Легион смертников - Саймон Скэрроу

Руф задумался и покачал головой.

— Не уверен, командир. Что-то тут не так. Слишком удаленное место для таких целей.

— Тогда зачем?

— Чтобы они молчали. Чтобы ничего нам не рассказали о том, сколько у Аякса людей, в каком они состоянии и куда пошли, покинув деревню.

Катон обдумал его слова и кивнул.

— В этих целях он бы такое сделал, без сомнения.

— Командир! — крикнул кто-то. Катон и Руф обернулись и увидели, что один из легионеров подзывает их, стоя возле двух загонов для мулов в конце деревни. — Сюда!

Они спешно прошли между загонами, где несколько мулов стояли, тупо глядя на пустые кормушки, и оказались на открытом пространстве, покрытом навозом. Перед ними лежали тела легионеров передового отряда. Их притащили сюда и свалили в кучу.

— Проклятье, — пробормотал Руф. — Теперь понятно.

Катон встал на колени и осмотрел тела.

— Раны от стрел. Они попали в засаду. — Говоря это, он почувствовал, как сердце ему сжало холодом. Быстро глянул на Руфа. — Вот почему селян убили.

Прежде чем центурион успел ответить, раздался предостерегающий крик, затем свист и крик боли. Офицеры ринулись назад, подняв щиты и оглядываясь по сторонам. Один легионер лежал на земле, опершись на локоть и глядя на древко стрелы, торчащее у него из груди. Другой, шатаясь, пытался вытащить стрелу, вонзившуюся ему в спину и пробившую лопатку. Засвистели стрелы, и Катон увидел, как еще одному легионеру стрела попала в правую руку и пригвоздила ее к боку. Префект сделал глубокий вдох и заорал:

— Засада! Поднять щиты! Легионеры, ко мне!

Глава 12

Руф и легионеры сомкнули щиты, построившись овалом. Катон увидел врагов. Несколько силуэтов выбежали из укрытия и теперь целились в римлян, стоя на противоположном конце деревни. Оглянувшись назад, префект увидел, что несколько других перекрыли второй выход, тот, через который они вошли в деревню. Аякс заманил их под перекрестный обстрел. Катон сразу же понял, что им будет нетрудно пробиться в любую сторону. Но потом заметил, как между хижин со всех сторон появились силуэты людей. Спустя мгновение крыши хижин запылали, и римляне оказались посреди деревни, ярко освещенные огнем. Легионер рядом крякнул, когда стрела попала ему в плечо. Потом раздался резкий удар, и Катона в шею уколола щепка. Стрела пробила щит.

— Надо выбираться! — крикнул Руф, показывая в ту сторону, откуда они пришли.

— Нет. Мы получили то, что хотели. Нашли Аякса, — ответил Катон, на ходу соображая. — Возьми половину солдат, идите к входу. Разберитесь с лучниками, а потом пробивайтесь обратно, осматривая каждый дом.

— А что вы, командир?

— Пойду в другую сторону со второй половиной.

Прежде чем Руф успел возразить против дробления сил в бою, Катон толкнул его щитом.

— Выполняй! — рявкнул он.

— Три последних отделения! — крикнул Руф, перекрикивая треск пламени. — Ко мне!

Осторожно отойдя назад, центурион построил легионеров, и колонна разделилась надвое. Замыкающие двинулись на лучников, сомкнув щиты. Катон покрепче ухватил рукоять меча.

— За мной! — скомандовал он передовым отделениям.

Два десятка легионеров двинулись к концу прохода под градом стрел. Щиты трещали, из них торчали древки, но лучникам удалось ранить всего одного легионера, слева в первом ряду. Стрела попала ему в голень, не защищенную щитом. Споткнувшись, он остановился и присел, прикрываясь щитом. Один из товарищей двинулся в его сторону, чтобы помочь.

— Отставить! Держать строй! — крикнул Катон.

До лучников оставалась пара десятков шагов, пламя освещало врагов на фоне темной травы и пальм.

— В атаку! — заорал Катон. — Вперед!

Крича, легионеры ринулись вперед, бегом на полусогнутых, прикрываясь массивными щитами. Лучники в последний раз выпустили стрелы и побежали.

— Бегут! — заорали легионеры. — За ними, порубим ублюдков!

Римляне рванули вперед, и лучники побежали по дороге. И тут Катон уловил движение сбоку. Увидел силуэты, появившиеся из-за домов, со щитами и копьями в руках. У Аякса в запасе были другие бойцы. Времени предупредить легионеров не было. Разбойники выскочили на свободное место и атаковали римлян с флангов, с бешеными криками ударяя копьями солдат, не защищенных с боков ничем. Троих убили сразу, пронзив копьями и снеся их через весь проход. Римляне начали отбиваться. Приседать для устойчивости и бить снизу не было времени, началась беспорядочная бешеная резня при свете горящих крыш домов.

Послышавшийся сбоку рык заставил Катона резко повернуться, и он с глухим стуком отбил щитом копье. Спустя мгновение в щит всем весом врезался нападавший. Катон попятился, удерживая равновесие, расставил ноги пошире и ткнул мечом за щит. Удар попал в цель, судя по тому, как клинок вошел во что-то податливое. Нападавший охнул. Катон выдернул меч и встал на колено, оглядываясь. Вокруг мелькали люди, оружие, звенели мечи, громыхали копья, ударяя в щиты. Атаку начали копейщики Аякса, но теперь в бой вступили мечники, тренированные гладиаторы, обученные вести смертельный бой на арене. Однако здесь, в тесноте деревенской улицы, подготовка гладиатора и легионера мало значила. Все решали отчаянные удары мечами, руками, ногами и головой.

Катон блокировал атаку сбоку, нанес несколько рубящих ударов по противнику и отошел к стене дома, пытаясь найти глазами Аякса. В колеблющемся свете пламени было трудно кого-либо опознать, и лишь стандартное обмундирование легионера позволяло отличить друга от врага.

— Аякс! — заорал изо всех сил Катон. — Аякс! Покажись! Бейся со мной, если осмелишься!

Услышал слева смех, повернулся, подняв меч для удара, но не увидел главаря гладиаторов. На него ринулся дюжий мужчина в легкой тунике и кожаном нагруднике. Его кожа была темной, почти черной, во рту сверкали белые зубы. Он наступал на Катона, держа в руке тяжелый кавалерийский меч. В другой руке у него был маленький круглый щит.

— Если хочешь сразиться с Аяксом, римлянин, сначала попытайся убить меня, — выпалил он, разводя руки в стороны и заманивая Катона.

— Если потребуется, — холодно ответил префект.

Сделал ложный выпад, заставив врага закрыться. Гладиатор был неглуп. Отбив укол щитом, он тут же рубанул в ответ, целясь в глаза. Катон инстинктивно пригнулся, закрываясь щитом, и потерял обзор. Ошибка, спустя мгновение понял он, пересиливая инстинкт рассудком. Край круглого щита зацепился за его щит, гладиатор с ревом отдернул его в сторону и нанес колющий удар Катону в грудь. Отшатнувшись назад, римлянин ударился спиной о стену дома, но удар врага едва достал его, проткнув тунику, кожу и мышцу, но не пробив ребер. Резкая боль заставила Катона судорожно вдохнуть.