Легион смертников - Саймон Скэрроу

— Хорошее место для еще одной засады, — сказал Макрон, глядя на узкую улочку.

— Если бы Аякс еще был здесь, то людей здесь бы уже не было, — ответил Катон.

Они вышли на деревенскую площадь, где стояли прилавки торговцев. Дальше дорога спускалась к реке. У берега дымились, догорая, несколько папирусных лодок; рядом с ними, крича и рыдая, стояли селяне. Катон вывел солдат к берегу и приказал остановиться. Пошел к селянам сам, вместе с Макроном и Хамедом. Люди боязливо расступились, и они увидели несколько человек, лежащих в лужах крови. Рядом с ними, рыдая, стояли на коленях женщины.

— Явно дело рук Аякса, — сказал Макрон.

— Хамед, спроси у них, что произошло, — сказал Катон, махнув рукой в сторону селян.

Жрец подошел к людям, подняв руки, и заговорил с ними. Потом обернулся к Катону.

— Селяне говорят, что на рассвете пришел отряд вооруженных людей. Они погрузились в лодки, а остальные подожгли. Тех, кто попытался помешать им, убили.

— Это Аякс, точно, — сказал Катон. — Спроси их, куда они отправились.

Обернувшись к селянам, Хамед спросил. Потом показал вверх по течению реки.

— Туда, господин. Их еще видно, — сказал он.

Катон мгновенно повернулся и поглядел на реку. Приток слегка сворачивал к югу, и в паре миль вдали виднелись несколько крохотных рыбацких лодок, уходящих за поворот.

— Спроси у них, есть ли еще лодки.

— Ни одной, — ответил Хамед, спросив селян.

— Есть здесь еще деревни?

— В половине дневного перехода, ниже по течению.

— Не в ту сторону, — буркнул Макрон. — Этот ублюдок снова ускользнул.

Глава 16

— Не слишком удовлетворительное состояние дел, не так ли, префект? — сказал губернатор Петроний, постукивая пальцем по тексту доклада, который он потребовал от Катона сразу же, как тот вернулся в Александрию. Хотя префекту и удалось найти несколько лодок, чтобы преследовать Аякса в дельте Нила, они потеряли его след. Останавливались у каждой деревни, расспрашивая местных, но последним следом Аякса оказались брошенные на берегу папирусные лодки милях в сорока севернее Мемфиса. В поисках разбойников Катон прошел до самого города. Население было встревожено вестями о приближении армии нубийцев со стороны верховий Нила. Взяв в городе широкое плоскодонное судно, использовавшееся для навигации по Нилу, Катон с легионерами отправился в Александрию.

Сейчас, стоя у стола губернатора, префект размышлял, как лучше ответить на, в сущности, риторический вопрос.

— Командир, вопрос в том, что мы нашли базу, откуда Аякс совершал свои вылазки, и прекратили их. Захватили его корабли и уничтожили более двух сотен его людей. Сейчас у него осталось от сорока до пятидесяти человек. Тем не менее я опасаюсь, что он все еще представляет серьезную угрозу для Империи. Я, безусловно, продолжу преследовать его, но для этого мне нужен ваш указ, чтобы городские власти по всему Нилу оказывали мне содействие. И мне нужны люди, чтобы завершить операцию. Достаточно будет когорты кавалерии.

Петроний горько усмехнулся:

— Когорты кавалерии, говоришь? Должно быть, считаешь это скромной просьбой? Скажи, после того, как ты потерял один боевой корабль с экипажем и три десятка моих легионеров, ты думаешь, я готов снова доверить тебе солдат, еще больше? А?

— Вы не можете не сделать этого, командир.

— Очень даже могу. Особенно сейчас, в условиях нехватки сил. Нубийцы уже дошли до первого порога Нила. Легат Кандид, дурак эдакий, послал им навстречу три когорты ауксилариев, чтобы перехватить авангард. Их разгромили, сбежать удалось от силы половине.

— Я слышал об этом в Мемфисе, командир.

— Тогда ты можешь понять мою сдержанность в вопросе о предоставлении тебе солдат. Охота на этого гладиатора перестала быть главной задачей. Мне нужно собрать все силы для удара по нубийцам, чтобы изгнать их из провинции.

— Понимаю, командир, но если мы не уничтожим Аякса, можете не сомневаться, что он продолжит свою личную войну с Римом. Поднятое им восстание едва не стоило императору Крита, равно как и хаоса на торговых путях по всему Средиземному морю. Нельзя позволить ему и дальше причинять вред Империи.

— Мы и не позволим, но сперва прогоним нубийцев. Тогда, и только тогда я стану рассматривать вопрос о предоставлении тебе сил для охоты за этим преступником. Понимаешь это?

— Да, командир, но просто не могу с вами согласиться.

— Несогласие не входит в права подчиненных, префект, — отрезал Петроний. — Я — высшая власть в Египте. Действую здесь от имени императора, и пока ты находишься на территории этой провинции, будешь делать то, что я прикажу. Разговор окончен. — Он помолчал, а затем холодно улыбнулся: — Хотя не совсем.

Катон молча стоял у стола, ожидая, когда губернатор закончит мысль.

Петроний встал из-за стола, прошел через кабинет к другой стене, на которой была нарисована карта Нила и его окрестностей, до самых южных границ Египта. За границей провинции не было изображено практически ничего. Подойдя к карте, Петроний постучал по ней пальцем.

— Кандид собирает войска в Диосполисе. Кроме Двадцать второго легиона, у него две пехотные когорты ауксилариев и две кавалерийские. Это все, что есть в его распоряжении. Я собрал всех солдат в провинции, каких только мог. А сейчас, похоже, у Кандида не хватает и офицеров. Старший трибун командовал ауксилариями, которых разгромили нубийцы, и погиб в бою. Центурионов у Кандида тоже не хватает, поскольку несколько человек были назначены магистратами в приграничные города. Когда нубийцы перешли границу, мы и их потеряли. — Развернувшись, Петроний поглядел на Катона. — Я принял решение прикомандировать тебя и центуриона Макрона к Двадцать второму легиону на время возникшей чрезвычайной ситуации.

Катон знал, что к этому идет, и у него был готов ответ:

— Простите, командир, но я выполняю приказы губернатора Семпрония. Мне приказано найти и уничтожить раба Аякса и его приспешников. Пока я не исполнил этот приказ, я не имею возможности исполнять другие.

Лицо Петрония окаменело.

— Как ты смеешь говорить мне такое, ты, сопливый выскочка?! Кто ты такой, будь ты проклят?! Ты всего лишь младший офицер, которого слишком быстро повысили. У тебя ни капли благородных кровей. Ни влиятельной семьи, ни связей в Риме, которые стоили бы больше гнутого сестерция. Ты собака Семпрония, и никто другой. Не забывай об этом.

— Я исполняющий обязанности префекта, командир.

— О да, пока что ты исполняющий обязанности префекта, но твой покровитель не спасет тебя от того, что в один прекрасный день тебя лишат этой должности. И тогда ты будешь иметь звание, больше подобающее твоему опыту и возрасту.