Понял, что это благоприятная возможность, зацепил краем щита гарду меча римлянина и дернул щит на себя. У противника дернулись пальцы, и рукоять меча выскочила из них. Меч пролетел над головой Аякса и со стуком упал на землю.

Аякс кровожадно расхохотался и ринулся на префекта, опуская щит и снова тесня противника. Потом начал чередовать удары щитом и мечом, барабаня по щиту Катона и оттесняя его в сторону. Но тут между ними упал один из людей Аякса. У него хлестала кровь из большой раны на голове, и он кричал что-то невразумительное. Длинный меч выпал из его руки острием вниз. Катон сразу же схватил рукоять меча и убрал руку за щит.

— С дороги! — заревел Аякс, отбрасывая своего товарища в сторону ударом щита. Поднял меч, чтобы продолжить молотить Катона, но тот отбил его атаку. Аякс приостановился и хмыкнул:

— Во имя богов, я хоть всю ночь могу это делать.

Он замахнулся мечом, но Катон ринулся вперед первым, ударяя щитом в щит и нанося колющий удар по дуге сбоку. Острие меча скользнуло по нагруднику Аякса вбок и нашло щель между передней и задней пластинами доспеха. Инерции удара хватило, чтобы острие меча впилось в плоть. Аякс, ошеломленный успехом противника, сначала громко вскрикнул, а потом зарычал от бешенства.

— Стратег ранен! — крикнул кто-то. — Аякс ранен!

Один из его людей тут же вклинился между Аяксом и Катоном и принялся осыпать римлянина ударами, тесня его назад.

— Вывести стратега из боя!

— Нет! — заорал Аякс, и его лицо исказила гримаса. — Нет…

Но его схватили за руки и оттащили назад, а потом дальше по улице, к краю деревни. Он хотел возразить, но лишь скрипел зубами от боли в боку. Его люди одерживали верх над врагами. На земле лежало несколько римлян и лишь двое гладиаторов. Но бунтовщики начали отступать, и уцелевшие легионеры с удивлением глядели им вслед.

— Что ты творишь?! — зарычал Аякс. — Прикончите их!

Перед ним очутился Карим. На его лице была тревога.

— Стратег, один из постовых на дороге говорит, что приближается другая группа римлян. Нам надо отступать. Их там слишком много.

— Нет, — мотнув головой, ответил Аякс. — Я уже почти взял верх над этим ублюдком. Еще немного, и взял бы в плен.

Неудавшаяся месть наполнила его гневом. Но тут снова напомнила о себе боль в боку. Он понимал, что уж это-то он легко перенесет. Во время обучения приходилось терпеть и не такое.

— Дай мне вернуться. Дай мне убить его! — зарычал он.

Карим покачал головой.

— Нет. Я не позволю тебе умереть сегодня, стратег. — Обернувшись, он кивнул остальным, столпившимся вокруг Аякса: — Заберите его. Идите по дороге к реке. Знаете куда. Вперед.

Двое человек подхватили Аякса под руки, подставив плечи, и понесли его, беспомощно болтающегося, прочь из деревни. Он лишь скрипел зубами. Как только главаря разбойников унесли, Карим приказал лучникам отступить и построиться за ним. Они вышли из темноты и выстроились неровной линией, выпуская во врагов стрелы и заставляя их спешно укрываться за дымящимися руинами домов. На дальнем конце деревни показались первые ряды отряда римлян, пришедшего на подмогу.

— Прекратить! — приказал Карим лучникам. — Надо уходить.

Разбойники ушли прочь от догорающих домов и растворились в темноте, окутывавшей дорогу, ведущую из деревни. Слышалось лишь потрескивание горящего дерева, стрекот насекомых за дамбой и стоны раненых.

Глава 15

— Что за ерунда тут случилась? — спросил Макрон, оглядывая сожженные дома и лежащие тела, когда подошел к Катону. — Похоже, у вас тут был хорошенький бой.

Префект уже подобрал свой меч и убрал его в ножны, кивком приветствуя Макрона. Заметил, что рука дрожит; потребовалось усилие воли, чтобы вложить меч в ножны, а не уронить его. Говоря по правде, было страшно, подумал префект, ругая себя. Когда Аякс выдернул у него из руки меч и начал осыпать ударами, Катон уже был уверен, что ему не жить. Ничто не могло помешать гладиатору свершить свою месть. Он был словно дикая сила природы, неудержимая и безжалостная. Катон был в считаных мгновениях от смерти, когда смертельно раненный разбойник упал между ним и Аяксом. Смерть была так близка, с ужасом подумал он. Бледный, префект поглядел на Макрона, моргнул и снова кивнул.

— Да… хорошенький бой.

— Что произошло? Я видел, как кто-то отходил, когда мы вышли сюда. Где Аякс?

— Жив, — кивая, ответил Катон. — Я его ранил. Его люди оттащили его, когда увидели, что вы идете.

— Тогда чего мы ждем? — спросил Макрон, глядя вдоль улицы. — Догоним ублюдка, пока он не сбежал.

— Нет, — твердо ответил Катон. — Не сейчас.

— Какого Аида «нет»? — нахмурившись, спросил Макрон. — Мы сейчас ближе к нему, чем за все последние месяцы.

— Дождемся, пока начнет светать, — твердо ответил Катон.

— Что?

— Это приказ, — отрезал Катон. — Я и так потерял достаточно людей, натыкаясь на засады, чтобы еще и в темноте блуждать. Я больше не намерен дарить Аяксу возможность убивать римлян. Мы остаемся здесь на ночь. Заботимся о раненых, даем людям утолить жажду. Аякс и его разбойники устали не меньше нас, у них тоже есть раненые. В темноте они далеко не уйдут. Продолжим преследование на рассвете.

— Безумие, — тихо ответил Макрон.

Катон напрягся и сделал вдох с выдохом, чтобы успокоиться.

— Вы забываетесь, центурион.

— Прошу прощения, командир, — прошипел Макрон сквозь зубы. — Но мы должны гнаться за ними.